Татьяна Кветачка - Слепая страсть стр 11.

– Хорошо то как. Сегодня отдохнем, а завтра утром поедем по городу вояжировать. Этот город очарует тебя, милая моя.

Александр обнял Леру и нежно поцеловал в губы, взял на руки и понес в ванную, где поставил на коврик и скинул с нее сиреневый халат, оставив в одних трусиках. Включил душ и брызнул на нее прохладной водой, отчего по ее коже побежали мурашки, а груди превратились в остроконечные ракеты. Он нежными касаниями гладил ее руки, а губы ласкали ей лицо. Лера почувствовала нарастающее желание, тело охватила легкая дрожь, она потянулась к нему, на что он ответил страстным поцелуем. Через мгновение они стояли под теплыми сильными потоками воды, он вылил на нее пол флакона геля и теперь мягкими скользящими движениями превращал его в стойкую пену, отчего она мурлыкала, игриво выгибая спинку.

– Моя Афродита прекраснее греческой богини, – отклонившись в сторону, он с явным удовольствием рассматривал свою любовницу, стоящую перед ним в пушистой пене, через которую просвечивали все ее прелести.

Она кокетливо повела плечиком и подставила его под струи душа, вода дорожками, словно горными речками, побежала по ее телу, пробивая сквозь снежный покров себе дорогу, оставляя следы на красивом молодом теле новой Афродиты. У него уже не было сил только созерцать, он желал обладать ею, его губы нетерпеливо и очень жарко накрыли ее влажные губы поцелуем, руки вновь заскользили по изгибам ее тела. В порыве он прислонил ее к стене и вошел резко, услышал в ответ глухой стон, и, не сбавляя темпа, довел ее до блаженства.

Когда спустя какое-то время, они лежали в кровати, накрывшись шелковыми простынями, и весело болтали о разных пустяках, Лера вдруг замолчала и, приподнявшись на локте, посмотрела в черные жгучие глаза любовника: он смотрел на нее, не скрывая своего восхищения, от чего она немного смутилась, но глаз не отвела, а тихим, еле слышным голосом прошептала:

– Мне так хорошо с тобой. И если бы даже это был не люксовский номер в Страсбурге, а зеленая поляна под желтой всезнающей луной, я одинаково была бы счастлива. Возможно, мне не стоило этого говорить, но я благодарна тебе, несмотря на то что будет потом…

– Девочка моя, все у нас будет замечательно, я тебе обещаю. А вот зеленая поляна под оком луны – это идея… Честно?

– Угу…

– Я чувствую себя ненасытным юнцом, которому первый раз представилась возможность обладать прекрасной девою. Я как голодный лев, которого из заточения выпустили на волю в стадо пасущихся полосатых лошадок. Я как путник в песчаной пустыне, увидевший оазис с яркой зеленью и чистой водой, припадаю к источнику губами, пью, и напиться не могу…, это я должен благодарить судьбу, что она подарила мне тебя. Мое желание не угасает: я не могу насытиться глубиной этих глаз, – он поцеловал ее веки, – трепетом этих губ, – он нежно коснулся мягкими подушечками пальцев ее губ, – изгибами чувственного тела, – он, еле касаясь кожи, провел рукой вдоль ее спины.

Его губы легким взмахом крыльев бабочки тронули ее уста, волна желания окатила их с новой силой, он целовал ее, ласкал тело своими жадными горячими руками, желая не пропустить и клеточки милого дрожащего от наслаждения создания.

XIV

Проснулись они от телефонного звонка, Александр снял трубку, не вставая с постели, и, бросив пару фраз, попытался положить ее на место, но промахнулся, и она с грохотом упала на пол.

«У-у-у» – проворчал он, потянулся за трубкой и, уложив ее в гнездо, повернулся к зевающей Валерии.

Она улыбнулась и протянула к нему руки:

– Доброе утро.

– Доброе, пора бы вставать. Сейчас завтрак доставят в номер.

– Завтрак – это хорошо.

Она встала с кровати и, оглядываясь по сторонам, спросила:

– Саша, милый, скажи мне, пожалуйста, в чем мне ходить здесь. Ты же не дал и вещицы с собой взять. Голой что ли?

– Отличная идея, дорогая! Я буду счастлив идти по улицам города рядом с обнаженной красавицей, но думаю властям местным эта затея понравиться меньше.

– Саша, ну а если без шуток.

– Если без блистательных выходов в люди, то все найдешь в шкафу за той портьерой.

Лера обошла спальню, исследовала стены и, не обнаружив и намека на отодвигающуюся портьеру, пожала плечами и призналась Александру, что ничего не нашла. Он вошел в комнату и, оглядев с ног до головы закутанную в шелковую простыню сонную и растрепанную Валерию, засмеялся:

– Ты очаровательна, дорогая. Твои сонные глазки так и шепчут «хочу», удержаться невозможно…

– Саша, ну подожди, покажи мне, где этот волшебный шкаф. Мне интересно, куда его можно здесь спрятать, да и не буду же я так ходить, – почти шепотом ответила она, изворачиваясь от его объятий.

– Хитрая лиса, сначала манит, потом отталкивает…

Он подошел к стене слева от кровати и легонько дернул за шнурок с золоченой кисточкой на конце, который Лера считала лишь украшением, изюминкой созданного интерьера. В эту же секунду портьера исчезла за гобеленом, на котором были изображены два ангелочка возлежащих на пушистых облаках, словно ее и не было, и перед их взором предстал современный встроенный шкаф-купе с зеркальными панелями. Валерия открыла чудо-шкаф: на полочках аккуратно сложенные маечки, юбочки и брюки, в красивых коробочках выставляя на показ разноцветные кружева, женское белье, в боковом отделе несколько летних костюмов, два вечерних платья, халатики и легкий плащ – все это самым опрятным образом было развешено на плечиках.

– Саша, зачем так много вещей? Мне и половины этого будет много. Но все вещи замечательные. Спасибо, – благодарила Валерия, надевая голубой шифоновый халатик, который абсолютно не скрывал ее обнаженную фигуру, а лишь делал еще более сексуальной и заманчивой.

– Что за человек! Ей все, а она снова недовольна! То ей смело, то ей шикарно, то ей много… странная, честное слово, – возмутился в ответ Александр и сел на диван перед столиком, чтобы начать завтракать.

Он убрал салфетку и стал открывать блюда. Аромат вкусной горячей еды в миг разнесся по всему номеру, возбуждая аппетит. Валерия присела рядом, виновато опустила ресницы, положила свою ладонь на его запястье и улыбнулась:

– Извини, не хотела тебя обидеть, но…

– Никаких но. С этого дня я не хочу ничего подобного слышать. Живи, девочка моя, наслаждайся жизнью. Ты вся на комплексах – так нельзя. Тебе дают – бери и получай удовольствие. Я хочу тебе делать подарки, я хочу тебя видеть счастливой, пойми от этого зависит и мое настроение, а ты мне в который раз его портишь своими не надо, а может хватит, а может слишком много… это все слишком мало – и запомни: ты мне ничего не должна, это все тебя не обязывает, ты можешь прямо сейчас улететь домой – смету я не потребую. Ну, вот ты опять заставляешь меня делать то, чего я не хочу, но и спокойно относится к этому невозможно. Пожалуйста, давай оставим этот разговор, но каждый из нас сделает для себя выводы. Я, правда, хочу сделать тебя счастливой, только не мешай мне, пожалуйста. Иди ко мне, – он притянул ее к себе и погладил по шелковым волосам, поцеловал ладонь и ласково улыбнулся, заглядывая в ее глаза, пытаясь найти в них понимание, а не обиду.

Она улыбнулась в ответ и, отстранившись от него, принялась завтракать: рыбные рулетики в кисло-сладком соусе таяли во рту, оставляя необыкновенный пряный вкус. От удовольствия она щелкнула языком и принялась за шоколадный мусс, запивая немного остывшим кофе. Когда, наконец, она расправилась с завтраком и довольно прилегла на подлокотник дивана, он протянул ей руку.

– Спасибо, было очень вкусно.

– Саша, мы с тобой так мало знаем друг друга, а мне кажется, что мы вместе много лет. События у нас развиваются очень стремительно, ты знаешь, я иногда думаю, что не совсем правильно повела себя. Вот согласилась с тобой лететь в дальние страны, едва познакомившись, ты же можешь подумать обо мне…