Всего за 389 руб. Купить полную версию
– Ну уж спасибо.
Я понятия не имела, что делать с шарфом. Я обернулась посмотреть в зеркале, настолько ли глупо выгляжу, как я себя ощущала. Казалось, мне внезапно раздуло голову до размеров воздушного шара: волосы, бесконечный источник моего недовольства, распушились под шарфом. Мои непослушные космы с детства потемнели, и, чтобы скрыть скучный мышиный цвет, мне приходилось их мелировать. Мне не подходит никакая длина: с короткой стрижкой мои волосы превращаются в гриву (не в хорошем смысле слова!), а на длинные уходит слишком много времени. Как и со многим другим в жизни, мне пришлось согласиться на вариант «ну ладно, вроде не кошмар» и оставить волосы до плеч. Обычно я завязывала их в хвост и старалась забыть об их существовании.
Я вздохнула. Когда я вытащила волосы из-под шарфа, тот как-то скособочился. Я раздраженно его одернула, и Тэрин подошла, чтобы мне помочь.
Она часто вела себя со мной по-матерински: нас разделяли восемь лет разницы в возрасте и целая прорва ее жизненного опыта.
– А у Рози есть парень?
– Да как сказать. Она встречалась с каким-то чуваком из класса, но недолго.
– Думаю, выбор у нее побольше. – Она вздохнула с притворным сочувствием. – Ты-то, бедняжка, совсем зачахла в этой эстрогеновой темнице.
Я рассмеялась:
– Не так уж там и плохо.
– Ну уж. Ты обездолена. Совершенно возмутительная ситуация. А ведь я говорила родителям, я так им и сказала: не заставляйте Кэдди расти без мальчиков. Это жестокое обращение с ребенком. Но разве они меня послушали? Не-е-ет!
Сама Тэрин окончила обычную школу: не частную, не с раздельным обучением. Ее не заставляли носить ярко-зеленые кофты и гольфы до колен. Она могла как угодно измазываться косметикой и вплетать в волосы ленты.
– Я решила, что в этом году у меня точно будет парень, – сказала я в надежде, что если произнесу это, то мое желание исполнится.
– А, вот оно как? – Тэрин расплылась в улыбке. – Ты решила?
Я закивала.
– Да, это моя цель на год. И еще у меня будет секс. И я сделаю что-нибудь значительное.
– А нельзя все эти цели объединить в одну? Погнаться за тремя зайцами? Чтобы один парень своим чудесным пенисом раскрыл все замки?
– Да ты дразнишься.
– Ага, ты меня подловила. – Она ласково потрепала меня по волосам. – И каков план?
Я помолчала.
– Знать, чего хочешь, – это прекрасно, но еще неплохо как-то поспособствовать исполнению своих мечт.
Ей легко говорить. Тэрин никогда не приходилось ничему способствовать.
– Ммм… – протянула я, уже жалея, что начала разговор.
– Но это не значит, что у тебя будут с этим проблемы, – быстро добавила она. – Может, тебе просто стоит проводить время вне школы. Знакомиться с новыми людьми.
– Кстати, о новых людях. – Я ухватилась за возможность перевести разговор в другое русло. – У Рози в классе новенькая.
– Да ладно!
Тэрин взяла шарф, обернула его себе вокруг шеи и расправила свои светло-каштановые волосы. Ей шарф шел куда больше, чем мне.
– Рози от нее в восторге.
– А, вот оно что. – Она посмотрела на меня со смутной понимающей улыбкой. – Ты что, ревнуешь?
– Это так заметно?
Она рассмеялась.
– Нет, но я хорошо тебя знаю. Вы с Рози всегда были неразлейвода, и это несмотря на то, что вы ходите в разные школы. А теперь, под конец учебы, в школе появляется новенькая, и Рози от нее в восторге!
Тэрин драматично охнула и снова заулыбалась.
– Новые люди всегда вызывают интерес. Я бы на твоем месте не переживала. Это все эффект новизны. Вы с ней уже виделись?
– Ага, в пятницу.
– И какая она?
Я помедлила с ответом.
– Она ничего.
Тэрин издала звук, как в викторине, когда участники отвечают неправильно.
– Попробуй еще раз. Но теперь выбери слово, которое что-нибудь значит.
– Она очень уверена в себе. Но как-то непринужденно, не выпендриваясь.
Я поняла, что описываю ее теми же словами, что и Рози, когда она рассказывала мне о Сьюзан по телефону.
– И забавная. Саркастическое чувство юмора. Ах да, и еще она очень красивая.
– Звучит ужасно.
Я невольно рассмеялась.
– Она гораздо круче меня.
Тэрин шлепнула меня по руке:
– Не говори так! И вообще, какая разница, кто круче.
Только родившиеся крутыми люди могут так говорить.
– Тебе она нравится?
Я подумала над ее вопросом.
– Не могу сказать, что она мне не нравится.
– А ты хотела, чтобы она тебе нравилась?
– Не-а.
– Может, дашь ей шанс? Если она нравится Рози, значит, она и правда ничего. И прошла всего неделя. Может, через месяц они вообще перестанут разговаривать.
Я попыталась напомнить себе об этом, когда вечером зашла на «Фейсбук» и обновила ленту. Я бездумно полистала новости друзей, пока мой взгляд не зацепился за одну строчку. Рози Кэрон и Сьюзан Уоттс стали друзьями.
Мою грудь сдавило совершенно иррациональной ревностью. Конечно, они добавили друг друга на «Фейсбуке». На самом деле даже удивительно, что это произошло только сейчас. И все же. Я подвела курсор к имени Сьюзан, помедлила и кликнула по ссылке. Оказалось, что абсолютно зря: вся ее информация, кроме профильной фотографии, была скрыта. Я склонилась к экрану, чтобы разглядеть фото. Помимо Сьюзан, на нем были еще какие-то мальчик и девочка. Все трое были одеты в незнакомую школьную форму и стояли, крепко обнявшись и запрокинув головы от смеха.
Я вернулась на профиль Рози и увидела, что Сьюзан опубликовала на ее стене видео. Сходя с ума от нелепого волнения, я щелкнула на ролик. Коротколапый щеночек безуспешно пытался выбраться из палатки. Милое видео. Оно очень меня успокоило: я знала – а Сьюзан, очевидно, нет, – что Рози была не в восторге от собак. Сьюзан следовало бы выбрать что-нибудь про котов.
Преисполнившись оптимизма, я выключила ноутбук и пошла в ванную чистить зубы. В этой гонке я опережала новенькую на десять лет, и какой бы интересной или крутой она ни была, время тут очевидно играло самую важную роль.
5
К среде мне уже казалось, что никаких летних каникул не было. Школьная жизнь стремительно потекла по привычному руслу, и я едва могла продохнуть от домашки. Все свободное время захватили факультативы, которые лишь на бумаге были необязательными. Возродились коалиции, разгорелись прежние распри – все то, что зрело последние четыре года, а то и дольше.
Моя собственная компания не менялась с седьмого класса, и объединяло нас лишь то, что мы не входили ни в какие другие школьные тусовки. Мне такой вариант подходил идеально: для настоящей дружбы мне хватало одной Рози, и я нуждалась лишь в компании, где я могу спокойно, никем не замеченная, проводить школьные часы. Мы с Мишкой, Эллисон и Кеш подружились в первые дни седьмого класса и с тех пор держались вместе.
– На самом деле тебе стоит подумать вот о чем, – сказала Кеш, пока мы стояли в очереди в столовой. – Правда ли он лучше, чем другие парни. Если нет, то зачем он тебе?
– Это неважно, – сказала Мишка. – Другие парни, лучше они или нет – да и что вообще значит «лучше», – в общем, какие бы они ни были, все равно мне недоступны.
– Почему нет? – спросила Кеш.
– Потому что я их не интересую, – сказала Мишка, словно это была самая очевидная вещь на свете.
Мы обсуждали Тая, ее парня. Они встречались все лето, и, честно говоря, по рассказам он казался тем еще козлом.
– Что-что? – Эллисон приподняла бровь. – Ты что, серьезно говоришь, что встречаешься с ним лишь потому, что у тебя нет других вариантов?
– Разумеется, – безэмоционально ответила Мишка, и я рассмеялась.
– И тебе он совсем не нравится? – продолжала расспросы Эллисон.
Мишка пожала плечами.
– Да нет, он ничего. Но я же не замуж за него собираюсь. Кэдди, передай мне, пожалуйста, рулет с салатом из курицы.
Я потянулась к витрине, достала последний куриный рулет и передала его Мишке. Какая-то девочка у нас за спиной разочарованно простонала.
– А я тебя понимаю, – сказала я.
– Нет, и ты туда же. – Кеш выглядела разочарованной. – Я-то думала, что у тебя есть жизненные принципы! Ты еще и нам должна их прививать.