Глебовская Александра Викторовна - Нэнси Клэнси. Тайна серебряного ключика

Джейн О’Коннор

Нэнси Клэнси

Тайна серебряного ключика

Jane O’Connor

NANCY CLANCY. SECRET OF THE SILVER KEY

Text copyright © 2014 by Jane O’Connor

Illustrations copyright © 2014 by Robin Preiss Glasser

Published by arrangement with HarperCollins Children’s Books,

a division of HarperCollins Publishers

All rights reserved.

www.harpercollinschildrens.com

Перевод с английского Александры Глебовской

© Глебовская А.В., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2021

Machaon®

* * *

Моему помощнику – ключу от всего на свете!

Д. О’К

Венди Фронтьеро, подруге детства

Р. П. Г.

Глава 1

Прошлое, настоящее и будущее

Это, что ли, правда фотоаппарат? – спросил Лайонел.

Нэнси подметила скептическое выражение его лица. С недавних пор она очень полюбила это слово – «скептический». Это значит, что человек сомневается, правду ему говорят или нет.

– Именно так, и он принадлежал моей маме, – подтвердил мистер Чудник. – Пятьдесят лет назад такие фотоаппараты, полароиды, были последним словом техники. Они делали снимки совершенно новым способом.

В руке учитель держал серебристо-чёрный ящичек – так, чтобы весь третий «Д» мог видеть как следует. Переднюю панель можно было вытянуть вперёд, будто на гармошке, из неё торчал большой круглый объектив.

– Вставляешь плёнку, делаешь снимок, а оттуда вылезает бумажка. Примерно через минуту на ней проявляется фотография.

– Ух ты! Прямо волшебство! – восхитилась Клара. – А покажете, как он работает?

– К сожалению, не смогу. Плёнку, которая к нему нужна, теперь найти трудно, да и стоит она дорого. Но у меня есть снимки, сделанные этим фотоаппаратом.

И мистер Ч. раздал им квадратные карточки. Карточки сильно выцвели.

– Девушка в пёстрой футболке – это моя мама.

– Мистер Ч., так ваша мама и её друзья были хиппи! – восхитилась Нэнси.

Они с Бри рассматривали фотографию молодого человека с волосами до плеч и ещё одну, где стояли, обнявшись, две девушки: одна – в шляпе с широкими полями и больших очках в синей оправе, а другая – со всякими фенечками и с символом мира во всём мире на цепочке.

Грейс сидела, крутила карандаш – ей явно было скучно.

– Ну и чего тут такого? Теперь-то можно телефоном фотографировать и сразу смотреть на снимки. Никакой фотоаппарат не нужен.

– Вот про это, Грейс, я как раз и хотел поговорить. В давние времена такой фотоаппарат считался новинкой, причём очень крутой. А теперь выглядит вещью из прошлого. – Мистер Чудник вытащил из кармана свой мобильник. – А спорим, через пятьдесят лет третьеклассники будут смотреть на эту штуку и спрашивать: «Это что, правда телефон?»

Нэнси осмысливала слова мистера Ч., то есть крепко над ними задумалась. Прошлое когда-то не было прошлым. Оно было таким же настоящим моментом, как и нынешний, в который она сидит в классе. Настоящим. А в будущем нынешний момент превратится в прошлое. Нэнси моргнула и затрясла головой. Ей показалось, что от осмысления мозги у неё скрутились в кренделёк.

– Попрошу вас на следующей неделе принести какую-нибудь вещицу из настоящего. Небольшую, но она должна рассказывать о том, как устроена наша нынешняя жизнь, – это может быть настольный календарь на этот год или первая полоса газеты. Всё это мы положим в коробку.

– То есть у нас будет капсула времени? – обрадовался Лайонел. – Вот здорово!

– Ух ты! А сверху мы наклеим предупреждение: «До 2064 года не вскрывать»? – спросила Нэнси.

Мистер Чудник кивнул и пояснил, что капсулу времени он спрячет в подвал.

– И вдруг, например, через пятьдесят лет мой ребёнок пойдёт в ту же школу и вскроет её! – воскликнула Клара.

Грейс закатила глаза:

– Клара, у тебя с математикой плохо. Через пятьдесят лет тебе будет к шестидесяти. Дети у тебя будут уже взрослыми, а не школьниками.

Клара обиженно надула губы.

– А, ну да, ты права. – Потом лицо её просветлело. – Ну, тогда, может, мои внуки её откроют! – Клара хихикнула. – Ничего себе! Я – бабушка!

– А к понедельнику, – продолжал мистер Чудник, – попрошу каждого взять интервью у человека, который был вашим ровесником много лет назад. Тридцать, сорок или даже пятьдесят. Выясните, где этот человек вырос, что именно он испытал в детстве. Что происходило в мире? Кто был президентом? Делались ли какие-то интересные изобретения? Какие глупости были в моде?

Бри лихорадочно записывала каждое слово мистера Ч. А потом, повернувшись, шепнула Нэнси:

– Чур, миссис Девайн моя.

– Нечестно! – прошептала Нэнси в ответ.

Миссис Девайн звали соседку-пенсионерку. Самый подходящий человек для такого интервью, и прав на миссис Девайн у Нэнси было никак не меньше, чем у Бри.

Нэнси подняла руку и трясла ею, пока мистер Чудник не заметил.

– Мистер Ч., мистер Ч.! А если двое возьмут интервью у одного и того же человека?

Мистер Ч. ответил: ничего страшного.

– Давай вместе брать интервью! Оно так и веселее будет! – предложила Нэнси, как только прозвенел последний звонок.

– Ну да, конечно! – А потом Бри вдруг засомневалась: – Хм-м. А если это против правил?

Бри всегда делала домашние задания строго по правилам. Так что, прежде чем зашагать к своим велосипедам, они вернулись в класс, чтобы получить разрешение у учителя.

Домой они приехали уже с готовым планом. В «клубе», находившемся у Нэнси на заднем дворе, было написано красивое приглашение, которое они собирались подсунуть миссис Девайн под дверь:

– Даже подумать странно, что миссис Девайн была когда-то такой, как мы, – заметила Бри, закрывая колпачком ярко-розовый фломастер.

– Если задуматься, время вообще странная штука, – согласилась Нэнси. Она откинулась на пятки и стала осмысливать: – Вот, например, сейчас понедельник – это ещё будущее. А к понедельнику сегодняшний день станет прошлым. У тебя от этого мозги крендельком не сворачиваются?

Бри подумала, а потом хихикнула:

– Не, скорее превращаются в какую-то кашу!

Глава 2

Интервью

Бри Джеймс: Спасибо, миссис Девайн, что согласились на это интервью. Давайте начнём. Первый мой вопрос такой: кто был президентом Соединённых Штатов, когда вы родились?

Миссис Девайн: Гарри Трумен. Он стал президентом в 1945-м, в самом конце Второй мировой войны. В этот год я и родилась. Кстати, ему нравилось, когда его называли Гарри С. Трумен. Хотя второго имени у него и не было, он взял себе дополнительный инициал. Видимо, считал, что так звучит солиднее.

Нэнси Клэнси: А где вы родились? В США? Или вы иммигрантка?

Миссис Девайн: Да нет, я родилась прямо в нашем городе! Вот только городом его тогда назвать было трудно. Кругом были сплошные поля.

Бри Джеймс: А появились ли тогда какие-нибудь замечательные изобретения вроде фотоаппарата «полароид»?

Миссис Девайн: Ещё бы! Телевидение. В первое время экранчики были совсем крошечными, и необходимы были антенны – мы их называли «кроличьи уши», – потому что без них изображение расплывалось. И было оно чёрно-белым.

Нэнси Клэнси: А у вас была любимая передача?

Миссис Девайн: Это простой вопрос: «Я люблю Люси». Я ходила её смотреть к лучшей подруге, потому что у них телевизор появился намного раньше, чем у нас. Люси была взрослой женщиной, но они с подружкой Этель вечно попадали в передряги! Мы с подругой им очень завидовали, потому что с нами никогда не случалось ничего невероятного.

Нэнси Клэнси: А кто был вашей лучшей подругой?

Миссис Девайн: Её звали Крошей. При этом она не была маленького росточка. Наоборот, очень высокой для своих лет. Просто её так прозвали, а полное её имя было Кристина.

Бри Джеймс: Раз Нэнси задала два вопроса подряд, то теперь и я задам. А как вы развлекались? Ну, кроме телевизора. И что тогда было в моде?

Миссис Девайн: Ну, развлекались мы почти так же, как и вы теперь. Катались на велосипедах, играли в настольные игры вроде «Монополии». И перечитали все книжки про Нэнси Дрю.