Всего за 699 руб. Купить полную версию
«Парню влетело будь здоров», – вспоминает Мартин.
После боя Клей плакал в раздевалке.
На следующий год Кассиус вернулся в Чикаго, чтобы принять участие в междугороднем турнире «Золотые перчатки». В семнадцать он все еще был худощавым, нескладным, с плоской грудью и торчащими ребрами, но он вырос до шести футов [≈ 183 см] и весил более 179 фунтов [≈ 80 кг].
Кассиус выступал за команду Чикаго, куда входили боксеры из двадцати штатов, пробился до финала в категории полутяжелого веса, где встретился с Тони Мэдиганом, двадцатидевятилетним уроженцем Австралии, одним из самых прославленных борцов в полутяжелом весе, который представлял свою страну на Олимпийских играх в 1952-м и 1956-м, а затем переехал в Нью-Йорк. Несмотря на свой возраст и опыт, Мэдиган оставался любителем. Их бой 25 марта 1959 года проходил перед толпой из семи тысяч человек и транслировался на всю страну сетью ABC. Фаворитом матча был Мэдиган.
Даже в категории до 175 фунтов многие боксеры были силовиками, то есть рассчитывали на силу удара, а не на подвижность. Мэдиган не был исключением. У него был сильный удар справа, и он дрался, словно это был не боксерский поединок, а пьяная потасовка в баре: прятал голову и до победного размахивал кулаками во все стороны. Как правило, на полу оказывался его противник. Мэдиган вышел победителем в 94 из 99 боев.
Но когда прозвенел гонг, стало понятно, что этот бой станет необычным как для Мэдигана, так и для фанатов бокса, которые собрались у черно-белых телевизоров или набились в дымный стадион, где наблюдали за привычным зрелищем двух силачей, схлестнувшихся в битве. Джебы Клея сверкали с молниеносной скоростью, а сам боксер так быстро порхал по рингу, что короткорукий Мэдиган просто не мог до него дотянуться. Когда Мэдиган попытался прорвать оборону Клея, тот нанес удар слева в макушку противника и отскочил. После трех или четырех левых ударов Мэдиган все еще заставлял себя двигаться вперед, а Кассиус остужал пыл боксера-ветерана сильным ударом справа. Вскоре глаза Мэдигана распухли, а лицо покраснело.
По мере того как более взрослый боксер ослабевал и терял скорость, стараясь сдерживать боль, Кассиус прекратил свои танцы и начал атаковать противника более серьезными ударами. Год назад ему не хватило сил, чтобы остановить Кента Грина, который победил благодаря своей грубой силе, но теперь Кассиус был сильнее. Единственной надеждой Мэдигана было нокаутировать своего противника, но каждый раз, когда он собирался это сделать, Кассиус исчезал из зоны поражения удара. По итогам боя Кассиусу удалось одержать убедительную победу.
В начале 1950-х годов бокс испытывал серьезный спад популярности. С восстановлением экономики США у молодых людей появились лучшие варианты для работы. Миллионы ветеранов Второй мировой войны поступали в колледжи или на курсы профессиональной подготовки. По мере того как население страны переезжало из городов в пригородные районы, боевые секции начали исчезать, и все меньше людей посещали боксерские бои. Афро- и латиноамериканцы постепенно занимали место ирландских, еврейских и итальянских боксеров. В целом количество профессиональных боксеров в Соединенных Штатах сократилось на 50 %, и если бы не телевидение, то спад оказался бы еще более стремительным. В середине 1950-х годов бокс по-прежнему можно было наблюдать по телевизору почти каждый вечер, и по рейтингам он соперничал с популярнейшим сериалом «Я люблю Люси».
Из всех боев, что транслировались 25 марта 1959 года, поединок с Кассиусом Клеем был самым захватывающим. Фанаты ожидали увидеть, как с молодым боксером жестоко разделается его более взрослый и тяжелый оппонент. Но вместо они стали свидетелями первого настоящего триумфа будущей легенды. На следующий день в газетах по всей стране был опубликован доклад от Associated Press:
В среду вечером Нью-Йорк второй раз подряд одержал беспрецедентную победу над Чикаго на междугородном турнире «Золотые перчатки», но все внимание было приковано к Кассиусу Клею, который сражался за команду Города ветров.
Клей, 17-летний ученик старшей школы из Луисвилла, штат Кентукки, доказал, что для своего возраста ему хватило сноровки и проницательности, чтобы за три раунда поставить убедительную точку в матче.
Мир начал замечать таланты молодого бойца, как тот всегда и предсказывал.
5. Пророк
Как правило, перед выходом на ринг боксеры берегли силы, собирались с мыслями, слушали последние наставления своих тренеров, молились или испытывали приступ рвоты. Однако к Кассиусу Клею это не относилось: он был на ногах, дрался с тенью, травил анекдоты, хвастался и любовался своим отражением в зеркале, будто бы безделье было единственным, чего он по-настоящему боялся. Спустя годы он признался друзьям, что испытывал страх перед каждым боем. Если так, то ему прекрасно удавалось его скрывать. Страхи бойца исчезали вместе со звоном гонга.
В 1959-м, перед его боем с Тони Мэдиганом, который показывали на всю страну, Клей не мог усидеть на месте, действуя на нервы другим бойцам. Он находился в Чикаго за триста миль от дома, и ему хотелось чем-нибудь себя занять. Не хотят ли другие парни что-нибудь провернуть? Он продолжал задавать этот вопрос, пока не получил ответа, который хотел услышать.
«Мы тренировались вместе, – сказал Уилберт «Скитер» Макклюр, боксер-подросток из Толедо, – и я помню, как Кассиус упрашивал всю команду: “Ребята, улицы просто кишат хорошенькими девочками, и мы должны с ними встретиться”». Некоторые из ребят боялись самостоятельно исследовать закоулки Чикаго. Другим хотелось отдохнуть перед предстоящими боями. Но Клей не унимался: «Ну же, давайте наденем наши куртки участников “Золотых перчаток” и покрасуемся перед девчонками». В конце концов старший наставник боксеров сдался и организовал вылазку в старшую школу «Маршалл» в Вест-Сайде.
«Милые девочки устроили нам экскурсию, – вспоминает Макклюр. – Затем мы отправились на обед в столовую, где нас поджидало еще больше милых девочек. Куда ни глянь – везде красотки. А тот самый парень, который большего всего подмывал нас на это дело, просто сидел и все время пялился на поднос с едой. Он и слова не проронил».
Некоторые из ребят, которые познакомились с Клеем на этих боксерских турнирах, находили его невероятно забавным; их не отталкивало хвастовство Кассиуса, которое они воспринимали в шутку. Других же возмущала его заносчивость. Никто не помнит, чтобы он поднимал темы политики, расы, мировых новостей или культуры. Он хотел драться. Он хотел стать великим. Он хотел стать знаменитым и богатым. Он хотел хорошо провести время. На этом всё.
С 1958 года Клей три раза побывал в Чикаго. Именно Чикаго открыл ему дверь во взрослую жизнь и окунул в суету мегаполиса, попутно показав новые грани расового вопроса. Ни для Клея, ни для вновь прибывших людей из южных штатов, приехавших сюда в поисках лучшей жизни, Чикаго не стал Землей обетованной. Между черными и белыми семьями сохранялась глубокая пропасть по уровню достатка и условиям жизни. Для черных по-прежнему были закрыты многие вакансии, заведения, клубы и целые районы. Как писал социолог Гуннар Мюрдаль в 1944 году, в северных штатах «в целом почти все выступают против дискриминации, но в то же время почти каждый практикует дискриминацию в своей частной жизни». Тем не менее Чикаго подарил Клею его первый сексуальный опыт и первую известность в крупных СМИ. Чикаго укрепил его уверенность на боксерском ринге и показал, что Клей мог сражаться против лучших бойцов в стране, и уже это, как ничто другое, заставило Клея поверить в свои силы. Пускай сегрегация в Чикаго и был сильна, но в этом городе чувствовалась свобода, которой не было в Луисвилле. Дело не только в том, что Кассиус находился за многие мили от своих родителей – он был на Севере, в городе, где многие черные с Юга осознали, что могут более открыто выражать свои взгляды. Здесь темнокожие могли ходить по тротуару, не уступая дорогу белому человеку, и спокойно сидеть рядом с белой женщиной в буфете. Здесь молодой человек, как Кассиус Клей, мог вести себя дерзко, не боясь жестокой расправы.