Желнинов В. - Кризис стр 8.

* * *

Почти все читатели настоящей книги наверняка испытывали или испытают в будущем потрясения, воплощающие собой личный кризис, как это случилось со мной в 1959 году. В разгар кризиса, в который вы угодили, вы не задумываетесь об академических дефинициях термина «кризис»; вы просто знаете, что вам плохо. Потом, когда кризис минует и появится свободное время на осмысление, можно будет оценить его в ретроспективе как ситуацию, в которой вы столкнулись с важным вызовом, не поддававшимся преодолению посредством ваших обычных методов и способов. Вы отчаянно пытались изобрести новые способы преодоления трудностей. Подобно мне, вы ставили под сомнение свою личность, свои ценности и свой взгляд на мир.

Несомненно, вы видели, как личные кризисы возникают в разных формах и по разным причинам, как они развиваются, следуя различным траекториям. Одни принимают форму единичного и непредвиденного шока – например, внезапная смерть любимого человека или увольнение без предупреждения, серьезный несчастный случай или стихийное бедствие. Осознание утраты способно ввергнуть в кризис не только из-за практических последствий самой потери (например, у вас больше нет супруга), но также из-за эмоциональной боли и опровержения веры в справедливость мироздания. Именно так все обстояло для родственников и близких друзей жертв пожара в клубе «Коконат-гроув». Другие кризисы принимают форму проблем, что накапливаются медленно, но в итоге взрываются, – примером может служить неудачный брак, хроническое тяжелое заболевание, свое или дорогого человека, или финансовые и рабочие проблемы. Есть также «эволюционирующие» кризисы, которые обычно проявляются на определенных «переходных» этапах в жизни, будь то подростковый возраст, средний возраст или возраст выхода на пенсию и ощущение старости. Например, при кризисе среднего возраста человеку может казаться, что лучшие годы его жизни остались позади, и он принимается искать новые цели на остаток жизни.

Это разные формы индивидуальных кризисов. Среди них наиболее частыми являются проблемы взаимоотношений: развод, разрыв близких отношений или глубокая неудовлетворенность, побуждающая вас или вашего партнера к сомнениям в целесообразности продолжения отношений. Развод часто заставляет людей задаваться вопросом: что я сделал неправильно? Почему он / она хочет меня бросить? Почему я сделал такой плохой выбор? Что я могу сделать иначе в следующий раз? А возможен ли для меня вообще следующий раз? Если я не в состоянии добиться успеха даже в отношениях с человеком, который для меня ближе всего и которого я сам выбирал, на что я вообще гожусь?

Помимо проблем во взаимоотношениях, другими частыми причинами личных кризисов выступают смерть и болезни близких, а также проблемы со здоровьем, карьерой или финансовой безопасностью человека. Ряд кризисов связан с религией: истово верующие вдруг могут осознать, что оказались во власти сомнений, а неверующие, наоборот, могут сообразить, что их влечет к религиозной вере. Но, каковы бы ни были причины всех этих типов кризисов, общим для них выступает осознание того, что нечто важное в жизни перестало работать и нужно искать новые подходы.

Мой личный интерес к индивидуальным кризисам, как и у многих других людей, изначально возник вследствие кризисов, которые я испытал на себе или которые наблюдал у своих друзей и родственников. Для меня этот личный опыт и личный интерес получили дополнительный стимул благодаря моей супруге Мари (по профессии она – клинический психолог). В первый год нашей совместной жизни Мари трудилась в общественном центре психического здоровья, и клиника предлагала краткосрочную психотерапию для клиентов, угодивших в кризисное состояние. Пациенты обращались в клинику лично или по телефону, не в силах самостоятельно справиться с той грандиозной проблемой, которая на них обрушилась. Когда открывалась дверь или звонил телефон, когда очередной клиент входил или начинал рассказывать, консультант, разумеется, даже не догадывался, с какой именно проблемой конкретный человек столкнулся. Но консультант знал, что этот пациент, как и все предыдущие пациенты, находится в состоянии острого личного кризиса, а еще признался сам себе, что проверенных способов справляться с трудными ситуациями уже недостаточно.

Результаты консультаций в медицинских центрах, предлагающих кризисную терапию, варьируются весьма широко. В самых печальных случаях некоторые клиенты пытаются покончить жизнь самоубийством. Другие пациенты не в силах отыскать новый способ преодоления кризиса, эффективный для них: они возвращаются к прежним методам и могут в итоге поддаться горю, гневу или разочарованию. В лучшем же случае пациент находит новый способ справиться с невзгодами – и выходит из кризиса сильнее прежнего. Этот результат красиво передает китайский иероглиф, толкуемый как «кризис»: фонетически он звучит примерно как «вэй-цзи», а на письме состоит из двух символов, причем иероглиф «вэй» означает «опасность», а иероглиф «цзи» означает «удачная возможность, критическая точка, подходящий случай»[17]. Немецкий философ Фридрих Ницше выразил аналогичную идею своим афоризмом: «Что нас не убивает, делает нас сильнее»[18]. Уинстон Черчилль имел в виду то же самое, когда повторял: «Не позволяйте хорошему кризису пропадать впустую!»

Часто от тех, кто помогает другим, можно услышать, что при остром индивидуальном кризисе нечто происходит за короткий промежуток времени, равный шести неделям. За этот краткий «переходный» период мы успеваем поставить под сомнение свои заветные убеждения и становимся гораздо более восприимчивыми к переменам по сравнению с предыдущим длительным периодом относительной стабильности. Мы не сможем жить дальше, не найдя какого-то способа справиться с ситуацией, пускай и продолжаем горевать, страдать или изнывать от безработицы и злости намного дольше. За шесть недель мы либо начинаем изучать новый способ преодоления кризиса, такой, который в конечном счете окажется успешным, либо выбираем «негативно удачный» способ – либо же возвращаемся к проверенным (и уже не годящимся в данном случае) способам «по умолчанию».

Конечно, эти мысли относительно острых кризисов не подразумевают того, что наша жизнь якобы соответствует некой упрощенной модели: (1) испытать шок, поставить будильник на шесть недель; (2) признать непригодность прежних методов преодоления трудностей; (3) изучить новые методы преодоления трудностей; (4) по сигналу будильника либо сдаться, либо вернуться к старому, либо справиться с кризисом и жить дальше долго и счастливо. Вовсе нет, ведь многие перемены в жизни формируются и реализуются постепенно, без острой фазы. Нам удается выявить и разрешить множество скапливающихся и нарастающих проблем, прежде чем они успевают перерасти в кризис, способный нас погубить. Даже кризисы в острой фазе могут перетечь в длительную фазу медленного восстановления. Это особенно верно в отношении кризисов среднего возраста, когда начальный всплеск неудовлетворенности и проблески решений возникают в острой фазе, но реализация принятого решения может занимать годы. Кризис не обязательно разрешается навсегда. Например, пара, которая сумела уладить серьезные разногласия и тем самым избежала развода, может со временем найти новый повод для конфликта – и тогда ей снова придется иметь дело с той же (или схожей) проблемой. Тот, кому удалось справиться кризисом одного типа, может впоследствии столкнуться с новым кризисом, как было у меня самого. Но даже перечисленные оговорки не отменяют тот факт, что многие из нас преодолевают кризис, двигаясь приблизительно по описанной мною траектории.