Всего за 229 руб. Купить полную версию
Для придачи устойчивости своей кавалерии Густав Адольф ставил в промежутки между эскадронами мушкетерские взводы – сочетание, про которое нельзя сказать, чтобы оно было соответственным.
В общем, меры Густава Адольфа, направленные к облегчению своей кавалерии, к увеличению ее подвижности, к уменьшению глубины строя и к приучению ее производству стремительных атак и удару холодным оружием, дали ей большое преимущество над кавалерией противников.
Артиллерия. В конце XVI столетия артиллерия в армиях была слаба, но в Тридцатилетней войне она начинает играть значительную роль. Густав Адольф, не найдя в польских войнах лучшего средства против атак хорошей и храброй польской кавалерии, как осмысленный, хорошо поддерживаемый огонь, не довольствовался развитием до высших пределов огнестрельного боя пехоты, но старался еще усилить его многочисленною артиллериею. Для увеличения подвижности последней он, а также и его генералы старались существенно ее облегчить.
Уже в конце XVI столетия некоторые артиллеристы (напр., Диего Уфано) доказывали возможность облегчения орудий без ущерба для их прочности и дальности стрельбы; но Густав Адольф первый решился привести эти идеи в исполнение.
В армии Густава Адольфа были приняты следующие калибры: 3 ф., 6 ф., 12 ф., и 16 ф. и 30 ф. пушки; орудия были медные и чугунные и в сравнении с прежними облегчены, но все еще некоторые были тяжелы; так, 30 ф. пушка перевозилась на 20 лошадях; 3 ф. и 6 ф. пушки требовали 4—6 лошадей.
Во время Польской войны по предложению полковника Вурмбрандта с целью облегчения подвижности орудий Густав Адольф вводит в свою артиллерию так называемые кожаные пушки. Они состояли из латунного ствола, с медным казенником или тарелью; ствол обматывался веревками, которые осмаливались и покрывались сверху кожею; сверху же нагонялся железный обруч с двумя цапфами. Два человека могли удобно действовать из этого орудия и перевозить его. Из кожаных пушек стреляли картечью.
Преждевременные выстрелы при стрельбе из этих пушек, вероятно, вследствие кусков картузной оболочки заряда, остававшихся в раковинах металла, вскоре заставили от них отказаться.
Вместе с кожаными пушками Густав Адольф ввел полковые орудия 3- и 4-фунтового калибра, которые весили всего 19 пудов и имели около 15 калибров длины; они перевозились двумя лошадьми, на двухколесных лафетах с оглоблями. Они, по нескольку, придавались пехотным полкам и назначались преимущественно для стрельбы картечью.
До этого времени картечь употреблялась только в крепостной войне.
В боевом употреблении артиллерии Густав Адольф сделал следующие изменения:
1) первый начал систематически располагать свои тяжелые орудия сосредоточенно, устраивая преимущественно три батареи: одну в центре и по одной на флангах; 2) его полковые орудия имели возможность двигаться с войсками, сопровождая полки во всех передвижениях; 3) он первый начал употреблять артиллерийский резерв и, наконец, 4) так как он приучил свою армию к постройке полевых укреплений, так что она в несколько часов укрепляла огромные позиции, за которыми скрывались орудия, то при нем явилась необходимость в навесной стрельбе и после Густава Адольфа мортиры входят в состав полевых парков.
Боевые порядки и боевые действия отрядов из всех родов войск. Мы видели, что в XVI столетии боевой порядок всегда строился в одну линию, разделявшуюся на три части (авангард, главные силы и арьергард), которые становились рядом. Каждая из этих частей венгерского, или испанского, боевого порядка состояла из одного пикинерного батальона (терции) и приданных к нему стрелков и кавалерии. В нидерландском боевом порядке все поименованные части тоже располагались рядом, но каждая из них строилась в две или три линии. Также строилась и испанская бригада.
Густав Адольф принял построение всей армии в две линии, с разделением ее на центр и два крыла. Центр состоял из двух линий пехоты, причем каждая образовывалась из нескольких шведских бригад поставленных рядом; крылья состояли из конницы, поставленной в линии эскадронов, по флангам линий пехоты; дистанции между линиями были от 150 до 200 шагов. Артиллерия располагалась частью при пехоте, в виде полковых орудий, частью – отдельными большими батареями, преимущественно впереди флангов пехоты.
Вторая линия боевого порядка называлась резервом (Rückhalt), или ретрогвардия (Retroguardia); но, кроме того, каждая часть первой линии имела свой частный резерв, из нескольких эскадронов кавалерии; частные резервы крыльев обеспечивали фланги, подобно резервам Александра Македонского в сражении при Гавгамелах. Общего резерва, строго говоря, не было.
При превосходстве каждого рода войск в отдельности, при искусном употреблении артиллерии и установлении прочной связи между различными родами войск Густав Адольф имел несомненное преимущество перед противниками, уступавшими ему во всех смыслах.
В бою пехота Густава Адольфа является, подобно фаланге Александра, туловищем боевого порядка; она необходима для него и составляет его корень, но в ней уже не заключается его жизненная сила, которая скорее сосредоточивается в деятельных крыльях, состоящих из кавалерии, в огнестрельном оружии и в легкой артиллерии.
Походные движения войска совершали двумя или тремя колоннами, разделяясь по-прежнему на авангард, главные силы и арьергард; войска двигались в порядке боевого построения, причем каждая линия составляла особую колонну.
На отдых войска располагались в укрепленных лагерях или по квартирам. Гарнизонная и сторожевая службы отбывались особенно строго у шведов. Сбор сведений о неприятеле производился главным образом посредством захвата и опроса пленных. Густав Адольф часто производил рекогносцировки лично.
Военно-инженерное дело мало развилось за время Тридцатилетней войны. Понижение эскарповых стен и предпочтение земляным брустверам, более дешевым и легче исправляемым, были главными основаниями современной долговременной фортификации. В полевой войне окопы и засеки начали получать широкое применение (Вербенский и Нюрнбергский укрепленные лагеря и т.п.).
Содержание и продовольствие войск. Войска получали значительное содержание, для чего прибегали к контрибуциям с захваченных городов или прямо к мародерству. Брандмейстер, заведывавший производством фуражировок, был почетным лицом в полку.
Хорошо выясняется этот вопрос из слов Валленштейна в 1632 г., сказанных императору Фердинанду II, призвавшему его набрать армию для борьбы с Густавом Адольфом и настаивавшему, чтобы Валленштейн набирал не более 20 000 человек. На это он сказал: «20 тыс. человек могут погибнуть с голоду, а с 50 тыс. я готов выступить в поход, потому что с таким числом помощников можно налагать контрибуции во всех землях».
В жалобах, поданных императору на притеснения его войск, говорится: «С бедным народом поступают варварски: жены и девицы предаются бесчестию и наказываются: не щадятся даже трупы. Все сопровождается побоями, поджогами и грабежем. Жители, лишенные самой необходимой пищи, голодают и, чтобы спастись от голодной смерти, утоляют свой голод самой неестественной пищей, как то: древесными почками и травою, пожирают даже собственных детей и мертвечину».
Армия Густава Адольфа получала жалованье из доходов с коронных имений. Продовольствие заготовлялось заботами короля, причем выдавалось человеку на сутки 2 ф. хлеба и 1 ф. мяса; фуражная дача на лошадь была: 6 ф. овса или 4 ф. ячменя, 10 ф. сена, кроме соломы. Одежда солдат была неформенного образца. Густав Адольф требовал только, чтобы они приобретали удобное платье, «приличное военному человеку».