Всего за 449 руб. Купить полную версию
Очевидно, что лурианская каббала заложила основы для полного понимания Зоара, однако почему же Хаим Виталь практически полностью пренебрег комментариями великого каббалиста и наставника Ари – Моше Кордоверо? Сказано, что причиной этому послужил следующий случай: Хаиму Виталю приснился Моше Кордоверо и сказал, что обе трактовки Зоара – Ари и самого Моше Кордоверо – верны, но лурианская трактовка будет преобладать в эпоху Машиаха. И это действительно так. Рукописи Ари давно упорядочены, записаны и изданы, в то время как сочинения Рабби Моше Кордоверо были обнаружены совсем недавно.
Другой известный каббалист золотого века (1490–1590) – уроженец Феса Рабби Авраам бен Мордехай Азулай (1570–1643). Он происходил из семьи каталонских каббалистов и был автором трех трактатов, опиравшихся на лурианскую систему изучения Зоара: Ор аЛевана («Свет Луны»), Ор аХама («Свет Солнца») и Ор аГануз («Скрытый Свет»). Рабби Азулай также написал книгу Хесед леАвраам («Милосердие Авраама»), посвященную анализу каббалистических принципов.
Слова, написанные им в предисловии к трактату Ор аХама, сегодня особенно актуальны: «С этого момента чрезвычайно важно, чтобы все люди открыто изучали каббалу и занимались каббалой. Ведь изучение каббалы – и только изучение каббалы – приблизит и ускорит приход Машиаха, который навеки сотрет с лица земли войны, разрушение, социальную несправедливость и, прежде всего, негуманное отношение людей друг к другу».
Отсюда можно сделать вывод, что, несмотря на все насилие, испанская инквизиция положила начало золотому веку, породившему лурианский период, который, в свою очередь, подготовил почву для Эры Машиаха.
Глава 5
Более поздний Свет: Рав Ашлаг
До появления трудов Рава Йегуды Ашлага (1886–1955), создавшего новый подход к толкованию писаний Ари, каббала оставалась тайной мудростью для большинства людей. В книге Талмуд Эсер Сфирот («Учение Десяти Сфирот»), состоящей из 16 частей, Рав Ашлаг создал логическую систему, в которой с помощью символов и схем передается суть трансцендентного измерения. Он считал, что они позволяют лучше объяснить аспекты учения Ари, выходящие за рамки интеллекта. «Учение Десяти Сфирот» разъясняет те понятия и идеи, которые веками ускользали от понимания даже самых целеустремленных знатоков. В ней в простой форме разъясняется глубокая связь между физической и духовной реальностью, описывается эволюция от начала Творения до мира, каким мы его знаем сегодня, а также излагаются все возможные мотивы, которые могли быть у Творца.
Кроме того, монументальный труд Рава Ашлага о Зоаре оказал огромное влияние на изучение иудаизма и явился поворотным пунктом в попытке сделать каббалу доступной современникам. Рав Ашлаг первым перевел Зоар с арамейского на современный иврит. Понимая, что одного только перевода недостаточно, он составил комментарий к наиболее сложным отрывкам в тексте. Он также собрал диаграммы, описывающие процесс эволюции сфирот и их проявлений вплоть до физического мира. Каббалисты уровня и калибра Рава Ашлага получали знание с помощью Божественного Откровения, и Рав Ашлаг не является исключением. Но особенно глубокими были его познания в области каббалы, а его перевод Зоара ясно показывает его осведомленность и во всех известных областях науки.
О жизни и характере личности Рава Ашлага мне рассказал мой учитель Рав Йегуда Цви Брандвайн, который был его учеником. Рав Ашлаг родился в Варшаве и получил образование в хасидских школах. В молодости он был учеником Шалома Рабиновича из Калушина и его сына Йеошуа Ашера из Парисова. В 1919 году Рав Ашлаг эмигрировал в Палестину и поселился в Старом городе Иерусалима. Рав Брандвайн рассказывал мне о нем как о человеке с колоссальными способностями к медитации, который знал метафизический мир и мистицизм так же, как Эйнштейн – мир физики. Это сравнение вовсе не случайно: Рав Ашлаг жил в эпоху великих научных открытий, разрушивших традиционные теории о стабильности, неизменности и цели существования нашей Вселенной. Выдающийся научный «памятник» этой эпохи – теория относительности Эйнштейна – лишь подтвердил то, что каббалисты знали веками: время, пространство и движение являются не константами, а функцией энергии.
Растущее осознание учеными несовершенств аналитической методологии науки и усиливающееся ощущение единства и взаимосвязи между физической и биологической системами дали новый импульс развитию мистицизма и в особенности каббалы. Так, труды Рава Ашлага отличает уникальное и поразительное сочетание важнейших фактов о строении Вселенной и глубоко проникающих в суть описаний предназначения человека в рамках этой системы.
Восстановление мистического подхода в каббале в противовес сухому изучению ритуалов и церемоний самих по себе стало возможным во многом благодаря связи, установленной между описанными понятиями и мистическим сознанием Рава Ашлага. Во все времена существования каббалы имя Пророка Элияу было неотделимо от этого учения. Он являлся и Рабби Шимону, и Ари. Однако Рав Ашлаг не связывал свои мистические откровения с именем Пророка Элияу. Мой учитель Рав Брандвайн рассказал мне красивую историю, наглядно показывающую, что между душой Рава Ашлага и высшими духовными сферами существовала невидимая связь. «Однажды вечером, – вспоминал Рав Ашлаг, – закончив работу над очередной частью Зоара, я решил вздремнуть и заснул очень глубоким сном. Я услышал голос, который провозгласил, что мне покажут весь процесс Творения, от начала и до конца, в том числе приход Машиаха. Я спросил, почему моему взору не откроется то, что видели пророки, и получил ответ: “Зачем довольствоваться уровнем пророков, если ты можешь видеть все?”»
Это откровение Рав Ашлаг описывает в письме своему дяде. В нем он рассказывает о встрече с учителем и о том, что преисполнился самолюбием, когда ему стали доступны сокровенные тайны каббалы. Это проявление гордости заставило его учителя прекратить уроки до тех пор, пока Рав Ашлаг не выработает правильного отношения к изучению и не проникнется скромностью. И тогда учитель Рава Ашлага, запретивший ему оглашать свое имя, открыл ему сод («секрет», или «внутренний смысл») микве («ритуальное омовение»). «Это вызвало у меня, – пишет Рав Ашлаг, – столь сильный экстаз, что я буквально испытал полный двекут (слияние с Божественной сущностью Творца) и полное отрешение от материального мира, я увидел разорванные в клочья покровы, скрывавшие вечную жизнь». Вскоре после этого учитель скончался, оставив Рава Ашлага безутешным. Глубокая скорбь и отчаяние Рава Ашлага лишили его на некоторое время этого откровения, пока он вновь не посвятил свою жизнь Творцу. «И тогда внезапно забились фонтаны Небесной мудрости, (и) благодаря милости Всевышнего я вспомнил все откровения, которые получил от своего учителя, благословенна его память».
Сегодня, как и в золотой век Цфата, вновь вышли на поверхность скрытые родники каббалы. Но с тех пор в мире произошла важная перемена: наука, которая веками была заклятым врагом духовности, предстала в своем истинном свете – помощницей и союзницей каббалы.
Глава 6
Каббала и Эра Машиаха
Прежде чем мы перейдем к более глубокому изучению методологии и мудрости каббалы, давайте посмотрим на аргументы за ее изучение в наше время, в частности на связь между изучением каббалы и приходом Эры Машиаха.
В прошлом мы уже наблюдали растущую волну интереса к мистическим учениям и к Зоару наряду с пробуждением духовности в рамках религии и за ее пределами. Неизбежно возникает вопрос: почему же Зоар был скрыт от предшествующих поколений, которые, несомненно, были на более высоком уровне сознания, чем нынешнее, и, следовательно, лучше подготовлены к тому, чтобы понять глубокую мудрость каббалы?