Всего за 149 руб. Купить полную версию
Последнее положение имело особое значение для Неплюева, который считал, что из любви к ближним люди сами добровольно ограничат себя во всем, в чем ограничить себя необходимо на пользу общую; ограничат себя, не нуждаясь для этого ни в палках страха, ни в приманках корысти. Без любви не может быть внутренней, естественной дисциплины. Без любви в уме и сердце анархия, которая непременно проявится в жизни и потребует, для поддержания хотя бы внешнего, призрачного порядка, применения в той или иной форме воздействия палок страха и приманок корысти. Пока жизнь и отношения не основаны на любви, пока нет добровольной дисциплины любви, невозможна и свобода.
Сколько бы человечество ни мечтало о свободе, как бы горячо ее ни желало, без добровольной дисциплины любви оно при самых свободных учреждениях и всевозможных гарантиях свободы будет фатально переходить от рабства страха к рабству корысти, от рабства насилия к рабству капитала…
Главное, говорит Н. Н. Неплюев, нельзя успокаиваться на малых степенях любви. Пока любовь – каприз и слабонервность, любят немногих и бестолково, балуя любовью своею и предаваясь спорту бессистемной благотворительности, стремящейся залечить те раны, которые случайно попадаются на глаза и воздействуют на нервы, такая любовь не может быть основою жизни и дисциплинировать. Необходимо, чтобы любовь имела в человеке первенствующее значение, составляла общий тон отношения его к миру, была признаваема за высшую ценность, высшее благо. Только когда люди «умалят себя служением ей, она вознесет их до свободы, до равенства, до братства, до блаженной гармонии умов, сердец и жизней»[24].
Первоначально Н. Н. Неплюев постарался обеспечить школу, подобрав в ней таких учителей, которые бы навсегда могли упрочить ее нравственную атмосферу. Опыт привлечения в качестве сотрудников со стороны не оправдал его надежд. Как бы ни были благонамеренны взгляды сторонних преподавателей на систему воспитания, но одно то обстоятельство, что они явились с разных концов страны, внесли каждый свои понятия, привычки, религиозные взгляды, по существу иногда отвечавшие взглядам и привычкам Неплюева, но по форме расходившиеся с ними, – одно это обстоятельство должно было неизбежно повести и по сути дела привело к полной дисгармонии. Тогда Н. Н. Неплюев в 1888 году выхлопотал высочайшее дарование в виде исключения – право Воздвиженской школе предоставлять в ней место учителей бывшим ее воспитанникам. По этому поводу Неплюев писал: «Не могу не выразить еще раз глубокую признательность бывшему министру государственных имуществ М. И. Островскому, просвещенному сочувствию которого я обязан тем, что получил возможность обеспечить за школой христианское направление воспитания и всестороннее процветание в будущем, предоставив места учителей, вместо людей, враждебно или равнодушно относившихся к святая святых школы нашей, ее бывшим питомцам»[25]. Учителя при школе и составили первую братскую семью Святого Николая Чудотворца. После этого стали постепенно образовываться и новые братские семьи (братская семья Святого Андрея Первозванного, братская семья Святого Иоанна Богослова, братская семья Святой Девы Марии, братская семья Святого Петра, братская семья святой Александры), целью которых было:
1) устроить свою жизнь согласно святому учению братской любви Христа Спасителя;
2) постоянное самоусовершенствование членов братства в направлении христианского идеала, деятельной, вдохновенной любви к ближнему и безграничного самопожертвования на пользу правды и добра;
3) экономическое устройство, дающее возможность членам братства добывать средства к жизни не путем экономической борьбы, основанной на человеконенавистничестве, зависти, хитрости и насилии; а путем совместного дружного труда, основанного на любви, уважении и доверии друг к другу;
4) воспитание детей людьми разумными, добрыми, честными, способными стать достойными членами трудовых Христовых братств;
5) деятельная пропаганда принципов, на которых братство основано[26].
В братские семьи, или общежития, члены трудового братства группировались, по возможности, по одинаковому роду занятий. Все члены братства составляли рабочую и потребительскую артель, имевшую право юридического лица.
Члены братства подразделялись на приемных братьев, братьев, старшин, старост, опекунов, попечителей и посадника.
Приемными братьями могли становиться лица мужского и женского пола любого общественного положения и состояния здоровья, но не моложе 16 лет и обязательно православного вероисповедания. Лица, желающие поступить на испытание, ввиду открывшейся вакансии, обращались к посаднику с письменным заявлением. Срок пребывания в положении приемного брата был определен в три года. Ученики братской профессиональной школы, если вступали в права приемных братьев непосредственно по выходе из школы, имели право на сокращение срока испытания до двух лет.
Приемные братья пользовались всеми имущественными правами братьев, но в управлении делами братства, в собраниях и выборах не участвовали как лица, находящиеся на предварительном испытании.
В братья выбирались лица, прошедшие предварительные испытания, т. е. приемные братья, показавшие себя людьми честными, добрыми, трудолюбивыми, проникнутыми чувствами христианского воздержания и любви к ближнему.
Избранный на общем собрании (вече) брат принимал на себя в церкви братские обеты:
«1. От глубины души принимаю в руководство жизни моей высокое и святое учение братской любви Христа Спасителя.
2. Буду помнить, что только в единении, согласии и любви честная жизнь и тихая радость людей.
3. Буду помнить, что живет во мне и вечный дух, и дикий зверь; не дам власти дикому зверю, не унижу перед ним Божественный светоч – вечную душу.
4. Даю обет быть строгим к самому себе, честно обдумывать мои слова и поступки, говорить правду и поступать по правде.
5. Буду помнить, что мое доброе имя – честь братства и торжество Христова дела на земле, что мой позор – бесчестие братства и вред для всего человечества.
6. Буду воздержан в пище, питье и всяких удовольствиях.
7. Отказываюсь от всех удовольствий, соединенных с вредом, опасностью или унижением для человека.
8. Обещаю жить согласно уставу и действующим уложениям трудового Христова братства.
9. Женившись, обещаю быть честным другом моей жены и ни единого мгновения не жить с нею во лжи и обмане.
10. Имея детей, обещаю помнить обязанности отца и сделать все от меня зависящее, чтобы приготовить из них достойных членов трудовых Христовых братств, подобных тому, в которое ныне вступаю.
11. Обещаю быть искренним честным другом для всех членов братства.
12. Обещаю не принять в члены братства человека недостойного.
13. Обещаю подать голос за исключение из братства даже родного сына или жены моей, если бы они оказались недостойными чести принадлежать к братству, помня, что, из жалости к одному, я не имею права подвергать опасности доброе имя братства.
14. Обещаю выбирать на должности в братстве без лицеприятия лиц наиболее достойных.
15. Обещаю быть почтительным и послушным к лицам, удостоенным чести быть избранными на должности в братстве.
16. Обещаю безбоязненно обличить перед лицом братства всякого, не исключая и самого посадника, если он нарушает обеты или действует во вред братству, злоупотребляя его доверием, нарушая или извращая его устав.