Квиллер с очень довольным видом вернулся к своему столику и тарелке с завтраком, которую тем временем поставили перед ним.
- К чему весь этот спектакль? - спросил Райкер.
- Просто захотелось услышать её голос. Подумал, что, возможно, она из Бюро расследований штата и занимается делом туриста, но, судя по голосу, это скорее служащая железной дороги, чем чиновница.
- К твоему сведению, Квилл, с этим делом покончено. О его прекращении будет объявлено завтра в газете: смерть от естественных причин.
- Хм-м, - проворчал Квиллер. Если верить Эндрю Броуди, таинственной в этом деле была не только причина смерти. Квиллер взял вилку и набросился на яичницу с подгоревшими краями, на куски ветчины и разогретую картошку, плавающую в жиру на остывшей тарелке.
- Я прихожу к выводу, что тебе просто нравится есть, неважно что, - съязвил Райкер. - Когда мы были детьми, ты глотал всё подряд, словно умирал с голоду.
- Я способен отличить хорошую еду от плохой, - возразил Квиллер, - но легко приспосабливаюсь. Просто я знаю, что им трудно найти повара на уик-энд… Ты довязал свою первую пару носков, Арчи?
- Чёрт возьми, с трудом добрался до пятки первого.
- Сколько мужчин состоят членами вязального клуба?
- Четыре с половиной. Я там на птичьих правах. Сам теперь жалею, что позволил Барб Огилви меня завлечь, но она женщина молодая, к тому же блондинка, и глаза у неё как у ягнёнка… Кстати, завтра Милли готовит бараньи отбивные и приглашает одиночек на обед. Почему бы тебе к нам не присоединиться? Будет Лайза Комптон, потому что Лайл уехал на конференцию в Дулут, и Роджер, потому что Шарон с детьми едет с ночевкой на автобусную экскурсию в Локмастерский музей.
- В котором часу?
- В шесть, чтобы успеть выпить. Они явятся прямо с работы. Расскажи, как ты себя чувствуешь в отпуске.
- Какой там отпуск! - сварливо отозвался Квиллер. - Шагай домой и читай свою газету.
Приглашение на обед к Райкерам ценилось очень высоко, и Квиллер решил принести подарок Милдред - что-нибудь из "Чар Элизабет", где ко всему прочему можно было рассчитывать на чашку нормального кофе, а не на отвратительное пойло, предлагаемое в отеле. Он пробился сквозь утреннюю орду отпускников к Дубовой улице и столкнулся с Элизабет, которая покидала магазин, несмотря на то что туда заходили покупатели.
- Квилл, вы слышали трагическую новость? - вскричала она голосом, полным слез. - Один из участников регаты упал за борт и утонул! Ему только-только исполнилось девятнадцать! Он собирался поступать в Йельский университет.
- Вы его знали?
- Совсем немного, но я отлично знаю его семью. Его отец - исполнительный директор крупной корпорации в Чикаго. Самое ужасное во всём этом то, что он был прекрасным пловцом, но его не сумели быстро поднять из воды. Температура воды в озере, как вы знаете, убийственная. Судно развернулось и через три минуты подошло к нему, но уже наступило переохлаждение. Когда его достали из воды, он был в шоковом состоянии и в сознание так и не пришёл. Все просто в отчаянии!
- Печальная новость, - проговорил Квиллер. - Всем известно, что плавать рискованно, но никто не знает, когда именно его подстережёт несчастье.
- Я решила, что вам надо знать о случившемся. Большинство местных жителей совершенно не интересуется обитателями Гранд-острова, лишь бы те приезжали сюда и тратили побольше денег, - с горечью заметила Элизабет. - Сейчас приедет мой брат и отвезёт меня на остров.
- Могу я чем-нибудь вам помочь? - спросил Квиллер. На какую-то секунду он подумал, что это могло бы послужить уважительной причиной, чтобы отложить собственную поездку на катере.
- Спасибо, Квилл, я поднатаскала Кеннета, чтобы он мог обслужить клиентов, а в половине третьего придёт Дерек… Извините, мне пора бежать на пристань.
Квиллер сочувственно кивнул Элизабет, и она умчалась.
В магазине высокий белокурый выпускник средней школы, неожиданно превратившийся из мальчика-рассыльного в управляющего, наслаждался обрушившимся на него ответственным поручением. Он добродушно шутил с покупательницами - особенно с молодыми - и отвечал на вопросы о товарах так, будто понимал, о чём говорит. Он принимал деньги и кредитные карточки, работал на компьютере, аккуратно заворачивал покупки, но сказал, что специальной оберточной бумаги для подарков у него нет. Квиллер, который надумал купить Милдред рунические камни, решил его испытать.
- Что это за камушки? - спросил он.
- Один старик собирает их на берегу и полирует, чтобы они стали гладкими, - ответил парень. - А другой старик наносит на них волшебные буквы. Они предсказывают судьбу. Есть книжка, там сказано - как именно.
- А тебе уже предсказали?
- Да-а. Элизабет сказала, что я огребу кучу денег, если задам работу не только мускулам, но и голове.
- Я возьму один набор, - сказал Квиллер.
Милдред наверняка знала про рунические камни. Она умела читать по ладони и почерку и гадать на картах таро, но никогда не делала этого в присутствии Арчи.
Положив подарок в машину, Квиллер пошёл к пирсу, где стоял "Впередсмотрящий" - сверкающий белой краской катер с V-образным корпусом и открытым кокпитом. Буши, явно исполненный гордости, ожидал реакции приятеля.
- Славное судёнышко! - произнёс Квиллер. - И на палубе много места! Сколько лошадиных сил? Сколько человек вмещает?
Буши показал ему рулевую рубку с сиденьем для двоих, отлично оборудованное машинное отделение и помещения под палубой: четыре койки, гальюн и камбуз с холодильником, плитой и раковиной.
- Мне придётся здорово повкалывать, чтобы расплатиться за эту малышку, - признался он.
Мужчины уселись в рубке, и катер медленно отошёл от пристани, а когда выбрался на открытую воду, стал бодро набирать скорость.
- Это корыто ещё и плавает! - удивился Квиллер.
- А управление - мечта, - похвастался Буши.
- И обзор неплохой.
- Ты видел компас и эхолот?
- Куда мы направляемся? - спросил Квиллер, когда катер понёсся по зеркальной поверхности озера куда-то в свой собственный мир.
- В воскресенье движение на озере довольно оживлённое, но сейчас, по-моему, самое время сходить к маяку, - сказал Буши. Он показывал на острова, мели и банки, мимо которых они пролетали, и называл их имена.
Недалеко от Пиратской мели они заметили большой катер с кабиной и маленький скутер, которые пришвартовались друг к другу бортами.
- Что это такое? - спросил Квиллер.
- Наверное, какая-нибудь махинация. Ну-ка, возьми бинокль и попробуй что-нибудь разглядеть!
Настроив окуляры, Квиллер сообщил:
- Ни на одном судне никого не видно. Возможно, все в камбузе, готовят сандвичи с беконом, салатом и помидорами.
- Ха! - рассмеялся Буши. - А тебе видно название на транце катера?
- Кажется, "Солнцелов". О чём-нибудь тебе говорит?
- Не-а. Я ведь по причалам не болтаюсь. К тому же он мог прийти с другого причала. Удочки какие-нибудь видны?
- Есть одна, закреплена в держателе. У них там клюёт, но они явно не хотят пережарить бекон.
- Я обойду вокруг, чтобы ты прочитал название скутера.
Судно было старое и далеко не в таком приличном состоянии, как "Солнцелов". Оно называлось "Резвая мама".
- У-у-у! - крикнул Буши.
Регистрационных номеров видно не было - упущение, которое напомнило Квиллеру о его неудачном путешествии на катере в то время, когда он был на озере новичком. Старую посудину "Минни К." прятали в камышах, потому что она не прошла техосмотра и эксплуатировалась нелегально.
- Давай-ка лучше уходить, а то подумают, что мы журналисты, и начнут, чего доброго, стрелять, - сказал Квиллер.
"Впередсмотрящий" спокойно двинулся дальше и уже через несколько минут миновал южную оконечность острова Завтрак, которая после неудачной попытки как-то её цивилизовать вернулась в первозданное состояние. Немного дальше окружённый водой клочок суши менял своё название на Гранд-остров, там был причал, у которого стояли яхты и парусные лодки из Чикаго. Позади причала высились роскошные коттеджи, принадлежащие приезжающим на лето людям из Центра - тем, кто приплывал в Мусвилл и тратил свои деньги в "Чарах Элизабет" и "У Оуэна". На северной оконечности острова на скалистом мысу стоял маяк, в прошлом здесь очень часто случались кораблекрушения. Теперь буи с колоколами предупреждали суда о грозящих им подводных опасностях.
- Вот тут и бросим якорь, - сказал Буши.
Пироги - великолепная, очень удобная для пикника пища, а в "Бяке-Кулебяке" им к тому же упаковали банки с томатным соком, яблоки, кокосовые булочки и термос с кофе.
- Для сухопутной крысы из Локмастера, Буши, ты ориентируешься в здешних водах совсем неплохо.
- Ты заблуждаешься насчёт меня, Квилл. Я родился и вырос возле озера, а в Локмастер переехал только после того, как женился. Мне очень приятно снова оказаться здесь. Я страстно люблю рыбную ловлю и катера. Ты, наверное, не слышал об этом, но три поколения моей семьи занимались ловлей рыбы, пока дед не продал дело Скоттенам. Он часто рассказывал мне о селёдочном бизнесе в двадцатые и тридцатые годы. У них были деревянные лодки и хлопчатобумажные сети - и никаких тебе эхолотов или радаров. Ты не поверишь, каково приходилось рыбакам в те времена.
- А ты расскажи, - попросил Квиллер, которому всегда было интересно знать, чем занимаются люди.