Всего за 229 руб. Купить полную версию
Секунду никто ничего не говорил. Фин бы всё отдал, чтобы вдохнуть назад вылетевшие изо рта слова. Он представил, как выглядит со стороны: стоит, наполовину высунувшись в дверной проём, чёрные волосы непричёсанными патлами падают на смуглую кожу, одежда грязная после нескольких дней непрерывной носки, если не считать редкого споласкивания в фонтане.
– Бродяжка! – закричал мистер Пастернак, ухватившись за первый пришедший на ум логичный вывод.
Он схватил метлу с толстой ручкой и замахнулся ею как битой.
Фин сглотнул, и хотя он знал, что это не сработает, всё равно попробовал.
– Миссис Пастернак? – прошептал он. – Это я, Фин?
Миссис Пастернак вопросительно склонила голову. Её глаза слегка прищурились. Он отчаянно искал на её лице хотя бы искорку узнавания. Её рот приоткрылся, совсем чуть-чуть, и в его сердце вспыхнула надежда.
– П-прошу прощения, молодой человек, – запнувшись, сказала она. – Мы знакомы?
Фин вздохнул, огонёк надежды потух. Ну разумеется. Мистер Пастернак направил на него щётку от метлы и медленно махнул ею в сторону двери.
Пора уходить. Опять.
Понурившись, он пересёк кухню. Сегодня придётся обойтись без завтрака. Но сейчас кое-что было важнее ломтя хлеба, насквозь пропитавшегося жабьим маслом. На пороге он повернулся к миссис Пастернак. Она смотрела на него с той же пустотой в глазах, к которой примешивался страх.
– Извините, – прошептал он.
Уголки её глаз дёрнулись, и она нахмурилась.
– Нехорошо вламываться в чужие дома, – укорила она его.
Мистер Пастернак за её спиной хмыкнул, не опуская метлы.
Фин пожал плечами:
– О, я не об этом. А вот о чём!
Одним быстрым движением он подпрыгнул и выхватил из её руки письмо.
Мистер Пастернак взревел и взмахнул метлой. Та ударилась об пол, едва не задев Фина.
– Трубки-стержни! – вскрикнул он, но его уже было не догнать.
Он опрометью понёсся по узкой улочке, морщась от впивающихся в ступни булыжников. Пара дюймов в сторону – и ему бы не поздоровилось.
Но Пастернаки скоро обо всём забудут, и никакой замок его не остановит. А самое главное, его пальцы сжимали письмо. Письмо, адресованное ему.
Глава 2. Пиратский корабль на парковке
– Она не от динозавра, – отрезала Маррилл.
Она провернула в руке старую сухую кость и вытерла тыльной стороной запястья вспотевший лоб. Трое семилетних мальчиков смотрели на неё горящими глазами. Над ними висело раскалённое аризонское солнце, такое горячее, что подошвы её кроссовок едва не плавились.
– Скорее всего, она коровья, – добавила Маррилл.
Мальчики почти синхронно перестали улыбаться и нахмурили брови.
– Но откуда ты знаешь? – спросил старший брат, Тим (или Тед?).
Они стояли посреди знаменитого раскопа тройняшек Хатчей, более известного как пустой участок на окраине их района у чёрта на куличках.
Тройняшки, скорее всего, пришли к Маррилл за советом, потому что у неё был опыт в таких делах. В прошлом году они с родителями три месяца провели на раскопках в Перу, искали останки птицы таких огромных размеров, что она проглатывала лошадей на закуску. Папа написал об этом статью, и та вместе со сделанной мамой фотографией Маррилл, на которой она держит в руках клюв размером с её голову, попала в итоге на страницы Смитсоновского журнала.
– Потому что это кость, – сухо ответила она. – Если бы она принадлежала динозавру, то давно бы окаменела.
Она поймала взгляд младшего брата, Тома (или это был Тим?). Тот надул губы и поник. На лицах его братьев застыли схожие выражения.
Маррилл кольнула совесть. Они мечтали о великом открытии, а она всё испортила скучной реальностью. Ей было хорошо знакомо это чувство. Но благодаря папиной и маминой работе на её долю выпадало множество классных приключений, и в ближайшие дни она отправится за новой их порцией, тогда как все приключения тройняшек Хатчей ограничивались теми, что они сами себе придумывали. И она лишила их даже этого.
Маррилл поднесла кость к глазам и задумчиво поджала губы.
– Хотя, если подумать… – Она помотала головой. – Но нет, этого не может быть.
– Чего не может быть? – снова просиял младший брат.
– Ну… – Маррилл села на корточки и царапнула ногтем землю. – Когда мы были в Перу в прошлом году, кое-кто там шептался, будто бы по всей планете начали находить останки драконов. Учитывая размеры, эта кость могла принадлежать детёнышу дракона, но…
Средний брат (Тим, она почти не сомневалась) нахмурился:
– Драконов не бывает.
– Перуанский исследовательский центр драконов с тобой бы поспорил, – пожала плечами Маррилл. – Хотя без других останков сказать точно невозможно…
Не договорив, она бросила кость Теду (Тому?) и пошла к дому своей двоюродной бабушки. По пути она оглянулась: тройняшки стояли вокруг кости и что-то возбуждённо обсуждали.
С её лица не сходила улыбка до поворота на бабушкину улицу. Но стоило впереди показаться знакомому дому, и она сбилась с шага. Табличка «Продаётся», простоявшая во дворе несколько недель, исчезла.
Сердце Маррилл загрохотало в груди. С тех пор как пару месяцев назад умерла её двоюродная бабушка, они безвылазно торчали в Фениксе. Родителям Маррилл даже пришлось завершить досрочно их последнюю экспедицию, чтобы приехать сюда и разобраться с оставшимися после неё вещами. С домом вышло дольше всего. Каждый день Маррилл надеялась увидеть внизу знака таблички надпись «Продано!», и каждый день заканчивался разочарованием.
Но не сегодня.
Она влетела в дом на крыльях радостного нетерпения и даже не остановилась, чтобы насладиться кондиционированным воздухом. Вместо этого она побежала прямиком к себе в комнату, нырнула под кровать и отбросила в сторону закатившиеся сюда карандаши и наполовину заполненные альбомы для рисования, чтобы добраться до спрятанной в глубине обувной коробки. Она мечтала об этом моменте всё лето. Наконец-то они отправятся в новое путешествие, и она успела выбрать идеальный маршрут.
– Наконец-то мы уедем отсюда! – взвизгнула девочка, ворвавшись на кухню с коробкой в руках.
Её родители сидели за старым разделочным столом, на котором были разложены стопки бумаг. Одноглазый кот Маррилл по кличке Карнелиус развалился поверх одной из стопок и лениво бил рыжей лапой по скомканному конверту.
– Помните, когда мы сюда приехали, вы сказали мне подумать, куда отправиться в следующий раз? – зачастила Маррилл, не дожидаясь реакции родителей. – И знаете что? Я нашла самое идеальное из всех возможных мест!
Она вывалила на стол содержимое коробки: глянцевые снимки, карты и проспекты. Понизив голос, она тоном ведущего игрового шоу продолжила:
– Леди, джентльмен и кот, я представляю вам… – Она сделала драматичную паузу, после чего подняла в воздух постер с девочкой, нянчащей однорукого детёныша шимпанзе. – «Заповедник спасённых животных с апартаментами и игровой крепостью в парке Бентон»!
Её родители были ошеломлены. Они и слова не могли вымолвить. Маррилл остановилась и позволила себе прочувствовать всю силу их восторга. Как она их понимала – она сама не могла бы придумать места лучше. Маррилл души не чаяла во всех потерявшихся и бездомных созданиях (именно поэтому она ухаживала за двулапым хорьком во Франции, глухой древесной лягушкой на Коста-Рике и бесхвостым попугаем в Парагвае). Заповедник занимал целый остров, отведённый для одной-единственной цели: реабилитации пострадавших по той или иной причине животных. Маррилл улыбалась так широко, что испугалась, как бы у неё не треснуло лицо.
Папа посмотрел на маму, а та уставилась на свои сцепленные руки, лежащие на коленях. Они оба выглядели крайне напряжёнными. У Маррилл похолодело внутри. Папа кашлянул.