Радман Макс - Заметки извращенца. Всем эротоманам посвящается

Макс Радман

Заметки извращенца. Всем эротоманам посвящается

Как мы делали рекламный радиоролик, и что из этого получилось

Работа на радио – это житие в сумасшедшем доме. А уж наша радиостанция – это точно палата №6. Работа у нас творческая, головы бедовые, а идеи бредовые. Но, как сказал кто-то из великих, любую бредовую идею надо сначала проверить на предмет ее гениальности. Вот мы и носимся со своим бредом, время от времени проверяя его гениальность на своих радиослушателях.

Однажды наш копирайтер (выражаясь языком нормальных людей – составитель текстов рекламы) придумал радиоролик то ли для какого-то секс-шопа, то ли для какой-то забегаловки с названием что-то вроде «Экстаз», где для звукового оформления требовалось возбужденно-учащенное дыхание мужчины и женщины. То бишь ставка делалась на некую сексуальную доминанту слушателей.

Роль вздыхающего мужчины почему-то досталась именно мне, хотя я всегда озвучивал очень серьезные ролики либо солидных банков, либо политических организаций. Роль женщины-вздыхательницы выпала на первую попавшуюся нам на глаза девушку с нашего радио. Кстати, копирайтера. Но не автора ролика. И то, что выбор пал на нее мне понравилось: ее стройные ноги, красивая грудь и упругая попка всегда будоражили мое воображение.

Мы собрались в студии, инициатор безобразия быстренько объяснил нам, что мы должны дышать так, как будто вот-вот кончим, причем бурно и одновременно.

Сначала репетировали. Получалось нечто среднее между одышкой и хрипом висельника. Пробовали еще и еще. Эффекта – ноль. Тогда автор ролика приказал мне и девушке усесться на диван да поплотнее друг к другу. Опять немного прорепетировали. Получилось даже хуже, чем раньше. Как сказал наш коллега: дыхание похоже на натуживание в сортире. Автор начинал нервничать. Мы – веселиться. Это такая странная традиция у нас на радио: если кто-то начинает психовать, то все начинают его активно доставать, он нервничает еще сильнее, злится на всех, орет, а мы хохочем. В общем, палата №6.

В конце концов, придумщик ролика выгнал всех из студии, оставив меня наедине с Еленой (так зовут девушку-копирайтера) и включенным микрофоном. При этом он пригрозил, что, во-первых, дверь в студию откроется только через полчаса (то бишь сидеть мы будем взаперти), а, во-вторых, если через отведенные 30 минут мы ничего не надышим в микрофон, он нас задушит.

Мы остались вдвоем в запертой студи. Мы были молоды и привлекательны. И мы хотели жить: копирайтеры ведь люди такие – скажут, что задушат, значит, задушат. Поэтому мы уселись на диван и начали глубоко дышать, пока у нас головы не закружились от переизбытка кислорода. И опять ничего путного не вышло. Что-то надо было делать.

– Дай я хоть потискаю тебя немного, может тогда получится, – предложил я Елене.

– Ну, давай попробуем, – сказала она, тут же попытавшись натянуть свою супермини-юбку до коленок.

– Да не нервничай ты так, – успокаивал я ее. – Это такая же роль, как в кино или театре.

– Ну, тогда – дубль первый, – с этими словами Елена подтянула юбочку вверх. Мелькнули белые полупрозрачные трусики, сквозь которые неплохо просматривалось междуножное пространство девушки.

Что ж, первый дубль так первый дубль. Я придвинулся еще плотней, одной рукой обнял Елену за плечи, а вторую положил на ее стройное и упругое бедро. То, что у меня находилось в штанах, напряглось сразу – я давно мечтал пообщаться горизонтально с этой красоткой. Дыхание мое слегка нарушилось, так как сидя сбоку от Елены, я видел ее хорошенькую грудь в глубоком разрезе блузки и блеск трусиков между ног. Но она, по-прежнему, дышала ровно. Я начал очень нежно и ласково гладить ее по внутренней стороне бедра, двигая руку в сторону манящих трусиков и их содержимого. Елена дышала ровно.

В моей голове появилось три версии спокойствия девушки: либо она фригидна (что маловероятно), либо силы воли ей не занимать, либо я, как мужчина, уже умер и возбуждаю только некрофилок.

– Так мы будем дышать как надо или нет? – начал нервничать я.

– Будем! – твердо ответила Елена и начала расстегивать блузку.

Я перестал дышать и окаменел. Она же спокойно расстегнула все пуговки, сняла блузку, потом лифчик, сбросила юбку и осталась в одних трусиках.

– Я подумала: если тискаться, то по-настоящему, если дышать, так действительно возбужденно. И не забывай, у нас с тобой меньше получаса.

Она села верхом мне на колени и начала расстегивать ремень. Разобравшись с ширинкой, девушка вынула мой стоящий член и стала своей нежной ручкой двигать по нему вверх-вниз. Свободной рукой она расстегивала мне рубашку, которая потом чудесным образом полетела в угол студии. Туда же отправились брюки и трусы, стянутые с моей задницы.

Без каких-либо предисловий она уселась на корточки между моих ног и начала делать мне минет. В этот момент я ожил. Времени было в обрез: нужно было и надышать хотя бы минут пять звукового материала, и трахнуться хорошенько.

Я отстранил ее голову от своего члена, поднялся с дивана, куда тут же водрузил Елену так, чтобы колени ее стояли на диване , а локти упирались в его спинку. Ее очень соблазнительные трусики я приспустил до середины ее не менее соблазнительных бедер. Потом быстренько засунул руку ей в промежность: там было очень мокро и горячо. Не долго думая, я всадил в ее щелочку свой «инструмент» и задвигался очень активно. Как мы начали дышать буквально через пару-тройку мгновений!!! Но уже в последующие 10 минут мы не думали ни о ролике, ни о каком-то там звуковом материале, ни о том, что мы занимаемся сексом прямо на рабочем месте. Мы просто тра-ха-лись.

Страсть накрыла нас, мы отдавались сексу с самозабвением, как будто сношались перед смертной казнью. Но кончина в сексе – вещь неизбежная. Мне осталось с десяток фрикций, чтобы «добежать» до финиша. Но тут Елена соскочила с моего уже лопающегося члена и схватила его ртом, засасывая, словно пылесос. Из моей глотки вырвался звериный рык, а из пениса – струя спермы. Леночка все проглотила, облизала остатки семени с головки и скомандовала:

– Все! Снято! Всем спасибо! Одеваться!

Команда была отдана вовремя, так как буквально через три минуты в студию ворвалась толпа сумасшедших радийщиков во главе с автором ролика, жаждущих застукать нас в самый щекотливый момент. Но мы сидели на диване на добропорядочном расстоянии и полностью одетые…

Ролик, кстати, получился отменным.

Похмельный секс

С похмелья ему хотелось всего три вещи: выпить граммов 200 холодной водки, трахнуть симпатичную бабу и снова выпить граммов 200.

В тот день его желания были особенно сильны. Во-первых, он выпил слишком много, да к тому же намешал чего ни попадя: и пиво, и вино, и сверху это все было придавлено коньяком. Во-вторых, вечеринка растянулась почти до утра, а он проснулся часов через 4-5 после ее окончания и, стало быть, не выспался. В-третьих, деваха, на которую он «положил глаз» и практически «приболтал», куда-то испарилась. В общем, и его пробуждение, и его состояние были не из лучших.

Отодрав помятое туловище от постели, нетвердой походкой он добрался до холодильника, дрожащими руками открыл его и вскрикнул от радости – полбутылки водки глядели на него с вызовом. Взяв не очень чистый стакан, кое-как наполнив его, он проглотил одним махом все содержимое. Мгновенно он стал другим человеком: взор прояснился, появилась твердость в руках, ногах и мыслях. А мысли были такие: надо трахнуться.

Приняв душ, побрызгав на себя дорогущий одеколон и одевшись в костюм, специально предназначенный для охоты на женщин, он вышел на улицу.

Купив в ближайшем магазине бутылочку пивка, дабы оправдать запах изо рта (мол, решил хлебнуть немного «вкусности», ну а запах? – ничего не поделаешь), он с горящим взором голодного волка стал высматривать добычу. Стояла поздняя весна, девки носили минимальные юбки и максимальные разрезы, где только возможно.