Попов, услышав шум, выскочил в коридор. Увидев подчиненного, лежащего пластом на полу с обломком стрелы в глазу, перешагнул через него и вбежал по лестнице на второй этаж. Все пошло не по плану. Озлобленный Попов нервничал. Украдкой продвигаясь, он врывался в каждую спальню, наводя оружие на любые подозрительные предметы, чертыхался, свирепел, но продолжал поиск. В последней комнате увидел Илью с натянутым луком.
Попову в стрельбе из пистолета не было равных. Потребовалась секунда, чтобы вскинуть оружие и выстрелить, но именно в эту секунду парень исчез. Пуля пробила окно, а Попов, огорошенный, застыл на месте, растерянно озираясь и соображая, что это было. Куда пропал пацан? Наверное, это иллюзия или голограмма, такое невозможно в принципе! Разъяренный, с больно уязвленным самолюбием, злодей мотнул головой, вытаращил глаза и закричал: «Мразь, я тебя убью!» Затем стал палить вслепую налево и направо, а когда обернулся, то увидел стоящего позади себя парня, целившегося из лука. Илья невозмутимо, исподлобья глядел на негодяя. Он выпустил стрелу, пронзившую неудавшегося киллера в самое сердце. Попов грохнулся замертво.
Парень опустил лук, с ужасом уставившись на убитого им человека. Да, это была самозащита. Да, он подстрелил вломившихся в его дом бандитов. Но не превысил ли он пределов необходимой обороны? И почему он стрелял не по ногам, а в голову и сердце? Он герой или преступник? Осознав, что наделал, неискушенный Илья, пребывая в состоянии полной прострации, стоял и остекленевшими глазами смотрел в никуда. Рассудок отказывался понимать случившееся, а убеждения не находили доводов ни для защиты, ни для обвинения.
Появился отец. Взглянув на труп наемника, он, прочитав мысли сына, положил ему руку на плечо и мягко сказал:
– Действовал ты по ситуации и без промедления. Молодец! Была реальная угроза нашим жизням. А потому успокойся. Еще древние греки утверждали, что на насилие следует отвечать насилием.
Полиция приехала быстро. Следователь Бобров, прибывший в составе бригады криминалистов, долго ходил по дому, расставляя значки с номерами рядом с уликами. За ним по пятам, делая снимки, шествовал беспристрастный фотограф, а криминалисты в белых защитных костюмах, собрав орудия убийства, гильзы и волоски, приступили к экспресс-анализу отпечатков пальцев.
Бобров вошел в гостиную и устало уселся в кресло напротив дивана, на котором сидели в подавленном настроении Петр и Илья. Приглушенный свет торшеров высвечивал их бледные лица и лицо следователя, не верящего в совпадения.
– Скажите, Петр Васильевич, как случилось, что в течение года в этом доме совершается второе убийство?
Белов пожал плечами:
– Я и сам хотел бы это знать.
– Что вы скрываете? Напоминаю об ответственности за сокрытие важных фактов и улик.
– Нам нечего скрывать, – жестко ответил Петр. – Полагаю, оба преступления связаны с моей профессиональной деятельностью на посту президента компании «Ланта».
– А как вы объясните, что два киллера, вооруженные огнестрельным оружием, не смогли расправиться с безоружным стариком и его восемнадцатилетним сыном?
– Похоже, вас больше устроило бы, чтобы нас пристрелили… – Петр Белов выдавил ироничную улыбку: – В безумном мире лучший способ защитить себя и свою семью – оставаться самокритичным и компетентным.
Бобров съехидничал:
– Ваш сын, Петр Васильевич, исключительно компетентный юноша: уложил двух вооруженных пистолетами бандитов первобытным оружием. Не иначе он на девяносто девять процентов супергерой.
Петр, бросив взгляд на покрасневшего Илью, усмехнулся:
– Илья хороший мальчик. Господин Бобров, если вы будете ежедневно упражняться в секции стрельбы из лука, станете самым почитаемым персонажем супервселенной у всех мальчишек Москвы.
Полнеющий Бобров, явно сторонящийся физкультуры и спорта, загадочно проронил:
– Мне предстоит выяснить, персонажем какой вселенной является ваш сын.
К следователю подошел криминалист и что-то шепнул на ухо. Бобров оживился:
– Установлена личность одного из преступников. Это Попов, глава службы безопасности компании «Динамические системы». Вам это о чем-то говорит?
Петр, став серьезным, произнес:
– Нет, ни о чем. Эта фирма, как и многие другие, закупает продукцию моей корпорации. О Попове я ничего не слышал. Скажите, что случилось с Соколовским, о котором я вам рассказывал?
– Да ничего страшного. Грабители его оглушили на улице и отобрали телефон. Сейчас он в больнице. – Следователь встал: – Что ж, на сегодня все. Вам придется какое-то время пожить в другом месте. Дом – место преступления, до окончания расследования будет опечатан.
Беловы вышли на улицу. Рядом с домом, несмотря на ночь, бурлил водоворот людского гомона: полицейские машины и кареты скорой помощи озаряли пространство мигалками, туда-сюда сновали криминалисты, полицейские выстраивали оцепление, закрывая бело-красной сигнальной лентой подходы к зданию, кучка журналистов, комментируя на камеру событие, не только подавала телевизионным зрителям факты, но и откапывала сенсацию, а толпа зевак, толпившаяся рядом, стремилась разглядеть что-нибудь пикантное.
Петр увел сына в сторону и сказал:
– Полагаю, ты захочешь пожить какое-то время у подруги. Твой друг хозяйничает на нашей даче, поэтому темные времена мне придется переждать в офисе, в своем рабочем кабинете. Там есть уютная комната отдыха.
– Да, отец, – Илья выглядел унылым. – Жизнь не кончается, даже если не можешь найти веских доводов в оправдание своих поступков.
Отец улыбнулся:
– Сын, ты смельчак, я горжусь тобой.
Глава 9. Суровая реальность бытия
На даче, построенной в свое время дедом Ильи, обосновался рыжий Вениамин. Первоначальный испуг прошел, и он, не обращая внимания на природные красоты, вновь занялся хакерским делом: конструировал вирусы и запускал их в сеть. С живописного берега открывалась изумительная панорама на Истринское водохранилище, пейзажи завораживали, чистейшая вода звала купаться и на рыбалку, воздух звенел – вся эта роскошь всего в часе езды от Москвы. Но душа хакера изнывала от бездействия и требовала ломать чужие компьютеры и судьбы.
– Веня! – позвал Илья, входя вместе со Златой в дом.
Ответа не было, и они прошли из гостиной в спальню. Пухлый Вениамин, сидя в постели, отложив в сторону стакан сока и булочку, работал на нанокомпьютере, установленном на подносе для завтрака, непрерывно щелкая пальцами по виртуальной клавиатуре и сосредоточенно уставившись на парящий в воздухе экран.
– Веня, привет! – обратился к нему Илья.
Вениамин, не понимая, зачем его отрывают от важной работы, несколько раз порывался повернуть голову в сторону друга, но снова возвращался к прежнему занятию: жестами управлял опциями на экране, продолжая что-то взламывать и вторгаться в чужое пространство.
– Ау, Веня, ты где? – ласково промурлыкала Злата.
Веня, вдруг бросив работу, с широко раскрытыми глазами уставился на нее:
– Здравствуй, Злата! – с придыханием прошептал он.
Илья сыронизировал:
– Вот что значит женские чары! Как говорил Бальзак, под действием ласк воля к труду у мужчины ослабевает.
Веня с горящими глазами пробормотал:
– Мне интересен сам процесс проникновения в чужой компьютер. Там столько интересного!
Злата прокомментировала:
– Преодоление препятствий для хакера – процесс творческий, и доставляет кайф.
В уютной гостиной они устроились в креслах и на диване. Илья рассказал о страшной ночи, когда в дом вломились бандиты.
– И ты их всех убил?! – ошарашенный Вениамин с уважением смотрел на друга.
– Пришлось, – тяжко вздохнул Илья.