Всего за 148 руб. Купить полную версию
В чужой культуре, чья древность утопает в легендах, европейские исследователи пытаются отыскать описания людей с европейским менталитетом, хватаются за случайные свидетельства, которые помогли бы прояснить явления другого мира, другой реальности. Подобные документы обычно также неточны, но написаны в близкой нам культурной парадигме.
В эпоху, когда отсутствовали исторические хроники и документы, большинство путешественников и захватчиков, попавших в Индию, словно под копирку восхищаются обилием огромных драгоценных камней, рассказывают о сосудах, доверху набитых алмазами, рубинами и изумрудами, об одежде или предметах, украшенных сотнями и тысячами полированных драгоценностей.
Одним из первых таких исторических свидетельств является трактат португальского доктора и философа-натуралиста Гарсиа да Орты «Беседы о лечебных травах и лекарствах Индии», ставший третьей в индийской истории печатной книгой.
Да Орта был очень любознательным человеком с широким кругом интересов. В его книге мы можем найти названия шахматных фигур и превосходное описание различных сортов манго, рецепты лечения холеры и любопытные истории о кобрах и мангустах.
После того как в Португалии и Испании инквизиция взялась за разоблачение евреев, доктор да Орта, урожденный Авраам бен Ицхак, будучи верующим евреем-сефардом, решил оставить должность профессора медицины в Лиссабонском университете и эмигрировать в новую колонию – Гоа. Здесь он получил статус неприкосновенного благодаря защите султана Бурхана Низам-шаха из Ахмаднагара, у которого был личным врачом. Инквизиция добралась до нашего доктора лишь посмертно: его останки достали из могилы и сожгли.
В своей книге да Орта посвящает одну из глав разоблачению мифов об алмазах. Например, уверяет, что алмазы разбиваются легко от удара молотком, что они не ядовиты и что с их помощью нельзя, как считалось, проверить верность своей второй половины. Он также подробно рассказывает о том, где и как в Индии добывают эти драгоценные камни. Отдельного внимания удостаиваются крупные алмазы. Здесь доктор большей частью пересказывает информацию, полученную от других людей. В том числе и об алмазе размером с небольшое куриное яйцо. Да Орта ничего не сообщает своим читателям ни о названии алмаза, ни о его свойствах, но, может быть, это одно из самых ранних упоминаний «Орлова»?
Большей исторической ценностью обладают записки французского ювелира Жан-Батиста Тавернье, единственного европейца, которого император Аурангзеб пригласил оценить лишь часть богатств из сокровищницы Моголов.
Тавернье к тому времени уже пять раз побывал в Индии и всегда привозил с собой такое количество алмазов, что не просто стал одним из главных поставщиков на рынке ювелирных изделий в Европе, но и, благодаря щедрым подаркам французским королям, получил титул баронета.
И лишь во время шестой поездки, которую он совершил 35 лет спустя после первого посещения Индии, европейского торговца пригласили взглянуть на роскошную императорскую сокровищницу: сам Аурангзеб проявил благоволение к Тавернье, чтобы тот не уехал на сей раз, не увидев «великолепие праздника».
Француза вызвали во дворец, где он поклонился императору, а затем провели в небольшое помещение в пределах видимости Диван-и-Кхаса. И вот как сам Тавернье описывает небывалое событие: «В этом помещении я обнаружил Акил-хана, начальника сокровищницы, который, увидев нас, приказал четырем императорским евнухам поднести драгоценности, которые они доставили на двух больших деревянных подносах, украшенных сусальным золотом и покрытых кусками ткани, сделанными специально для этой цели – один из красного, а другой из зеленого парчового бархата. После того, как эти подносы были открыты и их содержимое пересчитано трижды, три писца, которые тут же присутствовали, составили список. Потому что индийцы все делают с большой осторожностью и хладнокровием, и когда они видят, что кто-то действует спешно или раздраженно, то молча смотрят на него и смеются над ним, как над дураком».
Среди камней, увиденных Тавернье в тот день, он выделяет алмаз, называемый «Великий Могол», который, по словам французского ювелира, был подарен Шаху Джахану Мир Джумлой: «Первой вещью, которую Акил-хан (главный хранитель драгоценностей правителя) дал мне в руки, был огромный бриллиант, имеющий форму розы, круглый и очень высокий с одной стороны. На нижнем краю есть небольшая трещина и легкий изъян. Он отличается безупречной чистотой и весит 286 [метрических] каратов».
Француз рассказывает также, что раньше камень был гораздо больших размеров, но из-за некомпетентности ювелиров значительно уменьшился в размерах после огранки. Сегодня исследователи уверены, что алмазом «Великий Могол» Тавернье называет камень, спустя время получивший известность как «Орлов». Где же тогда был «Кохинур», который впоследствии стал «вторым глазом» божества, близнецом «Орлова»?
По одной из версий, свергнутый Шах Джахан, хотя и был в заточении, не передал сыну все сокровища, личную коллекцию алмазов он хранил при себе. А значит, Аурангзеб получил камень только после смерти отца.
Согласно другой версии, «Орлов» к тому времени уже был инкрустирован в Павлиний трон, а поскольку французского ювелира не подпустили слишком близко к осмотру легендарной вещи, камень оказался недоступен его пристальному взгляду.
И последняя, самая невероятная версия – попытка идентифицировать «Орлов» с алмазом Бабура.
В апреле 1526 года Захир-ад-дин Мухаммад Бабур, поэт и лихой вояка – правитель Ферганы, с небольшим отрядом воинов, вооруженных фантастическим оружием – пушками и мушкетами, перебрался через Хайберский перевал и убил в битве при Панипате Ибрагима Лоди, султана Дели. Спустя год он в сокрушительном сражении победил раджпутов, после чего основал в Агре свою столицу и взялся за возведение райских садов.
У него не было своего царства, зато имелось преданное войско. Детство и молодость Бабура прошли в постоянных скитаниях и битвах, и ему это не нравилось. Обосновавшись в Агре, он стал основателем династии Моголов, которая правила Индией на протяжении почти 300 лет.
В своей книге «Бабур-наме» правитель рассказывает о том, как его сын в Агре пленил семью Бикрамджита, раджи Гвалиора, который купил свою жизнь за множество драгоценных камней. В этом тексте, возможно, также встречается одно из первых упоминаний «Кохинура»: «…среди драгоценных камней и других ценностей был знаменитый алмаз, который, должно быть, в свое время заполучил [султан] Ала ад-Дин [Ала ад-Дин Мухаммад-шах]. Его репутация такова, что любой уважаемый оценщик определил бы его стоимость как сумму, на которую можно было бы два с половиной дня кормить весь мир. По-видимому, он весит 8 мискалей». (Мискаль – древняя единица веса в Средней Азии. На момент образования Советского Союза один мискаль был равен 4,27 грамма.)
И еще в одном источнике, посвященном подвигам Бабура, говорится о его алмазе: «Ни один человек никогда не видел такого [огромного] алмаза и не слышал о нем, а также он не упоминается ни в каких книгах».
Спустя четыре года после своего появления в Индии Захир-ад-дин Мухаммад Бабур скончался. Его преемником стал сын Хумаюн, который не имел военной доблести и удачи отца, зато унаследовал поэтический дар Бабура. Историки характеризуют Хумаюна как не просто мечтательного поэта, но еще и очень рассеянного человека. Он не смог удержать отцовские завоевания и вынужден был бежать, оставив в Агре своих жен и маленького сына. Однако, несмотря на рассеянность, кое-какое имущество горе-правитель с собой прихватил – мешочек с драгоценными камнями.