Всего за 299 руб. Купить полную версию
• «В табели Антуана де Сент-Экзюпери (1900–1944), неистощимого в выдумках и проказах, дисциплина и вежливость оценивались самой низкой оценкой – «е». Такую же оценку он получил за прилежание и опрятность. Все это создало будущему автору «Маленького принца» (1943 г.) репутацию посредственного ученика. В самом деле, школьные отметки, если по ним можно судить об одаренности человека, ничем не подтверждают будущий расцвет Антуана де Сент-Экзюпери. В 1909 году Антуан становится учеником коллежа Нотр-Дам де Сент-Круа. Курс наук он прошел на положении эксперта, и это немного спасает его от бдительного ока отцов-иезуитов, от мертвящего однообразия школьных порядков. Учился он средне, занимался тем, что его больше интересовало, вел себя не всегда чинно» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.).
Создается впечатление, что строптивость юных гениев в принципе не укротима. «Как я был зол! – вспоминал Всеволод Гаршин (1855–1888) о своих столкновениях с учителем Закона божьего. – Если бы не звонок, то я бы сделал скандал на все училище». Серенькая жизнь семинарии с полумонастырской дисциплиной и розгами наполняют их сердца горечью и гневом, подавляя тягу к самообразованию (в прямом смысле учиться самим), но не облегчая трудности восприятия «всякого навязанного другими образования» (Л.Толстой). И все же… Какой бы светлой идеей «утвердить истинное просвещение» не оправдывался их протест, ставить в тетрадях кляксы, срывать мессы, резать школьные парты или изобретать взрывные устройства – это, согласитесь, чересчур! Даже либеральные учителя не находят своих учеников «достаточно прилежными», но зато «часто ослушными и весьма много мечтательными о самих себе».
Грехи молодости или издержки уникального творческого развития? А может быть, сразу оба «греха»? Прежде чем находить обоснование своего протеста («мир так жесток и несправедлив, а школа требует безропотного подчинения!»), им следовало бы подумать над тем, каким образом улучшить программу собственного совершенствования еще до принятия ответственного решения «учиться только у себя» («…ибо трудолюбие не сделалось еще его добродетелью… знания его вообще поверхностны, хотя начинают несколько привыкать к основательному размышлению»).
Так, Бернард Шоу (1856–1950) признавал, что его «школьная идиосинкразия» имеет и субъективные причины, которые он тоже назвал: «Был я в те лета неисправимым лодырем и балбесом и не моргнув глазом сочинял себе любые оправдания… Мне и в голову не приходило готовить уроки или, говорить правду этому всеобщему врагу и палачу – учителю».
«В те годы» – это на заре туманной юности. Как трудно говорить о программе собственного совершенствования в начале пути – и какие горестные заметы отмечаются в послужном списке, который общество заводит на художника-творца без скидок на пылкость юного ума и нежный возраст только-только в жизнь входящего!
Приходится познать правду горьких истин или, другими словами, «силу факта формального образования»: «Без дипломов никого не поощряют. Дипломы – это двери во все профессии. Только дипломы помогают продвигаться в жизни. Если вы, по глупости, владеете этим грозным оружием, вы умница. Если вы талантливы, но факультет не дал вам свидетельства о вашем образовании, вы считаетесь глупцом…» (из письма Эмиля Золя к школьному товарищу Б.Байлю, Франция, 23 декабря 1858 г.).
А что в послужном списке непризнанных талантов? С каких строк бюрократического формуляра они начинали свои биографии?
а) проваливались на экзаменах
Анри Стендаль (1783–1842) в 16 лет провалился на вступительных экзаменах в Политехническую школу и, поддавшись уговорам родственников, начал карьеру военного.
Чарльз Дарвин (1809–1882), творец новой теории эволюционного развития, был отчислен, из Эденбургского университета.
«На вступительном экзамене в Политехническую школу Эвариста Галуа (1811–1832) провалили. Галуа размахнулся и швырнул губкой в голову профессора Дине. Удар был рассчитан точно. Радостно, как будто с его плеч слетело тягчайшее бремя, Эварист выкрикнул: «Вот как бы я ответил на ваш вопрос, мосье!». И, не оглядываясь, вышел и закрыл за собой дверь. Он знал, что закрывает ее навсегда. «Что это была за тягостная неделя, – говорил Галуа. – Когда я не выдержал вступительного экзамена, меня оставила всякая надежда, сама жизнь стала мне не мила…» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.).
Известно, что «из-за плохой памяти» великий итальянский композитор Джузеппе Верди (1813–1901) не выдержал экзамена в Миланской консерватории.
Говорят, классик мировой литературы Михаил Салтыков-Щедрин (1826–1889), написав сочинение за дочь, получил «двойку» с припиской школьной наставницы: «Не знаете русского языка»…
«Окончив в 1859 году курс риторики в лицее Сен-Луи (Париж), Эмиль Золя (1840–1902) не мог даже думать спокойно о новом сидении в классе философии и решил, миновав эту чашу, прямо сдать на бакалавра. Предприятие было заманчивым вдвойне. Исполнение его избавляло от надоевших стен лицея и наконец-то давало возможность стать на ноги, зарабатывать свой хлеб… Результат экзамена оказался плачевным: Золя поставили «ноль» за познания во французской литературе…» (из очерка М.Барро «Э.Золя, его жизнь и литературная деятельность», Россия, 1895 г.). «После неудачной попытки стать бакалавром (Париж, 1859 г.) Золя, в ноябре 1859 года, вновь появился за экзаменационном столом, на этот раз в Марселе. Марсельские экзаменаторы оказались еще более строгими и придирчивыми, чем профессора Парижа. Полный провал! Приходится окончательно распрощаться с мыслью о бакалаврском дипломе. Через 8 дней после возвращения в Париж (3 декабря 1859 года) Золя жалуется в письме к Б.Байлю на меланхолию, в которой он пребывает: «Мне 20 лет, а я не имею никакой профессии… Я хожу по зыбкому песку, и, кто знает, не погружусь ли я в него совсем?..» Без диплома, без какой-либо профессии, без чьей-либо поддержки…» (из книги А.Пузикова «Золя», СССР, 1969 г.).
«Когда известный художник Василий Суриков (1848–1916) первый раз пытался поступить в Академию художеств, он не был принят. По всей видимости, отсутствие у него необходимых умений и навыков было расценено профессорами Академии как отсутствие художественного таланта вообще» (из книги Т.Иванюк «Творчество и личность», Россия, 2006 г.).
«Виктор Васнецов (1848–1926) – российский живописец и график, передвижник с 1878 года – Е.М. – подал заявление в Академию художеств (1867 г.). Он показал прежние рисунки и выполнил новые – по заданной теме. Испытаний не выдержал…» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.).
«В начале 1884 года Сергей Рахманинов (1873–1943) с позором провалился на экзаменах по всем обязательным предметам Консерватории. Мрачный ходил по коридору, не зная, как быть. Проклятая зачетная книжка!.. Вернувшись домой, он не пошел к бабушке. Взяв тайком в дядином кабинете витую свечу и дорожную чернильницу, он уединился в месте весьма укромном. И вскоре единицы превратились в четверки. Такую операцию Сережа ухитрялся проделывать не один и не два раза… Сергею шел двенадцатый год. О нем говорили: «Шалопай отчаянный»…» (из книги В.Черняка «Невыдуманные истории из жизни знаменитых людей: От великого до смешного…», Россия, 2010 г.).
«Казимир Малевич (1878–1935) в 11 лет открыл для себя изобразительное искусство. С этих пор он начал много рисовать и писать красками. Впрочем, все попытки художника поступить в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, предпринятые в 1905, 1906 и 1907 годах окончились провалом. Его работы (в ту пору он подражал импрессионистам) никого не заинтересовали (из сборника К.Рыжова «100 великих имен Серебряного века», Россия, 2011 г.).