Всего за 149 руб. Купить полную версию
Я шагнул вперёд, ведя ведьму Хаоса и держа в правой руке Резак Конца – мои оппоненты неплохо вооружены и даже погладили оружие, фавн пробежался пальцами по рукояти шпаги, а мелкий как-то растерянно поправил свой чекан.
Но боги не спешили спускаться, зато к нам направился их уже разок поверженный Жрец Храма, как будто мало получил. Но оказалось, что не такой уж глупый чудак задумал решить вопрос миром, вернее, выиграть не доводя до греха. А скорее, рассчитывая заработать фантиков перед начальством победой, но начал неверно, довольно надменно сказав:
– Глупец! Ты даже не бог! Ты же… Как твои сказали, учредитель? Ха! Остановись, глупец! Пади ниц и проси о пощаде! Даже твоя твёрдая, каменная башка должна сообразить, что это самое разумное! И ты спасёшь свою… Подружку? Она глупа, но может ещё пожить!
Я почувствовал в голове удивление и лёгкую обиду Дорочки. И радость Липы, предчувствующей хорошую весёлую драчку. Вряд ли будет совсем просто, но в среде осколков и других проявлений Хаоса мы опять сформировали ударное трио! Ударное в смысле ударно отжечь! Хотя… я почувствовал радость коллег моей задумке и усмехнулся:
– Окстись, несчастный! Ты свой диспут проиграл! Не лезь между сильными! И… – я приподнял резак и стукнул им по брусчатке, – богини Фаня, Мура, Соня! Призываю вас посмотреть на интересный диспут!
Я услышал восторженный шёпот, прошедший по толпе зрителей, оглянулся. За мной стояли нимфы со слегка удивлёнными и испуганными мордашками. Да уж, практикантки, практикантки и есть, очкуют драться с богом, даже оружие не взяли. Я улыбнулся:
– Прошу вас отдохнуть и посмотреть! Посвящаю эту дискуссию вам!
Я обернулся обратно к оппонентам. Заметил удивление и презрение на морде фавна и удивление и сочувствие на лице его коллеги. А удивление и восторг от созерцания прекрасных нимф в коротких платьицах с принтами – деревья, бабочки и река соответственно – на роже жреца сменилось радостной ухмылочкой, он чуть лапы не потёр:
– Отлично, значит они вольются в пантеон победителей!
– А ты совсем мозги растерял! Это не у меня башка каменная, а у тебя медная! – я шагнул вперёд вместе с Дорой и мы опустили зажатую в наших руках Липу на башку вражьего Жреца Храма.
Неплохо так опустили – горемыка вновь рухнул на камни. А звук! Вот это был звук!!! Как я и замыслил, а Липа с помощью энергии Доры – если я правильно понимаю распределение ролей в нашем трио – осуществила. Звук удара дубиной в медный таз! Неплохое превращение Хаосом, и как передавала нам Липа, не особо и сложное, шуточное заклинание вроде магической защиты от ударов, но без защиты, зато со звуком. На несколько месяцев или лет… или десятилетий. Ну не помнит она!
Я несильно стукнул основанием древка резака по башке жертвы и все опять услышали звук удара в медный таз. Я рассмеялся, вспомнив силу искусства:
– Карабарас! Он ударил в медный таз и сказал «Карабарас»!
Начался ржач. Ну а я между смехом обратил внимание, что фавн пару раз посмотрел на небо, второй раз вполне долго, потом пожал плечами. Тааак… божок ждал что-то с лунной станции и не дождался – там славно наша бомбочка порезвилась! Но Хаос на арену снизошёл… К чему бы это… Кто-то же активировал? Хотя мог и фавн или его мелкий коллега, кстати, нормальный вроде… И у второго только кошель, фляжка, кисет, маленький нож и чекан. Одет в лёгкие штаны, сандалии, широкую рубаху. И очки! И не выпускает из рук явно ценный для него портфель.
Пауза. Я отпустил Дору – связь уже наладилась, и только для самых отчаянных проделок стоит брать всех в кулак. Щёлкнул пальцами над плечом и раскурил сигару, пока несли вино, по ходу процесса съездив по морде кому-то, возмутившемуся, почему мне без очереди…
За это время фавн определился с планами. И похоже решил сразу в бой не лезть, по крайней мере чесать шпагу и чекан прекратил. Непонятно, боится или хочет растянуть удовольствие. Хотя… он один, нас много… Ждал подкрепление или сюрприз… Рослый и похоже главный в паре божок снял со своей свирели какой-то длинный колпачок, который растянулся в… микрофон, не спеша повесил свирель на пояс, ткнул в неё пальцем, вероятно включая. Начал говорить под негромкие звуки… виолончели, пожалуй, но я в этом почти ноль. Потрясающе, звук музыки шёл со всех сторон, и очень глубокий что ли… А голос явственно исходил от оратора:
– Ты, Серый, и глупые нимфы совершили большую ошибку. Нельзя было покушаться на власть БОГОВ! За это вы, конечно, поплатитесь, но попозже. А вашим… спутникам рекомендую, пока не поздно, примкнуть к правильному культу!..
Шик-шик-шик. Оратора перебил звук нескольких перекатывающихся монеток. Фавн поморщился, посмотрел в сторону входа в храм, где из-за колонны высунулась молодая гномка, которая слегка испуганно смотрела на босса и гоняла монетки в небольшой… чаше, миске… Она пискнула: «Пожертвования». Фавн криво усмехнулся, вздохнул над прервавшей такую речь дурочкой, махнул рукой. Девица пошла мимо зрителей. Ей в миску кидали мелкие монетки, но не все скромничали – стоявший во главе группы ронов-фермеров старейшина высыпал вполне увесистый мешочек и положил бумажку, тяжело вздохнув. И ещё кое-кто явно сдавал подати.
Но я обратил внимание на очень высокую и мощную девицу, которая кинула маленький мешочек с привязанной запиской и сердито и с презрением, но вполне громко сказала, явно не желая, чтобы окружающие решили, что грабят лично её:
– За гранов, Звездочётов.
Я удивлённо рассматривал… русалку, гунку! Сомнений быть не могло, она вполне похожа на винок и данок, светлые волосы не так и часты в этом мире, да и черты лица. Но… огромная! Метр девяносто. И очень красивая и явно очень сильная. Глаза голубые… белки прям сияют. Одета в платье немного ниже колен, что для вулканцев довольно коротко, и в сандалии. Оружие не видно, как и остальное барахло. Гунка поймала мой взгляд, уставилась на меня, но не сказать, чтобы очень дружелюбно, но потом осмотрела меня не спеша, улыбнулась, показав неплохие клычки. А затем отрастила на мизинчике нехилый острый коготок и, изображая странное соблазнение, провела им по своей красивой нижней губе. Я улыбнулся и поклонился кивком – тараканы в головках русалок не повод не дружить, а эта знает дорогу к гранам и наверняка дружит, раз деньжонки доверили.
Сборщица подаяний сдуру подошла и к нам, под насмешливым взглядом фавна, а он почему-то на несколько минут завис, и ещё разок попялился в небо. Я достал монетку в четверть империала и подал в ручку молоденькой гномки в коротеньком – ниже колен всего на пару пальцев – платьице и в сандаликах, и выглядевшей неуверенно, и худенькой. Сказал:
– Это тебе лично, не в миску.
Девица испуганно глянула на насмешливую рожу хозяина, положила мою монетку в миску, в которой валялось несколько монет, остальное исчезло – пространственный карман! Я достал ещё одну такую же монетку и положил в кармашек на подоле платья девицы. Заодно как следует рассмотрел бедняжку, явно не процветающую. Гномка, но прозрачная, вернее полупрозрачная. Глазки сиреневые и белки розовые – если я верно помню, это признаки альбиносов, по крайней мере, вроде так. Но даже не альбиноска! Кожица полупрозрачная и розоватая, просвечивают венки и полупрозрачные мышцы, непрозрачные косточки видны! Нет, девица выглядела симпатичной и не истощённой, и попа толстенькая, как и у других, и сиськи большие. Талия узенькая – жирка поменьше, чем на всех гномках, которых я видел. Подкормить явно не помешает.
Очнулся фавн. Направился ко мне, убирая свой микрофон и насмешливо говоря:
– Чего пялишься? Тоже считаешь, что тощая? Жена должна быть бодрой и при деле! Твоя тоже не толстая. Но смотрит на тебя… не боится, не уважает! Любовь значит? Ха! Там где любовь, там проливается кровь! Твоя кровь!