Молодой человек вскочил с места и протянул Квиллеру руку:
- Барри Морган.
- Джим Квиллер. Разрешите приветствовать вас…
- Я оставляю вас, мальчики, - возвестила Фрэн. - У меня ещё масса дел. Увидимся на открытии.
- Присаживайтесь, мистер Квиллер, - пригласил управляющий.
- Зовите меня просто Квилл. Это короче, звучит внушительнее и экономит энергию. Мне сказали, что вы из Чикаго. Я тоже. С самого рождения болел за "Кабз". Что привело вас в нашу глушь?
- Я служил помощником управляющего в большом отеле и решил, что не помешает подняться ступенькой выше. Меня всегда привлекал туристский бизнес. Отец был коммивояжером и часто брал меня с собой в поездки. Мне нравилось останавливаться в разных отелях, и в детстве я мечтал стать коридорным - у них такая красивая униформа. Ну а теперь, окончив Корнеллский университет, я не прочь покомандовать отелем.
- Как по-вашему, новый отель дебютирует успешно?
- Более чем! - Барри заглянул в отрывной календарь: - Завтра приём с шампанским. В День труда - семейное торжество. Во вторник - чаепитие. В среду - ланч Бустерс-клуба. На День труда и на время Шотландского фестиваля забронированы все номера. И многие столики в ресторане тоже. У нас новый знаменитый шеф-повар из Чикаго. Журналистка из вашей газеты уже брала у него интервью. Все служащие отеля в волнении. Их набрали ещё до моего приезда - этим занималась контора мистера Бартера. Это он придумал взять на полставки студентов колледжа. Светлая голова!
Дж. Аллен Бартер был младшим компаньоном адвокатской конторы "Хасселрич, Беннет и Бартер", которой Квиллер поручил вести свои дела и поддерживать контакт с Фондом Клингеншоенов. Поскольку Фонд К. был владельцем отеля, Бартер являлся его директором.
- Да, - согласился Квиллер, - я хорошо знаю Барта. Он сказал, что вам нужно жильё. А у меня в усадьбе как раз освободилась квартира над каретным сараем. Четыре меблированные комнаты. Всего в нескольких кварталах от центра.
- Блеск! Я беру, - обрадовался управляющий. - Пока я устроился в отеле, но у меня целый фургон барахла. Не знаю, куда его девать.
- Всё-таки взгляните сначала на квартиру, - посоветовал Квиллер. - Я готов показать её в любой момент.
- А если прямо сейчас?
Через несколько минут Барри Морган уже следовал в своём автофургоне за Квиллером по Главной улице. Проехав по Парковому кольцу мимо театра, они остановились у каменного каретного сарая с большими фонарями на всех четырёх углах.
- Блеск! - воскликнул Барри, выпрыгивая из машины.
- Но предупреждаю вас: лестница узкая и крутая. Здание было построено в девятнадцатом веке, когда у людей были маленькие ноги и узкие плечи. К тому же, говорят, здесь обитает привидение - некая молодая дама по имени Дейзи.
- Блеск!
- Когда устроитесь, можете проехать через лес до моего амбара - отметим ваше новоселье.
- Блеск!
- Кстати, - спросил Квиллер, - как вы относитесь к кошкам?
- Все, кто ходит на четырёх ногах и не кусается, мои друзья.
К тому времени, когда прибыл Барри, кошки уже были накормлены и, свернувшись на облюбованных ими стульях, погрузились в сон. Квиллер вышел из дома встретить гостя и испытал большое удовольствие от потрясения, пережитого Морганом, когда огромный столетний амбар предстал перед ним во всей своей красе.
- Блеск! - произнёс гость с восхищением.
Внутренность амбара с его спиральной лестницей, антресолями и гигантским каминным кубом посередине привела Барри в ещё большее изумление.
- Что вы предпочитаете? У меня большой выбор напитков.
- Честно говоря, я по этой части не специалист. А вы что будете?
- Имбирное пиво.
- Блеск! Я тоже.
Барри переоделся в более свободный костюм и ходил по амбару, засунув руки в карманы и делясь впечатлениями:
- Это ваши кошки или диванные подушки?.. Неужели вы всё это прочитали?.. Ara, y вас "лежачий" велосипед! Неужели вы на нём ездите?
- Это подарок, - объяснил Квиллер. - Я уже привык ездить с задранными ногами, мне даже нравится.
Они устроились с кружками пива в библиотеке.
- Вы не против, если я буду жевать резинку? - спросил Барри. - Пытаюсь бросить курить.
- Валяйте.
- Это корзина для мусора? - Он швырнул обертку в полированный деревянный чан с резной ручкой.
- Да, корзина для мусора, она же древнекитайская чаша для воды, или наоборот… Я, знаете ли, не брал в рот резинки с тех пор, как перестал играть в бейсбол. Тогда это было частью ритуала: резинку в рот, натягиваешь бейсболку, хлопаешь перчатками, подтягиваешь ремень - и пошёл.
- А почему вы бросили бейсбол?
- Повредил колено в армии. Травма давала о себе знать до тех пор, пока я не переехал в Мускаунти, а тут все прекратилось. Местные говорят, что меня вылечила здешняя вода, но мне кажется - велосипед.
Разговор перешёл на отель: каким он был раньше унылым, но чистым, какой мерзкой была кухня, какие чудеса сотворила Фрэн Броуди с интерьером.
- Фрэн - одна из главных местных достопримечательностей, - заметил Квиллер.
- Не женщина, а динамо-машина, - согласился Барри. - Она замужем?
- Нет, но претендентов хоть отбавляй. Можете занять очередь.
- А как у вас принято знакомиться с девушками? - спросил Барри. - С незаурядными, я имею в виду.
- Всё зависит от того, что вы считаете незаурядностью. С молодой, интересной и энергичной женщиной можно встретиться в одном из бесчисленных клубов: Театральном, Орнитологическом, Туристском, Велосипедном, в Гольф-клубе, Бридж-клубе и прочих. Можно ходить на занятия в Центр искусств, посещать церковь или заседания Бустерс-клуба. Или обучать чтению безграмотных взрослых. Об этом не преминут упомянуть в статье, посвящённой отелю… Или в вашем некрологе, - заключил Квиллер.
"Йау!" - раздалась мрачная реплика со стула, на котором потягивался и зевал Коко.
- Это Као Ко Кун, наш мозговой трест, - представил его Квиллер. - Он умеет читать чужие мысли, предчувствует, когда мне должны позвонить по телефону, и всегда знает точное время. Нам с вами это, увы, не дано… Юм-Юм - наша примадонна. Держится как топ-модель на подиуме, принимает фотогеничные позы и покоряет сердца невинным взором. Но будьте начеку: в любой момент она может стянуть у вас какой-нибудь небольшой яркий предмет.
Барри Морган не был уверен, принимать ли всерьёз слова Квиллера, и предпочёл сменить тему:
- Я никогда раньше не жил в маленьком городе. Быть может, вы мне что-нибудь посоветуете? Я абсолютно серьёзно. Не хотелось бы оплошать.
- Главное, не забывайте, что здесь все знают всех, - сказал Квиллер. - Никогда не отзывайтесь о человеке плохо: обязательно окажется, что ваш собеседник - его кузен, или зять, или приятель по клубу. Лучше всего держать глаза и уши открытыми, а рот на замке.
- Понятно… И ещё вопрос. Мой старший брат любит зимние виды спорта и был бы не прочь переехать сюда Он врач и хочет открыть здесь клинику.
- А в какой области он специализируется?
- Это у нас нечто вроде семейного анекдота, Мама работала акушеркой и хотела, чтобы брат шёл по её стопам, но он предпочёл дерматологию, чтобы пациенты не будили его по ночам.
Квиллер рассмеялся.
- Если без шуток, ваш брат будет здесь очень кстати. Ближайший дерматолог живёт в соседнем округе.
- Блеск! Он считает, что небольшой город - идеальное место для семьи. Ни грабежей на улицах, ни угона автомобилей, ни стрельбы - ничего из прелестей мегаполиса.
"Йау!" - прозвучал ещё более мрачный комментарий со стула.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
5 сентября, суббота.
Птицы одного полета держатся стаей.
Приуроченное к этому дню изречение Калверта оказалось пророческим. Птицы самого высокого полёта со всего округа Мускаунти, почистив перышки, слетелись вечером на благотворительный приём в пользу борьбы с неграмотностью. Им выпал счастливый случай первыми познакомиться с новым отелем "Макинтош", а в понедельник прочесть о себе во "Всякой всячине", а то и полюбоваться своими фотографиями.
По столь торжественному случаю Квиллер облачился в килт из шотландки с тартаном (клановым клетчатым рисунком) Макинтошей, прихватил спорран (сумку из меха с серебряной отделкой) и сунул за резинку гольфа нож-туб - и при всём том надел смокинг и строгий галстук. Полли была в белом вечернем платье и опаловом ожерелье, через плечо перекинута широкая клановая лента Робертсонов. Если бы её спросили, она с удовольствием объяснила бы, что фамилию Дункан носит по мужу, а главой клана Робертсонов был Дункан Атоллийский, потомок кельтских эрлов и родственник самого Роберта Брюса. Полли страстно любила просвещать ближних.
В отель они прибыли на её "седане", который больше шел к белому платью и опалам, чем громоздкий коричневый пикай Квиллера.
- Мэр тоже будет, - сообщила Полли. - Как он, по-твоему, отреагирует на вызов Аманды?
- Спокойно. Сделает вид, что ему ничего не известно.
У входа с задней стороны отеля их встретила команда студентов, взявшаяся отогнать автомобиль на стоянку. Полли с Квиллером прошли в здание по красной ковровой дорожке под вспышки фотокамер.
- Прямо как в Голливуде, - заметил Квиллер.