Анна Перекрест - Это было давно стр 4.

Девочки, не сговариваясь, двинулись за ним.

Здесь стояли ящики с мусором и валялись обломки старой мебели. А в самой глубине двора была дверь ─ по всей вероятности, чёрный ход.

Впереди последний раз мелькнула знакомая спина и скрылась за дверью.

─ Запомнила место? ─ прошептала Алёна.

Саша молча кивнула.

Это он

На следующий день они специально пришли в гимназию пораньше. У Саши первым уроком была математика, а у Алёны танцы.

Они зашли в кабинет рисования. Там вот-вот должен был начаться урок у восьмого класса.

Саша невольно поискала глазами Бершадскую, и вдруг подумала, каким далёким и совсем не важным стал казаться ей теперь и этот бал, и всё то, из-за чего она тогда так сильно расстроилась.

Учитель рисования, высокий худой человек в пенсне, строго посмотрел на влетевших без спроса в класс девочек:

─ Бурмины! Что вам угодно? Почему не на уроках?

Иван Васильевич, так звали учителя, имел прозвище Иван Грозный. И не только из-за своего имени и отчества. Ходили слухи, что его побаивается даже сама Эмма Марковна, такой он был строгий. А уж ученицы просто трепетали от страха при виде его тощей фигуры.

И вот к такому человеку они решились придти со своими вопросами! Наверное, с их стороны это было просто безумием!

Но отступать было уже поздно.

─ Иван Васильевич! ─ тоненьким голоском проблеяла Алёна, ─ мы к вам вот с какой просьбой… Мы хотим сделать нашей маме подарок на рождество. Она очень любит Фаберже. Но, сами понимаете, настоящее яйцо мы никогда не сможем купить, и вот мы с сестрой решили подарить ей большую фотографию яйца Фаберже с портретом нашего Государя Императора Николая II. Только не знаем, где её заказать…

Иван Васильевич благосклонно улыбнулся:

─ А вы спросите Григория, нашего посыльного. Он и приносил мне эти фотографии от какого-то ювелира. Только я не знаю его адреса, Григорий сам к нему ходил.

─ А где нам найти этого Григория?

─ Да он сейчас как раз к Эмме Марковне пошёл, она его за учебниками собиралась послать.

Прозвенел звонок, и девочки, бормоча слова благодарности, выскочили в коридор.

─ Давай скорее на урок, а то Эмма за опоздание семь шкур сдерёт! А Григория этого позже найдём и всё у него разузнаем не торопясь. Мне как раз сюда, ─ и Алёна, постучавшись, открыла ближайшую дверь.

Там уже шёл урок танцев. Его вела дама по фамилии Метёлкина, которую, естественно, все звали просто Метла.

─ Бурмина! Я вам записываю опоздание на две минуты и не допускаю к уроку! ─ гневно сказала она. ─ Потрудитесь немедленно явиться в кабинет директора для объяснений!

Алёна попятилась обратно в коридор.

Саша, не успевшая далеко уйти, подошла к сестре.

─ Кажется, я влипла, ─ сказала Алёна, ─ надо к Эмме идти…

─ МЫ влипли, ─ поправила Саша, ─ я ж тебя не брошу. Пойдём вместе.

У директорского кабинета они остановились. Оттуда доносился громкий голос Эммы Марковны, которая явно кого-то распекала. Правда, слов нельзя было разобрать, так как дверь была плотно закрыта.

─ Может, это она как раз на Григория ругается? Вроде Иван Грозный говорил, что он к ней пошёл. Надо его подождать и поговорить, ─ решили девочки.

В этот момент дверь кабинета с шумом распахнулась и оттуда выскочил высокий, неопрятно одетый человек, в тулупе и без головного убора.

Он пробежал мимо, не взглянув на девочек, что-то злобно бормоча себе под нос.

Алёна было направилась за ним, но Саша резко дёрнула её за руку:

─ Стой!

Алёна с удивлением взглянула на сестру:

─ Мы же хотели расспросить…

─ Ты что? Не узнала его? ─ тихо сказала Саша, ─ это же он ─ Желтоглазый.

Тайна директрисы

Итак, Григорий и Желтоглазый ─ одно и то же лицо.

Теперь многое становилось понятным.

Похоже, Желтоглазый, работая в гимназии посыльным, узнал, что старичок ювелир коллекционирует яйца Фаберже, и решил этим воспользоваться. При этом не пожалел и самого хозяина.

Ему повезло, что сразу вслед за ним к Платону Савельичу пришёл племянник, которого во всём и обвинили.

Поэтому Желтоглазый жил спокойно, будучи уверен, что его искать уже не будут.

─ Пошли в полицию, ─ сказала Алёна.

─ Погоди, у нас ведь нет доказательств…

─ Какие тебе ещё доказательства нужны? В тот вечер мы его встретили у подъезда ─ это раз. Иван Грозный сказал, что Григорий ходил к старику и значит, знал, что у того есть коллекция яиц Фаберже ─ два. Потом мы с тобой видели, как он приходил в квартиру ювелира и искал там что-то ─ это три. Что ещё надо? По-моему, ты просто боишься!

─ Да пойми, он может сказать, что мы встретили его у подъезда, когда он просто забирал у ювелира фотографии для уроков рисования в гимназии. А всё остальное нам просто почудилось! И его отпустят, потому что у нас нет ни одного серьёзного доказательства!

─ Так что же нам делать? Если его арестуют, а потом отпустят, то нам точно конец!

─ Вот я тебе об этом и толкую! Значит, будем за ним следить сами, может, что-нибудь важное и узнаем…

В этот момент они услышали, как хлопнула дверь директорского кабинета и повернулся в замке ключ.

Девочки еле успели спрятаться за колонной, как мимо проплыла, шелестя пышными юбками, Эмма Марковна.

─ Куда это она? ─ удивилась Алёна, ─ ещё ведь даже первый урок не закончился.

Директриса вела себя очень странно: она постоянно оглядывалась, и вообще выглядела, как человек, который не хочет, чтоб его кто-то видел.

Девочки, не сговариваясь, осторожно пошли за ней.

Эмма Марковна направлялась к двери, ведущей в подвал, куда гимназисткам было строго-настрого запрещено ходить. Поэтому дверь была всегда заперта.

Оглянувшись, и, видимо, убедившись, что за ней никто не следит, она достала откуда-то из складок своей необъятной юбки ключ и открыла замок.

Девочки осторожно выглянули из-за угла. Директриса спустилась вниз по лестнице, и через некоторое время они услышали, как хлопнула дверь подвала.

Теперь начиналось самое интересное.

Что ей нужно в этом странном месте? Почему она ведёт себя так, как будто чего-то опасается? И главное, как всё это выяснить, не обнаружив при этом своего присутствия?

И тут на помощь пришёл счастливый случай. В подвале гимназии было несколько помещений. Прямо рядом с лестницей была маленькая каморка, где и спрятались девочки. И здесь в стене Алёна неожиданно обнаружила довольно широкую щель, через которую прекрасно были слышны два голоса, доносившиеся из соседней комнаты, служившей складом. Голоса принадлежали директрисе и Григорию.

Девочки приникли к стене и замерли, прислушиваясь к разговору.

─ Бездарность! ─ кричала Эмма Марковна. ─ Что мы теперь скажем Хозяину? Где яйцо, которое ты должен бы добыть?

─ Но я же принёс тебе целых три яйца! Вот они, все тут, в этом ящике! Чего тебе ещё надо? ─ Григорий явно боялся сестры.

─ Да ты же не принёс главного! Где зелёная шкатулка с Кремлём? Хозяину нужна именно она! Неужели трудно было немного напрячься и поискать? Да ещё и свидетелей умудрился заполучить!

─ Да что ты так нервничаешь? ─ пытался успокоить её Григорий, ─ эти девчонки просто случайно проходили мимо. Они уже и думать забыли об этой встрече.

─ Да? Думать забыли? А известно ли тебе, что я выяснила, кто живёт в этом подъезде? Сёстры Бурмины! Обе учатся в нашей гимназии и могли тысячу раз тебя здесь видеть. Я надеюсь, ты с ними не говорил?

─ Ну…

─ Так, всё понятно! Небось, ещё и пригрозил им, как ты любишь? Это значит, что они видели твоё лицо! А ты знаешь, что Хозяин не любит, когда остаются свидетели? Короче, слушай! Напортачил ─ исправляй. Обеих надо убрать, иначе нам конец.

─ То есть, я тебя правильно понял, сестра?

В этот момент Григорий, видимо, сделал то самое движение ребром ладони по горлу.

Девочки в ужасе переглянулись. Они поняли, о чём только что шла речь там за стенкой.

А ещё они поняли, что им теперь известна страшная тайна: директриса и Григорий ─ брат и сестра и при этом оба преступники.