Горбачева Ирина Грачиковна - Найдёныш

НАЙДЁНЫШ

Зима, покидая город, последний раз одарила его пушистым снегом. Он падал на землю крупными тяжёлыми хлопьями и почти сразу таял, растворяясь на уже тёплой земле.

Я сижу рядом с маленьким окошком, которое находится в подвале дома. В этом доме я живу. Конечно, не в самом доме, а в тёмном подвале, где много разных тёплых труб. Сижу, наблюдаю за играми ребят на детской площадке.

– Зачем вы бегаете под липким снегопадом? Лучше придите и посидите со мной. И сами согреетесь, и варежки посушите, – кричу я ребятам.

Но они меня не слышат. А может, просто не обращают внимания. Я смотрю на них и с грустью думаю, что вот ребята сейчас набегаются, потом придут домой, и родители будут ругать их за мокрые одежды и обувь, как меня и Машу ругает новый старший по дому, когда мы не успеваем спрятаться от него.

– Ох! Дождётесь, забью я окно. И не будет вам сюда входа! Нашли, понимаешь, пристанище на моём участке! – так сердито кричит он и выгоняет нас с Машей на улицу.

Этого дядю все называют домоуправ и он такой злой! Однажды, когда на улице был крепкий мороз, и разыгралась сильная метель, он выгнал нас на улицу. Если бы не Маша, я бы замёрз, превратился бы в настоящую ледяшку и сегодня не сидел бы у окошка. Но тогда, в ту ночь был праздник. Пока мы с Машей замерзали на улице, во всех домах нашего двора окна светились ярким светом. Потом, почему-то все жители стали громко кричать «Ура»! А потом такое началось! Некоторые жители вместе со своими детьми вышли на улицу и стали запускать в тёмное небо красивые и яркие цветы, которые почему-то сильно шипели и взрывались в небе яркими разноцветными шарами и звёздами.

Вышел на улицу и мой друг Миша со своим папой. Но прежде чем запускать шары, они подошли к нам с Машей.

– Так это твои друзья? – спросил Мишу папа.

– Да, смотри домоуправ, опять забил окно фанеркой и мои друзья могут замёрзнуть.

– Не дадим вам пропасть, – сказал Мишин папа и освободил окно от фанеры.

Потом Миша угостил нас разными вкусностями.

– Сегодня праздник у всех. Пусть он и у вас будет с вкусным обедом.

Мы с Машей наелись досыта, и друзья помогли нам вернуться на своё место.

Миша, это вот тот мальчик, который сейчас упал, прямо в скользкую лужу, он очень хороший. Это он нашёл меня на улице прошлой осенью в парке. Тогда я был совсем маленький.

Я лежал под кустиком, дрожал от холода и плакал. Тогда я ничего не понимал. Как я очутился здесь, на холодной, мокрой земле? Мне хотелось тёплого молока, и я горько плакал и звал маму. Я не успел даже разглядеть её. Это так грустно жить без мамы и её заботы. Но люди, которые пробегали мимо, совсем не замечали меня. Конечно, они такие большие, а я тогда был такой малюсенький, что поместился под упавшим кленовым листиком. Наверное, листик хотел хоть как-то спрятать меня от дождя, но я всё равно намок и дрожал от холода, от голода и страха.

Вот так я лежал долго, долго. Вскоре я замёрз так, что не мог даже позвать никого на помощь. Но вот кто-то остановился рядом со мной. Я увидел, чьи-то ноги в ботинках. Потом, подбежала ещё пара ног, но в других ботинках и их хозяин зло выкрикнув: – Что это за дохляк! – с силой отшвырнул меня ногой так, что я, пролетев в воздухе, упал на подстилку из опавших листьев.

Как мне было больно и обидно! Немного придя в себя, я увидел, как дерутся двое мальчиков. Потом, когда один из них, показывая кулак другому, убежал, ко мне подошёл защищавший меня незнакомец. Это и был Миша. Он поднял меня с мокрых листьев, погладил и положил к себе за пазуху. Как я обрадовался теплу! Прильнув к груди мальчика, я ещё долго скулил. Но от его добрых слов и нежного поглаживания, я немного успокоился и уснул.

Во дворе, куда принёс меня Миша, вокруг нас собрались ребята. Они шумно решали, что со мной делать дальше. Одни не могли меня взять к себе домой, потому, что в их семье недавно кто-то родился. У других уже были свои собаки. Но вскоре, Миша предложил, где можно найти укромное местечко для меня. Девочки разбежались по домам, чтобы принести блюдце, тёплую подстилку и молочко. А ребята, чтобы их никто не заметил, пробрались в этот подвал. С этого дня я здесь и живу. И кличка теперь у меня есть, как у домашней собаки. Теперь все дети нашего двора называют меня Найдёнышем. Они все мои друзья.

– Мяу! А я для тебя, кто? Мяу! – я услышал тихое мяуканье Маши.

– Я только когда подрос, понял, что вы добрая кошка. А когда вы согревали меня своим теплом и вылизывали мою шёрстку, я думал, что вы моя мама.

В тот день, когда ребята, соорудив для меня уютное местечко, разошлись по своим домам я, напившись молока, крепко заснул и мне приснился очень страшный сон. Мне приснилось, что я опять в тёмном парке лежу на мокрой холодной земле. От страха я проснулся, встал на слабые ещё лапы и побежал. Но вскоре я понял, что это был только сон, но вернуться на свою тёплую подстилку я уже не смог. Я заблудился в тёмном, ещё не знакомом мне подвале и тихо заскулил. Но вдруг, в темноте засверкали два зелёных огонька. Я испугался ещё больше и заскулил ещё громче.

– Это кто тут так плачет? Мяу! – ко мне подошла кошка Маша, – да ты совсем малыш, бедняга, – ласково промяукала она и лизнула меня в нос.

Маша совсем не больно подняла меня зубами за шёрстку и отнесла на мою подстилку. Она сама легла на неё, положила меня рядом и накрыла своей мягкой и тёплой шерстью. Как мне было тогда тепло и хорошо рядом с доброй кошкой!

Так я смотрел на ребят, которые вскоре разбежались по домам, потому, что снег перестал идти и полил колкий, холодный дождь. Ну, и правильно. В такую погоду лучше находиться дома рядом со своими родителями. Миша сейчас, наверное, сидит на мягком диване рядом с любимой мамой, а она гладит его по голове и поит тёплым молочком. Я тоже хочу тёплого молочка. Гав, Гав…

– Это, что такое! Безобразие! Они опять устроили здесь пристанище для бездомных собак! – послышался возмущённый крик домоуправа.

– Найдёныш, и чего ты растявкался? Мяу-мяу! – недовольно промяукала Маша, – опять нас выгонит, а я не хочу мокнуть под холодным дождём. Беги за мной. Мяу! Мяу!

– Здесь ещё кошки! Целый зоопарк устроили на моей территории! Вон на улицу, выгоняй их! – кричал домоуправ своему помощнику и топал от злости ногами.

Но мы с Машей быстро проскочили мимо них и спрятались в укромном местечке.

– Сиди здесь тихо и не вздумай тявкнуть. Здесь они нас не найдут.

– Всё, моё терпение иссякло! – возмущался домоуправ, – они убежали, а ты возьми металлический щит, и завари это окно. И чтобы никаких кошек и собак я в подвале не видел.

Вскоре послышался какой-то странный звук, потом лязг ключей, закрывающих подвал. Маша выглянула из нашего убежища и сказала мне, чтобы я шёл рядом с ней, потому, что в подвале стало очень темно.

– Теперь у нас нет окошка. Дверь закрыта, а как теперь нам выходить на улицу?

Как Миша и ребята будут приносить нам еду? – я заплакал.

– Мяу, мяу, не плачь. Когда-то этот домоуправ вернётся в наш подвал? Тогда мы сможем выскочить на улицу, – успокаивала меня добрая кошка.

Но мне всё равно было грустно. Я хотел есть. Мне очень хотелось пить. А в темноте было страшно, и я громко заскулил от обиды.

– Не бойся, ты же пёс! А собака ничего не должна бояться. Мяу, мяу!

Оставив меня на подстилке, Маша куда-то убежала. И оттого, что её не было рядом, мне стало совсем страшно. Почему-то я задрожал от холода, а в животе у меня так забурчало, что казалось, эти звуки слышны на улице. Я громко заскулил. Но Маши не долго было. Тогда я громко залаял, думая, что она услышит меня и вернётся. И она вернулась.

– Я же просила тебя сидеть тихо, всех мышей распугал и меня и себя чуть без обеда не оставил, – недовольно промяукала она, что-то положив рядом с подстилкой, – ешь!

Я кинулся к тому, что принесла мне Маша, но понюхав, отвернулся.

– Маша, собаки мышей не едят, – грустно произнёс я.