Наталия Никульшина - Беркут стр 7.

– Вот говорили тебе: позвони ему сразу, встретит, – отчитывал меня Андрей. – Гордая ты наша. Днём ты ему можешь и не дозвониться, если на работе он. Вот теперь придётся самой ехать, на такси. Скажешь на КПП, что ты к Матвееву, от Лёхи Титова. Если Беркут там – тебя пропустят.

– А если нет?

– Тогда не пропустят! – засмеялся Андрей.

– Ты серьёзно сейчас? Мне можно самой туда подъехать?

– Конечно, можно, Лёха тем более предупреждал Беркута. Так что случилось у тебя уже?

– Да ничего, – отмахнулась я, – с психом вчера познакомилась, сейчас уже всё нормально.

– Веснушка, а иногда ведь психи оказываются вполне себе адекватными, если к ним присмотреться, – со знанием дела сумничал Андрей, рассмешив меня.

– Ты о себе? Не хочу я ни к кому присматриваться, пусть мне лучше сразу адекватный попадётся.

– Ну, это же скучно! Хотя, ты права, лучше с Беркутом замути.

– Да ну тебя, идиот, – хихикнула я. – Всё, я в часть.

– У-да-чииии, – пропел он.

Наученная вчерашним опытом, я вызвала официальное такси, а потом, когда уже ехала по присланному Андреем адресу, меня чуть не задушила жаба. Знала бы я заранее, что водитель повезёт меня в сторону, откуда я приехала, могла бы значительно сэкономить, воспользовавшись сначала метро, а уж потом только такси. Зато это будет мне вторым уроком. Теперь, прежде чем заказать машину, я посмотрю на карте, куда мне нужно.

А когда водитель пронёс меня мимо сквера, где я вчера имела неосторожность познакомиться с Русланом, в сердце неприятно кольнуло. Да, давайте, скажите мне, что часть как раз где-то здесь, и что работать я буду рядом с домом, где и живёт мой знакомый псих! Если это окажется так, то кто-то сверху надо мной явно издевается. И я бы поняла, если бы это был Андрей, такие идиотские шутки именно в его стиле, но вот от Вани я такой подставы совсем не ожидала. И Ваня не может так надо мной шутить, а это значит, что он хочет мне что-то сказать? А можно тогда как-то точнее? А Ваню я ведь вчера действительно просила, и он опять привёл меня к этому проклятому скверу!

К счастью, пока я паниковала, проехали мы дальше сквера, и я немного успокоилась, только вот дурное предчувствие не отпускало. Может, я просто волнуюсь? Ведь если Беркут на месте, то меня ждёт что-то вроде собеседования? Я, конечно, по рекомендации, от друга, но брать к себе в часть кого попало комбат тоже вряд ли станет. Вот и объяснение, чего я дёргаюсь.

Расплатившись с таксистом, я, трясясь всё сильнее, пошла вдоль огроменного забора до КПП. Блин, а у них тут реально страшно, я прямо чувствую, как за мной наблюдают. Двинусь резко, споткнусь там, или чихну – меня пристрелят?

Я вообще военных побаиваюсь немного, если честно, у них же автоматы есть, и не угадать, что там на уме. Андрей с Лёшкой, хоть и свои, но они, вон, вообще с краповыми беретами, а там же сдать реально невозможно, поэтому они явно не нормальные. Или вот те, кто был в горячих точках – тоже опасные, столько всего пережили…. У меня старший брат был там, а потом вернулся после очередной командировки седой и завязал с этим, ушёл в бизнес, а об армии теперь и слышать не хочет. И не дай Бог, кто-то напомнит об этом кошмаре, Даня сам не свой становится. Блин… а как же я ему скажу, что теперь тоже в армии работаю?

От переживаний меня отвлекли эти большие колючие железные штуки, лежащие на дороге перед воротами. Это чтобы чужие танки к ним не заехали, а свои тогда как? А ещё я заметила движение на вышке на территории части и замерла, боясь, что по мне сейчас целиться начнут. Но выстрелов не произошло, и я, сглотнув, покралась дальше. Остановилась перед большой железной дверью КПП и не успела даже нажать на кнопку звонка, как эта самая дверь приветливо открылась. А если я сейчас войду без приглашения? Или открытая дверь – и есть приглашение? Чёрт, а я ещё с сумкой своей… решат ещё сейчас, что это взрывчатка, и что я поэтому и трясусь! Мамочки….

Так, Веснушка, ты тут работать собираешься, надо привыкать, хорош паниковать! Ты врач, соберись!

Выдохнув, я решительно вошла внутрь и оказалась в клетке. Нет, я серьёзно! Дверь позади меня тут же закрылась, а напротив и по бокам стояли решётки.

– Добрый день, – стараясь не заикаться от страха, улыбнулась я троим военным.

Один из них стоял прямо за решёткой, двое других сидели за столом недалеко.

– Вы к кому?

Соня, успокойся!

– К Матвееву, от Титова! – выпалила я, боясь перепутать фамилии, и лихорадочно вспоминая свою собственную. Сейчас в панике запнусь, и сразу стану подозрительной. Хотя, я и без этого….

– Документы у вас есть? – поинтересовался стоящий, пока его напарники стали кому-то звонить по стационарному телефону.

Порывшись в сумке, я достала паспорт, протянула через решётку:

– Вот.

– Что в сумке?

– Мои вещи. Я на работу к вам….

– Да? – мигом подобрели ребята. – Кем?

– Медиком, – смущённо улыбнулась я.

– Медик – это хорошо, – заулыбались они в ответ. – Заходи, только сумку мы проверим.

– Хорошо, – послушалась я.

Один из ребят отправился меня провожать до штаба, треща по дороге без умолку. Я узнала, что зовут его Серёжей, он проходит тут срочную службу и очень ждёт ноября, потому что там будет дембель. Он рассказал, что медиков у них действительно не хватает, и что мне все будут рады, потом говорил что-то ещё, но я только делала вид, что слушаю, мне больше была интересна сама часть. Я с любопытством вертела головой, рассматривая здания, вышки, и пробегающих мимо людей в форме, которые, судя по всему, куда-то очень торопились. Тут же наши Андрей с Лёшкой служили, а теперь вот и я буду!

ГЛАВА 7

Когда мы с Серёжей подошли к штабу, за этим зданием вдруг раздался дикий и громкий мат. Мы замерли, я с изумлением посмотрела на своего сопровождающего:

– Это что?! – на всякий случай шёпотом спросила я.

– Там плац, – почти беззвучно ответил он.

– А-а-а…, – протянула я. Наверное, эта информация помогла бы, если бы я хоть немного разбиралась в армии, поэтому пришлось уточнить: – И? Кто орёт там?

Стоит заметить, что кричал только один мужской голос, и кричал стабильно отборным матом, я даже сути так и не уловила, но на всякий случай пригнулась.

– Да попадос…, – с сочувствием произнёс Серёжа. – Комбат вчера ночью приехал, а дежурные спят… ну кто ж знал, что он заявится?! Никогда не было, а тут – на тебе, нарисовался! Так и ночью ничего не сказал, ребята даже подрасслабились, а сейчас вот вдруг взбеленился.

– И что им будет теперь?

– Ну, это от его настроения зависит, – пожал плечами Сергей. – Но попадос это конкретный, может и выговор прилететь. А может и обойтись всё – пообтекают сейчас, да и забудут. Пошли?

– Погоди, – дошло до меня. – Комбат, говоришь, орёт…. Так это Матвеев?!

– Ну да.

Вот это очень плохо. Беркут, судя по богатому словарному запасу, в поганом настроении, а тут я.

– Блин… может, я в другой раз зайду?

– Да брось, ты-то не причём! – Сергей, несмотря на мои попытки сопротивления, решительно шагнул за здание штаба, прямо на крики. – Как и я, – довольно добавил он, – тоже не причём.

Никогда бы не подумала, что военные могут выглядеть так жалко. На этом самом плацу расположился целый строй мужчин, которые сейчас всей толпой боялись поднять глаза на одного-единственного человека, который орал на них благим матом, стоя к нам спиной. Мать моя женщина, вот это и есть – Беркут?! Вот это я понимаю, красивый-здоровенный! И форма так всё обтягивает, где надо…. Боже, Соня, о чём ты, блин, думаешь?!

Стыдясь саму себя, я вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время посмотрела на мужчину именно, как на мужчину. И это я его ещё спереди не видела! Уверена, такую спину ничем не испортить. А Андрей был прав, к Беркуту стоит присмотреться.

Внезапно мне стало страшно. Страшно, что я думаю не о Ване, а о совершенно постороннем мужчине, думаю вот так, что даже стыдно становится.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться? – робко вставил Сергей, пока Беркут набирал в грудь побольше воздуха для очередной злостной тирады.