Всего за 500 руб. Купить полную версию
Ариена заметила, что её дочь Джой разглядывает прилавок с шарфами ручной работы, окрашенными методом «индийской спирали»; на руках у неё был малолетний сын Кенни. Джой улыбнулась матери и, хотя не было особой необходимости в просьбе, обратилась к ней:
– Подержи его, пока я схожу за едой.
Ариену охватило чувство нежности, когда малыш, которому ещё не исполнился год, протянул к ней свои пухлые ручки.
– Иди к бабушке, – сказала Ариена, – давай найдём зверей и поговорим с ними.
Она поцеловала его в крошечный носик, а он хмыкнул, обнимая её за шею. В контактном зоопарке содержались козы и овцы, утки и куры, кролики и морские свинки, а ещё старый серый ослик – они жевали сено, которое разбросали для них на земле. Ариена вошла в загон и присела поближе к животным, чтобы её внук мог их видеть.
– Протяни ручку, они подойдут к тебе, и ты сможешь их ласково погладить. Им это нравится, – сказала она ему.
Прискакали козы и стали слегка покусывать его руку, чем вызвали у него смех. Переваливаясь с боку на бок, подошли утки, сопровождая свой приход громким кряканьем. Куры поклёвывали землю, равнодушно обмениваясь кудахтаньями, кролики радостно прыгали по загону, а морские свинки, словно обезумев, носились туда-сюда. Кенни хлопнул в ладоши и громко засмеялся. Старый серый ослик подошёл и стал обнюхивать малыша, щекоча своей пушистой мордой его шею. Мальчик протянул руку и осторожно погладил мягкий нос животного, радуясь этому тёплому прикосновению. Подошла большая мохнатая овца, она стала рьяно тереться о них, так что они едва не свалились. Овца удивлённо посмотрела на них, а они рассмеялись. Кенни ухватился пальчиками за её шерсть и, придвинувшись поближе к овце, потёрся лицом о её мягкий мех.
Ариена улыбнулась и положила голову на спину животному, так что теперь они с внуком смотрели друг на друга. Он поднял голову и поцеловал её, затем зарылся лицом в густую шерсть овцы и поцеловал её тоже. От проявления такой безусловной любви ребёнка у Ариены перехватило дыхание, и она едва не заплакала от нежности к нему. Она посадила мальчика себе на колени и взяла на руки маленького вислоухого кролика, а затем заботливо положила его на колени Кенни. Его лицо засветилось от радости, и он обнял пушистого зверька. Тот перестал принюхиваться своим мохнатым носиком и закрыл глаза. Кенни погладил его по голове и, приложив палец к губам, прошептал бабушке:
– Тсс!
Это растрогало Ариену. Она смотрела, как Кенни нежно держит в своей руке кроличью лапку, и вспоминала время, когда мальчику было всего несколько часов, – почти год назад. Он лежал в колыбели, крепко ухватившись крошечными пальчиками за её руку, и – Ариена помнила это – она прошептала ему, что никогда его не оставит. Сейчас она заметила, как во сне подрагивают усы кролика, и вспомнила, как тогда дрожали веки её внука, который спал беспробудным младенческим сном. И вот его ладонь медленно раскрылась, и рука упала на колено, пока маленький кролик продолжал спать. Ариена взглянула на спящего мальчика, на пушистый комочек у него на коленях и улыбнулась. «Дети – бесценный дар», – подумала она. Она бережно положила спящего кролика на плотную подстилку из сена и прижала Кенни к груди. Он пошевелился и схватился за неё своей ручонкой, снова погружаясь в умиротворённый сон.
Крепко держа на руках свою драгоценную ношу, она прошла мимо праздничных киосков в обеденную зону. На её плечо легла тёплая рука мужа, и он шепнул ей:
– Мы собираемся пообедать, идём к нам.
Он подошёл и предложил забрать спящего ребёнка. Ариена улыбнулась и покачала головой.
– Не будем его беспокоить, – сказала она. – Я подержу его ещё, ничего страшного.
Глен приобнял её, и они в дружественном настроении направились обедать.
– Навевает воспоминания, правда? – сказал он, кивнув в сторону внука.
– Конечно, – согласилась она.
Ариена держала на руках спящего ребёнка в течение всего обеда, сидя за столом вместе со своей семьёй; рядом с ней был Глен, он одной рукой обнимал её и беседовал со своими родителями, которые составили им компанию во время сегодняшней прогулки. Она ощущала себя очень счастливой и невольно задумалась, что её жизнь – сущее благословение.
Она не знала, что буквально в одно мгновение всё изменится…
Глава 2
Любовь
Ариена заботливо положила спящего внука в коляску.
– Он становится тяжёлым, – сказала она, отпустив малыша.
– Ты бы могла и раньше его положить, – отметила Джой, похлопав мать по плечу.
– Знаю, – улыбнулась Ариена.
Она размяла спину и потёрла грудь в том месте, где за неё держался спящий Кенни.
– Ещё маленький, а какой хваткий мальчик, – сказала она с усмешкой. Затем улыбка на её лице сменилась нахмуренным и озадаченным выражением.
– Мам, всё хорошо?
Ариену охватило недоброе предчувствие.
– Мам, в чём дело?
– А, да вроде бы ничего, – отрезала Ариена.
– Вроде бы ничего? Что такое?
Ариена взглянула на свою дочь.
– Мне показалось, что в груди появилось какое-то уплотнение, но, скорее всего, просто синяк – твой сын очень крепко за меня ухватился, – со смехом объяснила она.
– В любом случае тебе лучше провериться.
Джой повернулась к своему отцу:
– Папа, проверь, чтобы она сходила к врачу.
– Не беспокойся, – он подмигнул, чтобы разрядить обстановку. Затем обнял Ариену и прижал её к себе.
– Доверься мне, я позабочусь о ней. – Он нежно поцеловал её в голову и прошептал на ухо: – Немного любви – и мы со всем справимся.
– Да, – с понимающей улыбкой ответила Ариена.
* * *
Когда они вместе с Гленом ехали домой, Ариена положила руку ему на колено. Он прикоснулся к её руке и сжал её, и на его лице промелькнула улыбка. Они оба не сказали ни слова. Они оба думали об одном и надеялись: «Ничего страшного, всё будет хорошо». Она стала вспоминать те годы, которые они прожили вместе с Гленом. Как они были молоды, когда больше тридцати лет назад поженились, и как они были влюблены друг в друга! Она вспоминала, каким радостным был день их свадьбы и какую нежность он проявлял в их первую брачную ночь. «Какой я была наивной», – думала она, вспоминая, что была совсем не готова к той глубокой страсти и наслаждению, которые она испытала впервые, когда они занимались любовью. Она про себя рассмеялась, когда вспомнила, как на следующий день писала матери о своём удивлении: она не ожидала, что заниматься любовью – так восхитительно! Она вспоминала, что после медового месяца они легко влились в совместную жизнь; они работали в разных местах, но дом был местом, где они возвращались друг к другу и к той глубокой любви, которая их связывала. Ариена вспоминала, что после ночей, проведённых вместе, её охватывали смешанные чувства, радость и страх – она боялась, что однажды потеряет его. Он спрашивал её: «Если тебе так хорошо, то почему ты плачешь?». Она выражала свой страх, и он уверял её: «Я никуда не исчезну, я всегда буду рядом, буду заботиться о тебе». Она вспоминала о том, какое невероятное счастье принесло ей рождение двоих детей, и о том, что благодаря этому её любовь к мужу только окрепла. Она вспоминала многочисленные радостные моменты, связанные с детьми, – они росли вместе, вместе работали и играли. Она дивилась тому изобилию любви, которое может дарить семья, и тому, что дети – такой бесценный дар. Она вспоминала моменты смеха и радости, которые дарят маленькие дети, и смесь радости и беспокойства, которую она испытывала по мере их взросления. Она вспоминала моменты страха, ужаса, тревоги и, наконец, облегчения, когда её малолетнему сыну Скотту проводили многочасовую операцию на сердце, вспоминала его боль и выздоровление. Она вспоминала, как в самые трудные моменты он пытался сохранять стойкость и делал вид, что всё отлично. Она вспоминала гордость и любовь, которые испытала, когда её малышка Джой отказалась уходить от постели своего больного брата.