Всего за 199 руб. Купить полную версию
Когда мы покончили уже со второй книжкой, Джейк спросил, слышал ли я призрак миссис Лорримор после того, как мы были здесь в прошлый раз.
— Да, прямо той же ночью, — ответил я.
Встрепенувшись, он уставился на меня, ожидая дальнейшего рассказа.
— Помнишь, было тепло? Ну вот, я, когда ложился спать, оставил окно открытым, но потом пришлось закрыть — уж очень она завывала. Я такого еще никогда не слышал.
— Прямо как волки, да? — спросил Джейк.
— Как целая стая голодных волков, — подтвердил я.
— И полицейские опять побоялись прийти?
— Даже носа на улицу не высунули.
— А мы здесь и ничего не боимся.
— Да, мы похрабрее других будем.
— Ага, они все слабаки. — Джейк замахал согнутыми локтями, будто крыльями, и закивал головой, как изображают цыпленка, дразня кого-нибудь трусишкой, — такой потешный. Когда он наконец успокоился, я предложил ему выбрать следующую книжку, и мы по-быстрому пробежали еще одну.
Потом мы еще немного побесились возле дома, в бывшем садике — вернее, бесился Джейк, а я за ним присматривал. Сперва он бегал по участку с раскинутыми руками, как самолет, самозабвенно подражая звукам работающего мотора, а я следил, чтобы он не приближался к яме с водой в дальнем углу. Вопреки моим опасениям, его привлекла не она, а высокое дерево в противоположной стороне. На одном из кругов Джейк вдруг заметил его, остановился у ствола и задрал голову, уперев руки в боки. Не успел я и глазом моргнуть, как он уже карабкался по нижним веткам, повисая на руках. Я бросился туда с другого конца участка, крича, чтобы он сейчас же слезал, что это опасно, но он не слушал — ему было слишком весело. Ужасно мне не понравилась такая ситуация — он там, наверху, того гляди сорвется, а я ничего не могу сделать. Я уж хотел лезть на дерево сам и заставить его спуститься, однако побоялся, что он отвлечется на меня и упадет. В конце концов мне удалось уговорить его, хотя и не сразу. Когда Джейк слез на землю, я наклонился, взял его за плечи и, глядя в глаза, попытался втолковать, что так поступать опасно, что нужно вести себя осмотрительнее.
Он так ничего и не понял. Для него мои слова были всего лишь еще одной пустой нотацией.
— Да я все время по деревьям лазаю, — сказал Джейк. — Это весело.
— А когда упадешь, сломаешь позвоночник и тебя парализует, тоже будет весело? — поинтересовался я.
Он, даже не дослушав, помчался опять нарезать круги, бомбя воображаемого врага. Да уж, правду говорят, что за детьми нужен глаз да глаз. Они так и притягивают к себе опасность.
После отъезда из Клифтона я не посещал ни психотерапевта, ни психолога, ни вообще кого бы то ни было. Официальных рекомендаций на этот счет нам не давали, и мама решила, что нечего мне на этом зацикливаться.
— Понимаешь, Дональд, ученые провели исследования. На солдатах, которые вернулись с войны и которым приходилось там видеть и самим совершать ужасные вещи. Те, кто потом ходил по всяким психоаналитикам, рассказывал и переживал все снова и снова, возвращались к обычной жизни медленнее, чем те, кто просто стискивал зубы и двигался дальше.
И на этом — все. Со случившимся было покончено в ту секунду, когда мы переступили порог своего нового жилища в Рейтсуэйте. Вне дома никто ничего не знал, а в его стенах эта тема никогда не затрагивалась. Мы говорили о том дне лишь однажды, после заключительной беседы в полицейском участке, да и то разговор толком не получился. Мама усадила меня за стол в кухне и спросила, глядя мне в глаза:
— Дональд, ты мог хоть как-то предотвратить это? Тот несчастный случай?
Я попробовал потянуть время.