Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Самое большое разочарование от прогулки – развлекательный комплекс «Аврора». Некогда симпатичное здание, стилизованное под знаменитый крейсер, и открытая площадка перед ним были убиты коммерческим новоделом. Я понимаю, что в эпоху мультиплексов однозальным кинотеатрам не выжить, поэтому «Аврора» предсказуемо закрылась. Догадываюсь также, что Ленинскому району не помешает иметь большой деловой центр с гостиницами, конференц-залами и другими прелестями капитализма. Но зачем же так уродовать композицию! Взгляду не за что зацепиться. Впрочем, это общая беда Челябинска: эстетика безнадежно проигрывает коммерческой выгоде.
Вот что действительно приковывает к себе внимание, так это аккуратно отремонтированные двухэтажные жилые дома на Машиностроителей. При случае полюбуйтесь на них сами.
Знаете, однажды я поймал себя на мысли, что челябинцы в основной массе своей не очень охотно мигрируют в пределах города. Ленинцы остаются в Ленинском, даже когда меняют квартиру, обитатели северо-запада не торопятся в Центр, а металлурги так прочно укоренились в своем «анклаве», что даже внешне выглядят как чужаки. Знавал я людей, которые были и остаются патриотами не только города, но и своей самой малой родины – дома и района. И никуда ни за какие коврижки их не вытащишь.
Определяет ли эта особенность наши ментальные различия? Едва ли. Ну, может, на бытовом уровне. Для внешнего мира ВСЕ челябинцы настолько суровы, что даже метеориты нас не берут. А между собой мы уж как-нибудь разберемся.
Улица Машиностроителей. Фото: РГ
Школа №46. Фото: РГ
Зодчие в городе
Грампластинками в Челябинске торговали в трех крупных магазинах (были еще какие-то помельче, но я их не помню):
1. В Торговом центре.
2. В магазине «Ритм» на площади Революции (сейчас там вместо гитар и пластинок обосновались банкиры).
3. В магазине «Молодежная мода» на ныне пешеходной Кировке.
Я отоваривался во всех трех, лавируя между ними в поисках свежих поступлений. Однажды купил в «ММ» пластинку группы «Зодчие». Культовый коллектив, кузница кадров, сатира, пародии, перестроечные дела. Выхожу на улицу с диском под палящее летнее солнце и вижу: прямо на меня по тротуару «Зодчие» прут практически в полном составе! Я смотрю на конверт пластинки, сверяю с оригиналом. Да, чтоб мне лопнуть, это они – Давыдов, Мартынов и остальные. Щурятся на солнце, глазеют по сторонам.
Я думал, что у меня солнечный удар.
Всё оказалось намного прозаичнее. В тот день «Зодчие» давали концерт во дворце спорта «Юность», перед которым они просто гуляли по городу.
Но, согласитесь, каков эффект! Крышу повело так, что даже не сообразил взять автографы.
Дарья Калинкина. Дежа вю на Кировском (Троицком) мосту
Однажды я испытала странное чувство возвращения в прошлое.
Дети мои немножко подросли. Гуляли мы по центру города и добрались до Картинной галереи. Мальчишек впечатлило, когда я, еле сдвинув высоченную дверь, объявила, что мы пришли в Дом, Где Живут Картины.
В пустом гулком зале мои сыны кружились вокруг своей оси, глядя в потолок. Старый паркет таинственно скрипел, старший сын спрашивал за обоих (младший еще не говорил предложениями): «Это Старинный Замок? Как зовут королеву?». Королева, то есть императрица Екатерина II, в бесподобном атласном наряде благосклонно взирала на нас с портрета Баттисты-старшего.
Лестница на второй этаж пацанов заняла надолго, они бродили вверх-вниз, на каждом спуске зависая возле витрины с фарфоровыми шедеврами. В холле раздавался звон антикварных напольных часов. Младший пришел в неописуемый восторг, обнял часы, как родные, и прикладывал то одно, то другое ухо к солидному корпусу, пока не замолкло тягучее низкое эхо.
Под суровые взгляды смотрительниц музея мы выбрались на улицу Труда, повернули на Кирова и потопали в сторону цирка. Здесь у нас обязательная остановка на мосту: дети «кормят рыбок в Миассе».
«Как вам понравилось в Доме картин?», – спрашиваю я.
После обдумывания старший резюмирует: «В этом Старинном Замке лучше всего – лестница! И пол так здорово скрипел! Еще я запомнил Королеву на картине, а под лестницей, за стеклом – балерину». Младший, просияв лицом и душой, радостно произносит новое слово «Часы!» и мечтательно закатывает глаза.
И тут меня посетило дежа вю.
Мне шесть лет, мы только что переехали в Челябинск, знакомимся с городом, вышли из картинной галереи и стоим с мамой на этом самом месте. Кидая камушки в воду, я говорю: «В этом Старинном Доме больше всего мне понравилась фарфоровая кукла в витрине возле той огромной лестницы! И портрет царицы, и как там здорово скрипел паркет! А часы там бьют, как в сказке про Золушку. Давай вернемся и еще послушаем?»
«Мы еще не раз вернемся», – задумчиво отвечает мама.
Она была права: много раз мы придем на выставки, во время учебы в художественном училище я буду делать здесь копии, а однажды я приведу сюда сыновей. И они увидят, запомнят и назовут то же, что и я при первом впечатлении! Что это – родство душ, голос генов или спираль времени, – я не знаю.
Прошло несколько лет, воспоминания об этом дне у детей стерлись, но мне не дает покоя одна мысль. Если повторить тот же маршрут, как ответят мальчишки на вопрос, что им понравилось, сейчас, на новом витке времени? Или ради чистоты эксперимента подождать, когда они вернутся на Кировский мост уже со своими детьми?
Пусть сами у них и спросят…
Рисунок Дарьи Калинкиной
Рёбрышки
Недостроев в Челябинске хватает. Тут и там торчат скелеты как несостоявшихся коммерческих зданий, так и жилых домов, брошенных из-за разногласий застройщиков и правоохранительных органов. Но если в спальных районах недострой выглядит более-менее терпимо, то для центра эти брошенки – сущее уродство. Впрочем, есть один особый случай.
Не один год Челябинск жил в ожидании саммитов ШОС и БРИКС. Вы помните эту шумную историю. Ох, сколько ж было планов! Десяток новых пятизвездочных отелей, масштабная реконструкция гостевых маршрутов, федеральное финансирование. И всё это ради двух-трех дней пребывания у нас глав государств – членов этих самых шосов и бриксов. Вот заживем, думали мы. Главы приедут, поговорят за кружечкой чая и уедут, а всё это великолепие останется нам!
Как часто бывает, «что-то пошло не так» (эту фразу, брошенную случайно одним из комментаторов во время трансляции футбольного матча, впору вносить в Конституцию как название статьи). Саммиты перенесли в Питер, федеральное финансирование прекратилось, эйфория сошла на нет. Кто или что тому виной, я разбираться не буду и не хочу. Украли, разбазарили – не всё ли равно? Не в первый раз. Зато на память о несбывшейся мечте у нас кое-что осталось. Это «кости» предполагаемого Конгресс-холла, украшающие набережную реки Миасс рядом с цирком.
В народе их сейчас называют «рёбра Левиафана». Не буду скромничать, первым это название вбросил в сеть ваш покорный слуга. Мне показалось забавным сходство объекта со скелетом кита, который фигурирует в нашумевшем фильме Андрея Звягинцева «Левиафан». Каким получился бы в итоге Конгресс-холл, сказать трудно, но «рёбра» – вот они, налицо. С одной стороны, ужасная архитектурная клякса в самом сердце Челябинска, с другой – есть в этой бетонной композиции какая-то поэзия.
К моменту написания этих строк судьба «рёбер» под вопросом. Власти ломают голову, что делать с чудищем. Внятных идей нет, инвесторы сомневаются. Кажется, кто-то предлагал закончить возведение Конгресс-холла или хотя бы остановиться на варианте с гостиницей, но это опять же миллиарды рублей.
А мне кажется, не надо ничего трогать. Просто оставьте как есть. Наш Левиафан очень удачно вписался в недавно реконструированную набережную – вот именно в таком неказистом виде. Арочный скелет как бы венчает русло реки и замыкает композицию прогулочной зоны. Может быть, со временем возникнет идея наполнить этот объект каким-то смыслом, придать ему некую функциональность, но надстраивать над ним ничего не нужно. Отштукатурить малость, подчистить – и пусть радует глаз.