С этими унылыми мыслями Андрей Кириллович и вошел в купе к Беневоленскому, деликатно постучавшись.
Шеф держался молодцом, он работал с документами и, оторвав глаза от бумаг, предложил сесть.
В эту минуту засигналила одна из его трубок, он поднес ее к уху, лицо его сразу сделалось умильным, и Андрей Кириллович вышел, прикрыв за собой дверь. Хотя все, что говорил шеф, он все равно слышал.
-Шурочка, любовь моя! Умница, что звонишь мне. Тебя никто не обидел? А я сейчас чуть не погиб. Представляешь, на нас опять было покушение! На этот раз в поезде. Но ничего, все обошлось. И вот я с тобой говорю. До свидания, любовь моя, я очень по тебе тоскую.
Закончив разговор, Беневоленский приоткрыл дверь.
Теперь это был уже снова не сюсюкающий любовник, а человек решительный, властный.
-Мерзкая комедия! Садитесь, Андрей Кириллович. - И шеф указал на свободный бархатный диван. - Они подумали подобраться таким путем: сначала самолет, потом поезд! Это у них не получится!
Шеф, судя по всему, вообразил, что стал жертвой происков конкурентов, которые наняли вагонных потрошителей ради него, единственного.
А дальше Беневоленский спросил и вовсе неожиданное:
-Вы привели этого паренька? Надо взять его на службу. Чтобы вы больше не попадали в постыдную ситуацию, как там. И пусть он обучит ваших ребят. Не обижайтесь, если я стану ему платить намного больше, чем вам.
Андрей Кириллович был уже рад, что неприятное объяснение они проехали быстро. О том, что паренька он упустил, говорить пока не стоило, хотя карасю понятно, что профессионалу столь высокого уровня светиться не надо, а насчет перекупки - тут тоже неизвестно, как повернется. Такие люди на биржу труда не ходят. Работодатели за ними стоят в очереди.
Однако своими соображениями Андрей Кириллович делиться не стал, а, попросив двадцатиминутный тайм-аут, отправился на поиски своего потенциального сотрудника.
* * *
Шел он по вагонам с малой надеждой. Хотя всякое бывает. Где-то этот паренек, конечно, свою лямку тянет. Если на государственную структуру, то она должна быть сильно засекреченной, потому он и покинул поле битвы, не желая засвечиваться. А если на частную - то тем более светиться ему ни к чему. Но вдруг щедрость шефа будет столь безразмерной, что он клюнет. Потому Андрей Кириллович послал двоих сотрудников по вагонам к хвосту поезда - там были только кресла, - а сам отправился к локомотиву, готовя по дороге первые фразы, с которыми обратится к парню, если, конечно, повезет его увидеть.
Заглядывая в каждое купе с одной и той же дежурной фразой: «Друга ищу, а в каком он вагоне едет - забыл», Андрей Кириллович прочесал оба купейных, а потом пошел между рядами кресел.
Подозрение оправдалось - парня он не увидел. У ребят, которые двигались к хвосту состава, результат был такой же.
-Нет, так нельзя. Вы должны его найти. Вы должны мне обязательно его найти. Любыми способами, - проговорил шеф, приняв отчет.
Это был приказ. «Приказ начальника - закон для подчиненного. Он должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок» - так говорилось в дисциплинарном уставе, который когда-то зубрил Андрей Кириллович юным салажонком.
Оставив шефа со своими делами, он перешел в купе к сотрудникам, и вместе они начали мозговую атаку: как сыскать исчезнувшего пассажира.
Бывший капитан Дима предложил такой вариант: перед Москвой один перейдет на площадку первого вагона, другой - уйдет к последнему. Оба соскочат на платформу, встанут среди встречающих и будут смотреть на всех идущих.