Пилипенко Сергей Викторович "russkoyevremya" - Непринуждение стр 5.

Любой массовый сход граждан – есть определенный сигнал для власти, в кои веки она бы не пребывала.

И это же – своеобразная трагедия власти, ибо она вовремя не смогла распознать в среде своего подчинения, так называемые нотки недовольства населения.

Это значит, что власть, хоть на местах, хоть выше по лестнице иерархического обустройства государства никогда не должна отрываться от народа и в ее управленческом составе всегда должны состоять те, кто к тому самому народу наиболее ближе.

Это самое прямое условие для сохранения власти и ее продолжительности правления.

В то же самое время, одновременно ругая власть и выдвигая какие-либо косвенного характера требования, нельзя добиться желаемого, ибо любая власть, прежде всего, любит конкретику, так как, собственно говоря, на этом и стоит.

Потому, так называемые голословно состоящие лозунги, причинно и беспричинно предъявляемые обвинения и тому подобное – никогда не будут иметь отклика у самой власти, ибо это всего лишь общие слова, за которыми нет никакой конкретики.

Все это значит, что власть должна быть изначально идеализирована и не состоять из числа так называемых преступно уголовных элементов.

То бишь, так называемых нерадивых чиновников, которые за любую мзду в свою сторону, способны принять решения не в пользу самого большинства населения.

Дело конкретики заключается в том, чтобы четко обозначить саму допустимость деятельности власти при разрешении какого-либо жизненно важного для большинства населения вопроса, и непосредственное претворение его в жизнь именно за счет тех средств, что предусмотрительно на это и рассчитаны.

Нельзя налагать на власть те обязательства, которые она заведомо известно не выполнит, всего лишь не располагая достаточными средствами для их осуществления.

Это еще одна сторона той же конкретики, и она очень важна в наших современных условиях.

Нереальность задач, поставленных перед властью, всегда провоцирует их саботирование, результатом чего всегда могут стать какие-либо не вполне оправданные действия каких-либо чиновников с точки зрения их так называемой финансовой чистоты.

Таким образом, так называемое коррупционное дело берет свое начало от нереально поставленных перед самой властью задач, а также, от дополнительного характера пожеланий самого народа, то и дело, провоцирующего саму власть на подобные действия, всего лишь для того, чтобы добиться так обозначенного ничтожно значимого результата, как правило, в сфере социально-бытового обслуживания населения, или тому подобного.

Задача экономики страны – именно экономить.

Так и в случае с властью.

Нельзя востребовать то, что невозможно реализовать законно, и нельзя требовать исполнения того, на что нет необходимо заложенных средств, а также, о чем не прописано в так называемом городском, или другом бюджете.

Всякого рода перебрасывание счетов и тому подобное – есть явное устремление власти к осуществлению подобного и явная суть всех так называемых финансово-экономических махинаций, что, в конечном итоге, приводит к дискредитации власти, а в последующем – выражению общего недовольства ее деятельностью со стороны всего населения.

Все это говорит о том, что, порою, те же массы, или так называемые общественные или иные деятели любых направлений, причинно и беспричинно становятся зачинателями вышеупомянутых махинаций, если, конечно же, при этом не участвуют добровольно в том сами.

Все вышеобозначенное является так называемой основой трилогии власти, что в одном предложении будет звучать так.

Всякая власть, осуществляемая на местах, просто обязана использовать в своей деятельности средства, так обозначенного бюджета, никогда не преступать его грань и строго ограничиваться только тем ресурсом, который предусмотрительно заложен изначально и рассчитан на какие-то конкретно поставленные цели.

Сама деятельность власти в том и заключается, что она должна только исполнять то, что заранее оговорено или предусмотрено, а не законодательно рассуждать, как израсходовать те же заложенные средства с какой-то другой целью, пусть даже самого благого направления.

Это просто недопустимо.

Для решения каких-либо внезапно возникающих задач – есть другое решение, которое заключается в дополнительном сборе средств на осуществление каких-либо мероприятий, причем в добровольном порядке со стороны самих граждан.

Таким образом, пожелания народа будут осуществляться только за счет средств самого народа, а так называемый бюджет будет расходоваться только на то, что по-настоящему жизненно необходимо и что предусмотрено программой развития города, района, того или иного региона, или, в целом, всего государства.

Понимать все эти прописные истины должен на сегодня каждый, не зависимо от его образования и занимаемой им самим ступени социальной лестницы.

И, если единство в вышеобозначенном вопросе будет обеспечено, а значит, принято по тому соответствующее решение, то и жить станет намного проще, и само сообщество освободится от так называемых коррупционеров, так как им попросту не с чего будет что-то там собирать.

Условие такого рода сразу очистит властные ряды и предоставит дорогу людям, которые с энтузиазмом возьмутся за дело управления, и которые сами по себе представляют категорию тружеников, а не бесцельно существующих чиновников-функционеров.

В то же самое время, сама власть не может быть предусмотрительно слаба, выглядеть так и поступать таким образом.

Ибо, это уже не власть, а целиком и полностью заменяющее ее понятие.

То бишь, антагонизм власти, что значит, практическое безвластие.

Власть сама по себе может быть целиком и полностью беспринципна, хотя и обязана соблюдать некоторые принципы в способе своеобразного оказания давления на людей, или подчиняющиеся ей массы населения.

Беспринципность власти в том и заключается, что она свободно может излагать свою волю кому угодно, в то же самое время, не испытывая подобного по отношению лично к себе.

В этом кроется пресловутая сохранность власти и на том зиждется самый основной принцип ее существования.

В то же самое время, так называемые оковы власти, в лице исполнения инструментов власти, коими могут выступать любые так обозначенные силовые ведомства или тому подобное, не должны препятствовать ее свободному существованию, и тем более, хоть как-то воздействовать силой своей тяжести на население.

То есть, осуществление так называемого давления власти силой вышеобозначенных оков, ни в коей мере, не должно сказываться на свободе каких-либо действий самого населения, если, конечно же, они не выходят за рамки разумного существования в сообществе умственно объединившихся людей.

Своеобразные уставы или законы такого рода сообществ должны быть заверены законодательно и конституционно соблюдаться, что полностью обеспечивало бы права всевозможных свобод самих людей, по своему волеизъявлению заключивших с таким сообществом контракт, что должно быть обязательно подтверждено соответствующим документом государственного значения.

Это поможет избежать так именуемых правовых недоразумений между самим гражданами, или людьми, проживающими, как бок о бок, так и раздельно или как-то по отдельности.

Контракт такого рода заблаговременно предусматривает все правила поведения в обществе, что не дает права допущения в нем излишеств, как части природно допустимой неразумности.