- А до "Лесного" далеко? - спросил Бонд.
- За полчаса доберемся. - На перекрестке водитель дал газу и четко, но довольно рискованно обогнал грузовик.
- Ловко ты со своей Синей птицей управляешься.
- Управляйся не управляйся - все равно старое корыто. А папаша говорит: "Я двадцать лет на ней ездил, и ты еще двадцать поездишь". Так что
я сам деньги коплю. Половину уже скопил.
“Славный парень, - подумал Бонд, даром, что сначала выкаблучивал.”
- А на какую копишь? - спросил он.
- На "Фольксваген". До самого Брайтона буду возить.
- Здорово. Дело денежное.
- Это точно! Я туда съездил разок, привез в Лондон двух лошадников, со шлюхами... Десять фунтов плюс пять шиллингов чаевых. Конфета!
- Неплохо. Но в Брайтоне держи ухо востро, шпаны там хватает. О банде "Миска крови" слыхал?
- Во всех газетах писали... - Пареньку говорилось легко, как с ровесником. - А вы а "Лысый" лечиться или в гости?
- Почему это - "Лысый"?
- А там и леса-то настоящего нет. Обычно туда ездят всякие толстухи да старые козлы. Только и зудят: не гони, да не тряси, а то у них в
заднице какой-то ишиас, или как его... Вы-то совсем другой...
Бонд рассмеялся:
- Но тоже еду. Ничего не поделаешь, придется отдохнуть. Машина свернула с Брайтонской дороги; вскоре по правую руку мелькнул указатель:
"Санаторий "Лесной". Путь к здоровью. Первый поворот направо. Просим соблюдать тишину". Показалась высокая стена, вычурный, с башенками и
зубцами въезд, сторожка; из трубы, теряясь меж тихих деревьев, тянулся к небу дымок. Гравийная дорожка петляла в густых зарослях лавра. Справа
открылась лужайка: аккуратным бортиком высажены цветы, чинно прогуливаются больные... Поодаль высилось огромное старинное здание из красного
кирпича, с застекленной террасой.
Затормозили у величественного подъезда. Подле лакированной, обитой гвоздями двери поблескивала высокая урна; над ней надпись: "В помещении
не курят. Просим выбросить сигарету". Бонд вышел из машины, вытащил из багажника чемодан. Чаевых он дал десять шиллингов. Паренек принял как
должное:
- Спасибо. Захотите поразвлечься - звоните. У нас тут и девочки есть. А в чайной на Брайтонской дороге прилично кормят. Ну, пока. - И дал
задний ход.
Бонд взял чемодан, с тоской поднялся по ступеням, толкнул тяжелую дверь.
В просторной, отделанной дубом приемной было жарко и тихо. За столом сидела хорошенькая девушка в белом накрахмаленном халате. Он
расписался в книге прибывающих, и девушка повела его обставленными темной мебелью залами, а потом белым стерильным коридором в заднюю часть
здания. Оттуда они прошли во флигель, длинный и низкий, выстроенный явно на скорую руку. По обе стороны - двери с названиями цветов, растений.
Девушка завела его в "миртовую", сказала, что директор примет через час, то есть в шесть, и ушла. Комната была самая обычная: яркие занавески,
одеяло с электрическим подогревом. На столике подле кровати - ваза с тремя маргаритками и книжка "О природном методе лечения". Бонд выключил
отопление, распахнул окно. В глаза бросились ровные рядки безымянных травок. Он распаковал чемодан, устроился в кресле и принялся читать о
выведении из организма вредных веществ.