Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
На вопрос, кто больше всех думает об интересах жителей коммуны, кто скорее проявит инициативу в решении вопросов улучшения общественного благосостояния, отдельные представители высшего класса называют барона ди Лонго и полковника Пьенсо – оба живут в Риме и, как считается, пользуются там влиянием. Большинство, однако, говорит, что в Монтеграно никто особенно об общей пользе не задумывается, а некоторые вообще не понимают, что такое забота об общей пользе. Когда интервьюер объяснил молодому учителю, что бывают люди, которые что-то делают ради всех, а не только для самого себя, тот сказал:
Никто у нас в городе не горит желанием делать добро всем, кто тут живет. Даже если кажется, что кто-то хочет всем добра, на самом деле он ищет свою выгоду и обделывает свои дела. Ведь и святые – смиренные-смиренные, а о себе не забывали. Чего уж тогда от простого человека ждать?
По словам другого учителя, мало того что никто не заботится об общем благе, так многие еще и рады помешать успехам другого:
На самом деле, я ни разу не видел такого, чтобы кто-то хотел хорошего для всех. Наоборот, я вижу, как страшно все завидуют чужим деньгам и чужому уму.
В некоторых городах Южной Италии аристократы, по рассказам, безразличны к бедственному положению крестьян и отчаянно ненавидят друг друга. В Монтеграно не так. Первые семьи коммуны нормально ладят между собой, а многие из представителей высшего класса относятся к крестьянам с явным сочувствием. Но при всем своем сочувствии существующее положение вещей они изменить не пытаются.
* * *
Жизнью коммуны управляют мэр, выборный городской совет и сидящие в Потенце провинциальные чиновники во главе с префектом. Мэр с советом полагают, а префект располагает. Без одобрения из Потенцы не купить даже пепельницу в мэрию; обычно спустя какое-то время решения местных выборных должностных лиц получают оттуда подтверждение, но так бывает не всегда и, разумеется, каждый раз приходится принимать в расчет возможность отказа.
Префекта в Монтеграно представляет секретарь коммуны, кадровый администратор, назначаемый из Потенцы. С помощью двух конторских служащих секретарь занимается повседневными делами коммуны: ведет налоговый учет, регистрирует акты гражданского состояния и по указанию вышестоящего начальства производит выплаты из бюджета.
Мэр избирается на четыре года и жалованья за свою работу не получает. Он представляет коммуну на официальных мероприятиях, руководит муниципальными служащими, выступает законным представителем коммуны в переговорах с третьими сторонами, в ряде ситуаций исполняет функции нотариуса. Выборный городской совет на практике власти почти не имеет. На созываемых мэром заседаниях совета редко собирается кворум.
Выборные городские должности в основном занимают конторские служащие, ремесленники и зажиточные крестьяне, а не представители местной верхушки. Мэр, например – отставной армейский унтер-офицер и мелкий землевладелец. Кроме него, в совете заседают отставной унтер-офицер карабинеров (заместитель мэра), четверо ремесленников и лавочников, пятеро служащих, пятеро учителей, двое крестьян и адвокат. Из всех них только адвокат принадлежит к местному высшему обществу, но и его социальный статус не слишком высок.
Школы находятся вне ведения выборных городских властей. Директор школьного округа, подотчетный непосредственно начальству в Потенце, живет в Монтеграно и управляет школами в нескольких коммунах. К организации общественных работ мэр и совет, как ни странно, тоже не имеют никакого отношения.
Полиция (carabinieri)[10] также подчиняется не им, а Министерству юстиции в Риме. Местный начальник полиции (maresciallo) тесно сотрудничает с властями коммуны, но от этого не становится для них «своим». Начальника полиции принципиально никогда не назначают в его родной город; ему и его подчиненным не рекомендовано заводить слишком близких отношений с местными. С представителями всех слоев населения карабинеры обычно держат себя ровно, деловито и отстраненно.
* * *
Итальянская конституция гарантирует каждому ребенку возможность учиться в школе до 14-летнего возраста, однако много где в Италии, в том числе и в Монтеграно, есть только пятилетние школы. Если семья не может отправить ребенка учиться в другой город, он, как правило, заканчивает обучение в 11 или 12 лет.
Одна треть мужчин и две трети женщин, достигших в 1954 году 21-летнего возраста, учились в школе меньше пяти лет.
Больше пяти классов окончили только пять процентов мужчин и меньше двух процентов женщин[11].
Школьники учатся четыре часа по утрам, шесть дней в неделю с середины сентября до середины июня. Школы скудно оснащены, учителям платят мало, ученики, а зачастую и учителя, пропускают занятия. После пятого класса некоторые дети еле-еле пишут, читают и решают элементарные арифметические задачи. Многие крестьянские дети через пару лет после окончания школы забывают все, чему научились. По словам местного чиновника системы образования, треть выпускников, в основном женщины, за несколько лет полностью разучиваются читать и писать. В то же время ежегодно, начиная с 1948 года, 12 мужчин оканчивают вечернюю школу для взрослых. Благодаря ей за восемь лет 96 человек (две трети из них – крестьяне и наемные сельскохозяйственные работники, а остальные – ремесленники) освоили – или восстановили – умение читать и писать.
До недавнего времени значительная часть детей, живущих за пределами городка, вообще не имела возможности посещать школу. Сейчас появились сельские школы, где занятия проходят в часы, наиболее удобные для семей земледельцев (в некоторых сельских школах уроки начинаются в 6 утра и заканчиваются в 10). В наши дни почти не осталось детей, которые не ходят в школу из-за того, что до нее слишком далеко.
Многие, однако, посещают школу нерегулярно. Школьная администрация, священники и полиция совместными усилиями убеждают родителей каждый день отправлять детей в школу; когда все средства убеждения исчерпаны, родителей злостных прогульщиков могут и оштрафовать. Некоторые крестьяне – потому, скорее всего, что не видят смысла в пяти годах школы при отсутствии возможности продолжить образование, – добровольно отпускают детей на учебу лишь до тех пор, пока они слишком малы для работы в поле.
По причине плачевного состояния школ и низкой посещаемости, а также из-за того, что система школьного образования плохо работала во время войны, в 1951 году неграмотными были приблизительно 30 процентов жителей Монтеграно в возрасте от 10 до 40 лет. Выше всего (44 процента) неграмотность была среди крестьян, живущих вне города.
Детей ремесленников после окончания пяти классов обычно отдают в подмастерья. Но чтобы не остаться на всю жизнь третьеразрядным специалистом в одной из традиционных профессий – портного, парикмахера, плотника, каменщика или кузнеца – ребенку надо сделать одно из двух: либо поступить в ремесленное училище, недавно открытое в соседнем городке, либо найти место подмастерья в большом городе. В городе он может выучиться на автомеханика, сварщика, мастера по ремонту пишущих машинок или приобрести какую-то другую специальность, которая позволит ему со временем перебраться на север. Но этот второй вариант мало кому доступен – лишь немногие из ремесленников могут себе позволить содержать ребенка вдали от дома. Даже в государственных ремесленных училищах родителям приходится платить за стол и жилье. А найти место подмастерья в большом городе, если там нет родни, мальчишке из Монтеграно практически невозможно.