Всего за 488 руб. Купить полную версию
Перед вами – филлофора. Она представляет красные водоросли. Еще несколько лет назад ее использовали в пищевой и текстильной промышленности для получения желирующих веществ. Их клеющая сила превосходила даже крахмал и другие вещества.
Не удивляйтесь, если увидите на берегу людей, с аппетитом жующих зеленые листья. Это не что иное, как ульва латук, или морской салат. Вообще, это – распространенная зеленая водоросль. У нее широкие плоские листья, напоминающие листья салата или капусты. Растет морской салат на глубине до трех метров, и часто после шторма его листья выбрасывает на берег.
А еще вы встретите в море траву, которая умеет цвести. Это – зостера, или, морская трава, представитель цветковых. В мелководных заливах она образует целые луга. Ее узкие зеленые листья плавно колышутся при волнении. Вырастают они в длину до одного метра. Небольшие цветки-ниточки распускаются в воде, не поднимаясь на поверхность. А осенью листья отмирают и всплывают. Волна выбрасывает их на берег. Местные жители собирают зостеру и сушат. Умельцы набивают морской травой подушки и матрацы. А еще утепляют стены домов. Это, действительно, удобно. Материал не гниет. А поскольку трава содержит большое количество кремния, она не горит.
Но, пожалуй, самая необычная водоросль – ночесветка. Ее можно увидеть невооруженным глазом. Если, конечно, хорошенько присмотреться.
Что, увидели?
Пусть вас не удивляет это стекловидное шарообразное существо с коротким жгутиком.
– Оно похоже на крошечное яблочко! – воскликните вы и будете совершенно правы.
Ну когда еще можно увидеть яблоко диаметром в один-два миллиметра?
Но самое интересное в том, что эти крошки излучают свет, хорошо видимый по ночам.
Ученые объясняют:
– Ночесветки освещают поверхность благодаря жировым внутриклеточным включениям, которые под влиянием механического или химического разрушения излучают свет. Испускаемый свет имеет голубовато-серебристый оттенок. В XVIII веке естественное свечение больших масс морских организмов, имеющих светящиеся клетки, назвали фосфоресценцией.
Если повезет, вы сможете увидеть светлый шлейф за идущим ночью кораблем или резвящимися дельфинами. А войдете в воду, ноги «вспыхнут» тысячами ярких точек.
Вот такая она – загадочная ночесветка.
Крымские каникулы, или встреча
с ночесветкой
За свои двенадцать лет Даня успел повидать немало. Два года тому, после поездки с родителями в Египет, свое мнение изложил кратко:
– Жарко!
Прошлогодняя поездка в Таиланд тоже особого восторга не вызвала.
– Чудак-человек, такие красоты, а у тебя ноль эмоций, – недоумевал папа.
Мама развешивала в шкафу купленные у темнокожих продавцов маечки-футболочки:
– Какая прелесть!
– Пацаны сейчас на речке. На карася пошли, – грустно вздыхал Даня.
Так было. Сейчас новенький белый микроавтобус, шелестя колесами по горячему асфальту, мчит их из аэропорта Симферополя к морю.
– Говорят, в Феодосии пляжи галечные. И песчаные тоже есть, – делится знаниями папа.
– Пляжи – это хорошо, – согласился Даня.
– Говорят, ночью море светится… Иногда… Это ночесветки, – продолжил папа.
– Посмотрим, – кивнул головой Даня, хотя что это за ночесветки понятия не имел.
– Ребята, там столько старины! Башни всякие, крепости. Эта Феодосия – один из древнейших городов Европы, – с придыханием проговорила мама.
В их большом и шумном городе было все. Так считал Даня. Дымил трубами металлургический завод, на котором трудился папа. Стучала швейными машинками фабрика, куда ходила на работу мама. Зимой был каток и их хоккейная команда. А он – Даня Смирнов – был правым нападающим. И снег по пояс тоже был.
– А в Феодосии, говорят, снег – большая редкость. Как это? Непонятно! – пожимал он плечами.
Зато здесь было Черное море, которого раньше он не видел. И старинные башни. И загадочная ночесветка.
Даниил молчал. Где-то в глубине души он жил ожиданием. Чувствовал, что на этот раз произойдет что-то необычное.
В картинной галерее Айвазовского он вертел головой. С массивных полотен в золоченых рамах на него смотрело море. Величественное и торжественное. Оно бушевало в нескольких шагах от него, удивляло и впечатляло.
– Вот оказывается, какое оно – море, – не то вслух, не то про себя заключил Даня.
От пляжа он был в восторге. Из теплой и прозрачной до самого дна воды выходить не хотелось.
Мама шутила:
– Наш ребенок купается один раз в день. С утра до обеда.
Он смеялся и удивлялся, как быстро кожу схватывает загар. И отчего-то временами грустил.
– Что с тобой? – заглядывала в глаза мама.
– Порыбачить бы, – едва слышно отвечал он.
– Да сходите вы уже на рыбалку. Мальчишка совсем извелся, – сказала как-то на ушко супругу мама.
Говорила тихо, чтобы Даня не услышал. Но у Даньки слух что надо.
Папа собрался и пошел в сторону порта. Вернулся с двумя билетами:
– Идем на «самодур»!
Даня прыснул:
– Пап, ты чего?
– Чудак-человек, это рыбалка такая.
Оказалось, что ставриду можно ловить спиннингом без наживки. На поводке было привязано несколько голых крючков. Хитрость заключалась в том, что на леске у крючка крепилось несколько цветных бисеринок. Забрасывался спиннинг – и рыба хватала разноцветную приманку, думая, что это пузырьки воздуха.
Вот и весь «самодур». Забавно?
Весь двухчасовой килограммовый улов сын с отцом засолили.
– Вот пацаны удивятся, – радовался Даня.
А вечером они сидели в кафе на берегу. Из «рыбного меню» Даня выбрал салат из мяса рапаны и морской коктейль.
– Как тебе? – спросил папа.
– Классно! – улыбнулся он.
Уже взошла луна, и море стало темно-фиолетовым. Мальчик всматривался вдаль, молчал, потом неожиданно спросил:
– А почему не светится?
Папа пожал плечами:
– Наверное, ночесветки нет.
С берега донесся голос:
– Приглашаем в увлекательное ночное морское путешествие. С борта нашего теплохода вы увидите Феодосийский залив и древний потухший вулкан Кара-Даг.
– Поедем? – спросила мама.
– Поехали, поехали! Посмотрим, как море светится! – заторопил родителей Даня.
Папа посмотрел на часы:
– Поздно. Давайте завтра.
И «завтра» наступило быстро. Теплоход, под негромкий рассказ экскурсовода, плавно отошел от причала и пошел вдоль ночного города. Выписал большой полукруг, и в динамике прозвучало:
– Берем курс на Коктебель. Идем к Кара-Дагу.
Даня стоял у борта, всматриваясь в темные волны. Вдруг в нескольких метрах от корабля вспыхнул сверкающий веер из длинных лучей.
– Ой, что это? – схватил он маму за руку.
Голос в динамике, точно отвечая на его вопрос, пояснил:
– Обратите внимание. Вы наблюдаете интересное природное явление, которое объясняется способностью некоторых морских организмов излучать холодный голубоватый свет, как у насекомых – светлячков. Это простейшее, или одноклеточное существо носит название ноктилюка, или более популярное – ночесветка. Свечение, мимо которого мы только что проплыли, не что иное, как стайка рыбок, которые бросились врассыпную, спасаясь от хищника.
На этом рассказ прервался, а Даня зачарованно смотрел на удаляющиеся сверкающие брызги:
– Здорово!
Но море не думало прекращать свой праздник света. Теплоход носом разбрасывал в стороны фиолетовые волны. А они пенились, разлетались и светились серебряными ручейками в желтом блеске луны.
То тут, то там вспыхивали крошечные фейерверки, созданные прыжками испуганных рыб. Скачками, часто меняя направление, разбегались потревоженные креветки.
Вдруг на гребне волны появился дельфин. Потом еще один. Они плыли бок о бок с теплоходом, радуясь волшебной ночи и свободе. Вместе с ними ликовали ночесветки:
– Да здравствует праздник!
А море вокруг горело драгоценными огнями.
Как выглядит счастье, Даня не знал. Но в эту ночь произошло то, чего он давно-давно ждал. Хотя, если разобраться, это был просто хороший вечер.