Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Разумеется, все, что написал Копелев, имеет мало общего с подлинной историей «Дружины» и представляет собой плод безудержного воображения.
В 1980 г. в США были опубликованы воспоминания офицера Гвардейского батальона РОА К.Г. Кромиади[48]. Эти мемуары представляют несомненную ценность для исследования. Хотя значительное место в книге отведено генерал-лейтенанту А.А. Власову, автор рассказывает об эпизоде, когда он в составе группы С.Н. Иванова, И.К. Сахарова и Г.Н. Жиленкова посетил 1-й русский национальный полк СС и познакомился с Гиль-Родионовым. Эта группа, заручившись поддержкой в СД, приехала к Гилю для того, чтобы отстранить его от командования, а личный состав «Дружины» использовать в рамках нового проекта – создания диверсионной бригады. Эту идею подал руководству VI управления РСХА Жиленков. Однако Родионов и его окружение, опираясь на местные органы СД, помешали осуществлению этого плана, согласившись выделить силы в размере батальона. Гиль не хотел потерять свою власть над людьми, поэтому занял непримиримую позицию, но все же был вынужден отдать часть солдат и офицеров, когда того потребовали представители СД.
Несмотря на произошедший конфликт, у Кромиади о Гиле остались в основном добрые воспоминания. Он, например, подчеркивает, что Родионов и его подчиненные в военном отношении были достаточно хорошо подготовлены, были прекрасно обеспечены всеми видами довольствия и считались сильной антибольшевистской частью. Гиль, как пишет Кромиади, даже предлагал ему остаться в полку и занять должность начальника штаба. Хозяйственная часть в формировании русских эсэсовцев была большой. При ней находилось немало женщин, что, по мнению мемуариста, крайне негативно отражалось на дисциплине личного состава.
В 1987 г. в Западной Германии вышли воспоминания еще одного соратника генерала Власова, бывшего офицера ВС КОНР Сергея Фрёлиха (1904—1982)[49]. До того, как он стал офицером связи при руководителе РОА, он успел поучаствовать в работе Боевого союза русских националистов и познакомиться с Гиль-Родионовом. О последнем Фрёлих оставил весьма туманные воспоминания. Ничего конкретного автор о Гиле не пишет, кроме того, что командир «Дружины» боялся за свою жизнь и чувствовал со стороны немцев опасность.
О формировании русских эсэсовцев Фрёлих рассказывает скупо, хотя видел жизнь родионовцев изнутри. В его мемуарах встречается немало мифов. Так, по мнению Фрёлиха, «Дружина» фактически находилась под командованием Блажевича, а не Гиля. Блажевич, как заявляет автор, до войны служил в НКВД. Являясь советским агентом, он специально был направлен на службу к немцам! Но главой заговорщиков почему-то все равно оказался Гиль, организовавший переход к партизанам. В Москве Родионова наградили орденом «Красной Звезды», но примерно через полгода его тело нашли в лесу. Гиль якобы был убит «народными мстителями».
В постсоветский период в России вышли в свет воспоминания уже упомянутого бывшего «дружинника» и власовского пропагандиста Л.А. Самутина[50]. Его мемуары являются одним из важных источников по теме русского коллаборационизма в целом и бригады СС «Дружина» в частности. Мемуары им были написаны еще в 1976—1977 гг., но долгое время, по вполне понятным причинам, оставались лежать в столе. Оказавшийся во время войны на стороне противника Самутин рассказывает о жизни советских военнопленных в офицерском лагере в Сувалках, показывает, в каких условиях создавалась «Дружина».
Конечно, Самутин не обо всем сообщает читателям, опуская многие факты, так как они были связаны с неприятными сторонами его сотрудничества с немцами (вербовкой СД, участием в карательных акциях, ведением пропаганды в пользу вермахта и СС).
Не обходит Самутин стороной и личность Гиля. Отношение бывшего коллаборациониста к командиру «Дружины» было отрицательным. Тем не менее эта позиция формировалась у Самутина постепенно, по мере того, как раскрывались черты характера Гиля. Как и многие авторы воспоминаний, он открывает только то, что кажется ему наиболее важным. Однако, даже несмотря на это, от зоркого внимания читателя не могут ускользнуть такие детали, как цинизм, расчетливость, аморальность и жестокость Родионова. Самутин ухватывает главное в натуре своего бывшего эсэсовского начальника: никакая идея не представляла для Гиля значимость, хотя внешне он мог казаться идейным человеком. Кроме того, Самутин настаивает на том, что Гиль был евреем.
В 2003 г. была опубликована книга И. Копыла. В период войны он жил на оккупированной территории Минской области[51]. В одной из глав автор рассказывает о бригаде Гиля и встречах с родионовцами.
Воспоминания И. Копыла – весьма специфический источник. Из текста видно, что автор строил свое повествование отчасти на слухах, многие факты, приводимые им, не находят подтверждения либо сфальсифицированы, что изначально создает искаженную картину событий. Копыл, например, рассказывает, как он встретился с адъютантом Гиля – И.И. Тимофеевым. По словам автора, последний был летчиком. На самом деле Тимофеев был танкистом. Копыл мифологизирует читателя, утверждая, будто приказ о создании 1-го русского национального полка СС дал лично Гитлер, наградивший, ко всему прочему, Гиля двумя Железными крестами за борьбу с партизанами!
Немецкая оккупация показывается Копылом часто с положительной стороны. Многие преступления списываются автором на деятельность партизан, которые, по его мнению, выполняли «тайный приказ» ЦШПД об уничтожении местного населения. Безусловно, в архивных источниках встречаются факты недостойного поведения «народных мстителей», в том числе и преступления, но едва ли имеет смысл сравнивать их с германской политикой по отношению к гражданскому населению (достаточно упомянуть операции «Зимнее волшебство», «Коттбус» и «Герман»). Копыл фактически занимается апологетикой Гиля и его подчиненных, принимавших активное участие в широкомасштабных карательных акциях.
В 2006 г. в одном из белорусских журналов была опубликована статья Вадима Владимировича Гиля «Сын об отце»[52]. Вадим Владимирович предпринял попытку полностью реабилитировать своего родителя в глазах общественности и рассказать о нем всю «правду». Он обрушился с гневной критикой на партизанских командиров и партийных чиновников, которые писали о его отце, как он утверждает, либо откровенную ложь, либо полуправду. При этом Гиль-младший заявил, что есть серьезные исследования о Родионове, где его личность показана объективно. Правда, ни одного примера подобных «серьезных исследований» он почему-то не привел.
Что касается содержания самой статьи Вадима Владимировича, то она представляет собой сплошную мифологию. Он пишет, что его батюшка будто бы происходил из старинного немецкого рода Лютенгаузен-Вольф (правильно – Людингаузен-Вольф), что Гиль встречался с Гитлером по протекции Шелленберга, что Гиль был советским разведчиком, бывал в 1930-х гг. в Германии, что с самого начала в «Дружине» было установлено суровое правило – наказание за своеволие в отношении мирного населения и т.д.
Однако эти сенсационные заявления Вадима Владимировича абсолютно ничем не подтверждаются, либо же прямо опровергаются документами. С Гитлером Владимир Гиль никогда не встречался, в разведке он не служил, а его подчиненные совершали на оккупированной территории Белоруссии преступления (командующий охранными войсками группы армий «Центр» генерал от инфантерии Макс фон Шенкендорф как-то отметил в одном из докладов в ОКХ, что «там, где проходит “Дружина”, бандитов больше не остается»). Вадим Гиль, кроме того, путается в хронологии событий и не знаком с немецкими источниками.