Всего за 149 руб. Купить полную версию
Как будто почуяв мои сомненья, неведомая терпящая бедствие красотка аж взвыла, призывая на помощь, из уголка закрытого правого глаза с длинными чуть загнутыми ресницами выкатилась слезинка и медленно потекла к аккуратному ушку, украшенному маленькой серёжкой с жёлтым камушком. Лежащие рядом драгоценности заблистали. И в призыве появилось обращение «Мой Рыцарь». Хм. Так меня ещё никогда не называли, тем более без тени иронии или преувеличения. Да и страха не было, было желание помочь и любопытство. Ну и желание получить столь щедро обещанное.
Да, вот они – величайшее открытие, ласки красавицы, богатство, слава. Ну или примитивная мышеловка, хотя наверно я уже внутри. Да и, если задуматься, кому я нужен? Зачем придумывать нечто невообразимое, чтобы поймать меня, если достаточно просто подойти на просёлочной дороге…
Я отвернулся от факела и решительно двинулся дальше. Идти пришлось совсем недолго, коридор ещё раз завернул направо и закончился дверью. Ручка была сделана в виде кольца. Повернув которое я и открыл дверь. Наружу вырвался поток пахнущего какими-то пряностями воздуха. Похоже, внутри поддерживалось избыточное давление.
О, великие боги, в которых я не верил, но уже не так уверенно! Я оказался в квадратной комнате площадью метров 20 или 25. Ярко освещённой такими же факелами. Но потолок был на полметра повыше, чем в коридоре. Посередине комнаты стоял ящик, сделанный вроде как из дерева, очень красивого, чёрного с крупной хорошо заметной текстурой. Обычной такой текстурой породистой древесины. Только золотого цвета. Рядом стояли несколько больших корзин, набитых золотыми монетами, слитками, самородками, драгоценными камнями, в которых я не разбираюсь, но явно очень дорогими. Было и немного серебра. Конечно же для карманной разменной монеты благородному рыцарю-спасителю.
И да, ящик не был похож на гроб. Он был всё-таки пошире и повыше. Накрыт ящик был стеклянной крышкой. С ручками на ближней к двери стороне. И с петлями на противоположной. Пора было открывать. Подойдя к ящику, я увидел в глубине жертву произвола. Я замер в восторге – она не обманула не только с золотишком!
Очень красивая молодая блондинка неподвижно лежала, вытянув руки вдоль тела. И даже слезинка блестела у правого ушка. Распущенные не очень длинные волосы слегка переливались, часть прядей были золотистыми, часть пепельными, часть платиновыми, часть серебристыми, часть белыми – что выглядело довольно забавно, но вряд ли изысканно. Одета девица была в полупрозрачное платье, под которым больше не было ничего. Сразу бросались в глаза, помимо остальной невозможной красоты, невероятно красивые довольно большие… эээ… формы и необычная очень узкая талия с прекрасным плоским животиком с тонюсеньким слоем жирка… Да уж, я только и смог, что сглотнуть. Такая красота только присниться и может… Или лежать в ящике со стеклянной крышкой передо мной и звать на помощь, обещая всё. ВСЁ!
Я с трудом оторвался от… созерцания. Вернул взгляд на прекрасное слегка загорелое лицо с немного пухлыми щёчками и в меру пухлыми губами. Впрочем, мордашка красотки не была ни кукольной, ни детской. Всё в меру и очень аккуратно. И совсем непохоже, что это косметика. Брови тоже были аккуратными и естественными. От уголков закрытых глаз к вискам шли едва заметные стрелочки, наверно вены через кожу просвечивали…
Образ суперконфетки портила, но только чуть-чуть, тонкая царапина через всю правую щёку. И царапина была свежая, на ней даже выступили крохотные капельки крови. Что было странно – ящик заперт, на стыке крышки и стенок вблизи стал заметен тонкий серебристый слой неповреждённого герметика. И вся инсталляция была явно не нова. Пыли было мало, но она была, несмотря на то, что неизвестный упаковщик позаботился о чистоте помещения – и избыточное давление, и стены, пол и потолок из гладкого красноватого камня, и отсутствие тканей и любых источников пыли. Даже корзины с сокровищами были сделаны из металла.
К изголовью ящика изнутри были приделаны две бутылочки горлышками вниз. Из пробок в оба уголка рта девушки шли прозрачные едва заметные трубочки. Вокруг пробок висели переливающиеся шарики сияния.
Больше ни в комнате, ни в ящике ничего не было.
Тут мелькнула мысль – на изображении, которое так настойчиво транслировала в мой мозг спящая красавица, не было трубочек и царапины на щеке. А может я просто не разглядел, там и без этого глаза разбегались. Между тем жертва неизвестного негодяя или странного эксперимента не прекращала отчаянно звать на помощь. Только прекратила транслировать изображение великолепия, которое и так было во всей красе перед глазами. Получается, она меня чувствует.
Я решительно поднял крышку, хрустнул герметик. В нос ударил запах омытого дождём леса. Облачка сияния у бутылочных пробок лопнули, и голубоватая жидкость в два потока очень быстро устремилась прямо в рот красотке.
Лана
Как же, оказывается, болит голова после долгого забытья, когда просыпаешься не от живительной влаги зелья, а от неумело сотворённого самой заклинания. Как медленно и тяжело включается сознание, и моя магия не может разбудить тело. Мало магии, чтобы развеять наложенные мастерами могучие чары долгого сна и ослабления моей волшебной мощи. Хорошо хоть хватило силёнок сломать невероятную магию остановки времени, затягивавшую всю комнатку.
Так, сколько же я спала? Я наколдовала пробуждение через 15 дней и 2 часа. Раз не сработали чары распечатывания пробок обеих бутылочек, и основной, и резервной, значит права была Наставница Ризалина – кто-то предал засылаемую в далёкое будущее «отважную воительницу» и обрёк меня на участь обложенного драгоценностями прекрасного подарка будущему злому и жестокому правителю этого мира. Участь рабыни и для гарема, и, что гораздо важнее, для продления жизни будущего Великого Повелителя до пары тысяч лет.
А может потому и отправили меня, глупую недоучку, на три тысячи лет вперёд на тяжёлую войну с будущим Великим Завоевателем всего этого несчастного мира. Ведь в десятках веков и в десятках миров не сыскать столь сильного мага-модификатора, как говорили профессора Школы Магии, который способен продлить жизнь не до почти обычных для избранных четырёх-пяти сотен лет, а до тысячи лет, а если пренебречь повреждением души и тела и мага, и исцеляемого, то и до двух тысяч лет. Но этот так рвущийся к власти неизвестный тёмный маг, конечно, выжмет всё из возможного долголетия.
Но кроме огромной мощи магии модификации у меня ничего особо и нет. Ни огнём жечь, ни молнией ударить. Ни льдом, ни холодом… Ни камнем, ни водой ударить как следует не смогу. Так, чуть-чуть по сравнению с мастерами. А предстоит ни много ни мало – Великая Битва, которую все оракулы этого мира предсказали за три тысячелетия.
Но хватит о грустном. Вредно шевелить сонными мозгами. Раз всё-таки я просыпаюсь сама, значит этот урод ещё не завоевал этот мир. А иначе он открыл бы Ложе и первое, что я увидела бы, просыпаясь – его кривую, уверена, что именно кривую, ухмылку на нависающей над беспомощной жертвой роже.
Лишь бы времени хватило подготовить учеников и армию. А там посмотрим, кто сильнее окажется. И кто был прав три тысячелетия назад. Оракулы, твердившие, что только у меня, самой неожиданной кандидатуры, есть линия будущего, уходящая в Великую Битву, ни до ни после которой они не видят ничего. И если про ПОСЛЕ понятно, на три тысячи лет можно очень мало что увидеть. То два с половиной тысячелетия ДО очень странно и необычно. Или правы профессора Школы Магии и светлые маги Белого Острова, в один голос ужасавшиеся, что посылать 19-летнюю недоучку, которая ничего толком не умеет, мудростью не обладает, неблагонадёжна, да и боец никакой, на судьбоносную битву – неслыханная глупость и авантюра. А глядя на самолично сделанною мною себе красоту, они вообще только и могли, что шептать: «Ну и дура». Зато добрая и весёлая, как научил отвечать один из хорошо относившихся соучеников. Но отвечать про себя – дерзость в Школе Магии наказывалась жёстко.