Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Закончив исследования ящеров, биолог занялся окружающими растениями. Растительный мир притягательно действовал на него, такого разнообразия он не встречал на своей планете. Голоиб мог бы заниматься этим любимым занятием и дальше, но Ним прервал его.
– Действие снотворного препарата заканчивается, кроме того, скоро на запах слетятся и сбегутся в несметном количестве пожиратели падали. Придется устраивать бойню и для исследований времени не останется.
Решено было отступить к вездеходу, а следующую остановку сделать на обратном пути, ближе к берегу, чтобы пополнить данные исследований. Вездеход уже приближался к синей глади моря, когда в шлемофонах раздался сигнал вызова. Немедленно настроившись на частоту базы, Олз ответил. Сообщение предупреждало о приближающемся урагане, который двигался с юга широким фронтом.
– Придется переждать, садимся вон там, – Олз указал на широкую полоску твердого грунта между лесными гигантами и берегом моря.
Странно, – задумчиво произнес Ним. – За все время моей деятельности охотника-проводника я впервые слышу о буре, здесь никогда не бывало ничего сильнее легкого ветерка. Похоже, мы принесли на эту планету свою погоду.
– И свои грехи, – немедленно отозвался Голоиб, отрываясь на миг от экрана своего электронного мозга.
– Вы оба сможете сообщить о своих выводах верховному жрецу, когда он прибудет, – зловеще процедил Олз. – И будете вознаграждены… наверное.
Оба замолчали угрюмо переглянувшись. Окружение природы подействовало расслабляющее, но упомянутая Олзом «награда» напомнила о строгих порядках принятых в эпоху правления Клонара Дайна. Лишняя болтливость каралась сурово.
– Лучше займитесь креплением вездехода, нам надо успеть до начала урагана.
Быстрее! Быстрее! – подгонял спутников Олз, время от времени, бросая взгляд на облачко, которое, появившись на горизонте, быстро росло, превращаясь прямо на глазах в мрачную грозовую тучу, заволакивающую небо от края до края. Охотник вколачивал в песок стальные стойки, остальные прикрепляли к ним вездеход специальными растяжками. Когда работа уже подходила к концу, налетел первый порыв ветра.
– Быстрее! Быстрее! – голос Олза доносился будто издалека. Страшный вой ветра заглушал его слова. Соленые брызги морской пены долетали даже сюда. Внезапно, как по мановению волшебной палочки, солнце померкло, и холодные струи дождя забарабанили по голове и плечам. Ветер, усиливающийся с каждой секундой, норовил сбить с ног. Олз первым добрался до вездехода и, с трудом забравшись внутрь, тянул на себя биолога, которого сзади подталкивал Ним. Справившись с этой задачей и уже ухватившись за край люка, охотник увидел надвигающуюся на него сплошную черную стену. В следующее мгновение, его ноги оторвались от земли и не в силах сопротивляться этой, все сметающей на своем пути, стене песка, веток и камней, он оказался увлечен ею.
Олз бросился к панели управления и нажал кнопку, запирающую колпак. Снаружи разразился сущий ад. Завывание ветра в стальных тросах, которыми был закреплен вездеход, не могла заглушить даже барабанная дробь камней о корпус. Голоиб подобрался к Олзу, инстинктивно стараясь держаться поближе. Свирепая мощь разгулявшейся стихии заставляла оружейника, всегда презиравшего клонов, забыть на время свою спесь – он так же, как и Голоиб, радовался чувству локтя товарища. Оставалось только молиться, чтобы троса выдержали, и вездеход не разбило о камни.
К полуночи ураган сменился сильным ветром и Олз, наладив связь с базой, доложил наместнику о потере одного из членов экипажа. К удивлению инженера-оружейника Яков оказался не столь суров, как он того ожидал. Ему предписывалось дождаться рассвета и осмотреть ближайшие окрестности в поисках тела.
– Если вы не обнаружите никаких следов охотника, в течение двух часов, – продолжал Яков, – немедленно возвращайтесь на базу. Вы еще легко отделались, – добавил он. – У нас здесь большие потери и разрушения. Голоиб будет здесь весьма кстати: необходимо срочно пополнить ряды клонов.
В ожидании утра, ни один, ни другой так и не сомкнули глаз. Дремоту прерывали то скрип песка по обшивке вездехода, то свист ветра в растяжках. Лишь только серый рассвет тронул восточную часть горизонта, Олз и Голоиб покинули вездеход и, поеживаясь от утреннего холодка, направились к лесу. Пока они добирались до леса, утопая в глубоком, мокром песке, красный диск солнца уже совсем поднялся над горизонтом. Ветер стих, только редкие облака парили в вышине, да стаи неизвестных кожистокрылых птиц, издавали визгливые крики, пируя останками обитателей моря, выброшенных на берег вчерашним штормом. В лесу же следы стихии видны были повсюду. То и дело приходилось обходить завалы огромных сучьев и поваленных деревьев-гигантов, вывернутых с корнями. Вдруг биолог издал неопределенный звук и, опустившись на колено, вытащил из-под завала шлем охотника. Олз, присоединившись к нему, немедленно разбросал мелкие сучья и камни, однако ни Нима Хавила, ни следов его пребывания найдено не было. Они осмотрели еще несколько подозрительных завалов, но тщетно. Наконец Олз остановился:
– Пора возвращаться, дальнейшие поиски смысла не имеют. Мы и так уже потратили на час больше отпущенного нам времени.
Голоиб тяжело вздохнул и опустил голову в знак согласия, одновременно пытаясь скрыть заблестевшие глаза. За сутки знакомства с охотником, он проникся к нему симпатией; мало кто из людей, рожденных естественным образом, так по-дружески и с уважением обращался с ним. На обратном пути он опередил инженера-оружейника и первым забрался в вездеход, откуда раздался его взволнованный крик:
– Здесь, здесь… ле-ле-жж-ит!
От волнения он начал даже заикаться. Перепугавшись за него, Олз, выхватив пистолет, ринулся в кабину, но, увидев биолога целым и невредимым, произнес с сарказмом:
– И для чего было так орать? Я на миг подумал, что какой-нибудь монстр решил отведать человечины, не разобравшись, натуральная она или искусственная.
Обычное язвительное отношение к клону, вновь возвратилось к Олзу. Голоиб, не в силах вымолвить ни слова, молча посторонился, открывая взору инженера безмятежно спящего Нима Хавила.
– На мокром после бури песке следы только двоих – Ваши и мои, – пытаясь говорить членораздельно, тихо произнес Голоиб. – Как же он сюда попал?
Олз в недоумении почесал подбородок, затем, подойдя к креслу в котором лежал охотник, потряс его за плечо. Спящий Ним, что-то пробормотав, открыл глаза, в недоумении воззрившись на товарищей.
– Где Вы пропадали, Хавила, и как попали в вездеход? – настороженно спросил Олз.
По лицу охотника было видно, что он силится понять суть заданного вопроса. Окончательно придя в себя, он произнес:
– Как вы нашли меня? Долго ли я был без сознания?
Ним, озадаченно поглядел на, переглянувшихся Олза и Голоиба, и добавил:
– Я лишь помню, как меня подняло и понесло, потом был удар, а что произошло со мною дальше, я не знаю. По-видимому, я потерял сознание.
– Наверно Вы здорово ударились головой, – холодно заключил Олз. – Отдыхайте, на базу вездеход поведу я.
глава 3
Спустя две недели, в главном зале большой пирамиды, отведенном под палату правителя, сидели двое – Клонар Дайн и его сын Яков.
– Значит, ты утверждаешь, что Ним Хавила не помнит, что же с ним произошло во время бури?
– Разве ему есть смысл что-то скрывать, отец мой?
– У меня есть подозрение на этот счет и его не следует исключать. Хотя, сам Ним Хавила и не подозревает этого, но он является потомком нашего дальнего предка. Я всегда тщательно следил за своей родословной, поверь, у меня есть на то причины. Скоро ты все поймешь, сын мой. Но об этом попозже, сейчас необходимо решить проблему скудоумных жрецов других кланов, что прибыли со мной с Кассии. Их необходимо немедленно отстранить от власти. Они не способны в данной ситуации вести наш народ по пути прогресса. Уже сегодня я продублирую знания каждого из них. Жаль, я не успел закончить эту работу еще на Кассии, тогда знания тех, что отбыли на Орион, тоже были бы нашими. Пора начинать на новой планете новую жизнь! Мы с тобой, Яков, станем единственными правителями всех народов. Когда-то у нас были легенды о богах, создавших нас. Пусть же оживают старые легенды! Для начала, назовем эту планету именем одной из богинь – Гея. Как тебе это название, сын мой?