Всего за 119 руб. Купить полную версию
Мне не давало покоя другое: наступление, которое сейчас устроили южане, не было похоже на случайную стычку разведчиков. Похоже, мы имеем дело с крупной войсковой операцией, проводимой с целью зачистить прифронтовую полосу от разведгрупп, которую наша контрразведка позорно прошляпила. Я бы на месте южан провёл вдобавок еще и хороший контрудар по одной из застав, чтобы при максимальном перевесе сил уничтожить как можно больше наших войск. Или устроить охоту за бэтээрами эвакуации и выщелкать по одному эти ценнейшие боевые машины. Интересно, что же выберут южане? С точки зрения тактики, для моей группы предпочтителен первый вариант, с точки зрения стратегии – второй.
Если южане решили долбануть по одной из застав союзников, скорее всего, БТР нас всё-таки эвакуирует, и мы целыми и невредимыми доберёмся до своих. Но уничтожение заставы в целом серьёзно подорвёт союзные силы объединившихся Колоний.
А вот если южане решили поохотиться за бэтээрами, то, скорее всего, мы тут в степях и поляжем, хотя для союзников эти потери будут менее тяжёлыми.
Я сладко потянулся, зевнул и подвигал корпусом, еле слышно звякнули пластинки панциря, и хрустнули позвонки. На часах было полвторого, скоро должен приехать БТР, да и пора наблюдателей перед базой менять. Тут только я сообразил, что давно не слышал голосов Инги и Рикки по рации, а мне самому хочется спать. Ум чистый, вялости никакой, просто хочется лечь и уснуть. Сразу кольнуло нехорошее предчувствие.
– Инга, Рикки, отзовитесь, – проговорил по рации.
– Командир, – услышал только тихий голос Инги.
Я моментально вскочил на ноги и затрясся всем телом, слово пёс, отряхивающийся от воды. Когда наваждение ушло, я сложил руки ракушкой и испустил самый мощный волчий вой, на который только был способен. Лежащие рядом разведчики вскочили, как ошпаренные.
– Гаврик, связь с бэтээром, остальным занять оборону, – отрывисто приказал я и увидел бежавшую, пригибаясь, фигуру с винтовкой за спиной – это была Игла, она меняла позицию, приближаясь к нам. С другого края заметил шатающегося человека, вяло перебиравшего ногами, – Рикки. А за ним серая пустошь, тянущаяся до самого горизонта. И никого больше, кто же тогда заклятье навёл?
Орлов бросился было к Рикки, но тормознул, оглянулся на меня:
– Командир?
– Давай, – кивнул я. – Юла, прикроешь.
Вместе с ним и Гавриком я остался в вырытой яме, которая может послужить нам окопом. Загорный и Викинг разбежались по флангам в тридцати метрах от нас. Я с тоской посмотрел на Гаврика, маг был далеко не в лучшей форме.
– Инга, – сказал я по рации, – ты сейчас – наши глаза. Что вокруг?
– На западе вроде было движение, в трёхстах метрах, но сейчас ничего не вижу. По-моему, их очень сильно прикрывают.
– А сама как?
– Нормально, командир, если что, ты ещё раз завой, у тебя красиво получается.
– Ты лучше не засыпай больше, а споёт тебе моя сестра, когда вернёмся.
Я внимательно осматривал окрестности в бинокль. Увидел, как Вова взвалил на плечи Рикки и, петляя, побежал к нам, вот он пробежал место, где залёг Викинг. Я успокоился, снова навёл бинокль на ровную гладь перед собой. Что-то мелькнуло? Будто прозрачный сугроб вдалеке возник и опал. Может, показалось или, к примеру, ветер пургу поднял? Ночью ударил морозец, а днём снег слегка подтаял, так что сейчас всё поле покрывала твёрдая корка наста.
Я задумался. Конечно, не хотелось бы демаскировать позицию раньше времени, но нас, похоже, уже давно засекли, а если это и вправду был противник?
– Юла, – обратился я к пулемётчику. – На три часа, двести пятьдесят метров – огонь!
Простучал пулемёт, выстрелив две короткие, на три патрона, очереди. И линия горизонта будто взорвалась. Сотни трассеров, десятки огневых точек вспороли серую хмарь. Грохот выстрелов и пронзительный свист пуль противно резали уши. Я нырнул обратно в укрытие, включил защитный амулет, Юла, когда обстрел немного стих, выбрался из окопа, откатился в сторону, но огонь пока не открывал.
– Гаврик! – рявкнул я. – Что броня?
– Связь заблокировали, но БТР рядом.
– Ракеты! Погоди, не здесь.
Я выхватил у мага сигнальные ракетницы и дымовые шашки и тоже полез наверх. Стрельба почти стихла, свистели только одиночные пули, не трассеры. Видимо, стреляли только те, кто видит в темноте, как я. Наверняка сейчас другая группа южан подбирается к нам поближе. Когда они подползут на расстояние броска гранаты, первый отряд обозначит им цели трассерами, и нас просто забросают гранатами. Когда я уже выбрался, то понял, что рано успокоился насчёт новичков. Вова и Рикки конкретно попали.
По ним врезали сразу из нескольких автоматов и пулемётов. За секунду до этого Орлов упал, изо всех сил толкнув друга вперёд. Я подполз к Рикки, одной рукой подтянул его к себе, протащил до укрытия, подтолкнул ногой вниз. Он был не в себе – чем по нему так долбанули? Разобравшись с Рикки, я стащил автомат со спины и начал стрелять одиночными выстрелами в те тёмно-красные сгустки, которыми мне сейчас виделись враги, передвигающиеся короткими перебежками. Ночное зрение было чёрно-белым, но магию в таком режиме мои глаза видели отчётливо и именно яркими цветами.
Вова подполз ко мне, я помог ему, ухватившись за броню и почти забросив его в укрытие. Пришлось чуть-чуть приподняться. И сразу – удар в спину и приглушённый металлический звон.
– Командир! – крикнул Орлов.
– Все нормально, Вова.
Боли я не чувствовал. Это ещё не показатель – в горячке боя на одном адреналине я мог полкилометра пробежать со сломанным позвоночником, но сейчас мне к себе прислушиваться некогда. Главное, я не чувствовал, чтобы по спине текло что-нибудь теплое. Быстро, как только мог, я отполз метров на десять от своих бойцов, дёрнул за шнур дымовой шашки и бросил её перед окопом, в котором укрылись бойцы. Вверх пополз рыжий искрящий дым, в составе которого были магические примеси, делающие его ярко видимым в темноте и непроницаемым для магического взгляда.
После чего одну за другой я выстрелил три красные ракеты и коротко провыл волком – сигнал к отступлению. Все знали, что делать, и Юла тоже не подвёл. Первым из ямы выбрался Гаврик с новичками, они бодро побежали ко мне. Я, став на колено, прикрывал их одиночной стрельбой из автомата. Юмашев, Загорный и Викинг, расположившиеся на флангах, в это время отстреливались, а когда кончились патроны, тоже побежали к рыжему облаку. Саша и Коля на всякий случай кинули перед собой еще пару гранат и дымовых шашек, пускающих обычный дым.
Когда в рыжем облаке скрылась Инга, я одной очередью опустошил магазин, кинул перед собой гранату и ещё одну шашку и побежал за группой.
– Как думаешь, сколько их? – спросил я у Иглы, когда догнал всех остальных.
– Человек двадцать пять – тридцать, – ответила на бегу снайпер.
Лыжи мы бросили и бежали налегке по твёрдому насту. Юмашев меня порадовал: с виду паренёк не очень крепкий, но бежал наравне со всеми, да ещё пулемёт тащил, и незаметно было, чтобы выдохся.
– Когда начнётся эвакуация? – спросил Загорный.
Будто в ответ на его слова в небе вспыхнула яркая звезда, свет больно резанул по глазам. Группа рухнула в снег.
– Рассыпаться, занять оборону! – ослеплённый вспышкой, закричал я.
Но держать оборону в одиночку нам не пришлось. До нас донёсся звук, похожий на рёв бизона во время гона, и рёв этот раздавался совсем близко.
– Мотор выключали, чтобы послушать, где мы веселимся, – заметил довольный Загорный. – А теперь к нам едут.
Осветительная ракета погасла. Я перевернулся на спину и выстрелил в небо сигнальную ракету. Через пару секунд вспыхнула новая «звезда», не такая яркая, но выхватившая из темноты угловатый бок бэтээра. Машина на полной скорости мчалась в нашу сторону. Вторая осветительная ракета тоже погасла, я выбросил последнюю дымовую шашку, выпустившую облако рыжего дыма, чтобы дать более точный ориентир водителю бэтээра.