Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Окончательно решилась Елена опробовать средство, когда случайно, на рынке, куда они с Сашей пришли за картошкой да капустой, у испитого торговца, разложившего всякие корешки на перевернутом дощатом ящике подле рыночных ворот, нашла то, что так долго искала. И не на рисунке в книге, а вживе. Елена спросила, что это у него за корешки такие, а красномордый торговец отвечал, что это вот золотой корень, это марьин корень, это адамов корень, а вот это корешок прометеевой травы. Елена от неожиданности уронила пакет с кочаном Саше на ногу, тот взвыл, но сумку с картошкой не бросил.
Который, который, покажите-ка?! подскочила она к торговцу.
Торговец трясущейся рукой протянул ей небольшой коричнево-черный корень с двумя извитыми отростками. Елена схватила его.
Я беру. Сколько?
Триста рублей.
Триста?! задохнулась Елена, но отчаянно сказала: Хорошо, все равно беру.
Как по-другому называется трава, торговец не знал или не хотел говорить, на вопрос, как она выглядит, отвечал, что с зелеными листочками, сказал бы еще, что с синими, цветет в июле, цветы вот эдакие, он собрал пальцы в пустую горсть, изображая головку цветка величиной с тюльпан, оранжевые. Елена спросила, где прометеева трава растет, он ответил, что на Фиште, лезть за ней надо высоко, попадается она редко, потому корень так дорого стоит, это он еще по-божески запросил, другой на его месте меньше чем за 500 рублей ни за что бы не продал. Не успели покупатели отойти, как торговец свернул свою торговлю и исчез. Елена решила отправился за выпивкой. На обратном пути Александр, сверху и сбоку поглядывая на Елену, укорил:
Баб, ты же говорила, денег нет, а всякую дрянь покупаешь.
Я не себе, соврала она, точно школьница, меня просили, женщина одна, от диабета очень помогает, она деньги-то отдаст.
Корень прометеевой травы Елена, как и книгу, до поры до времени припрятала. По поводу шарика в груди в марте показалась хирургу, тот ничего определенного не сказал и направил ее в онкологический диспансер. Там, в длинной очереди, знающие люди утешили, мол, они всех направляют сюда, с любыми опухолями и злокачественными, и доброкачественными, так что это ничего еще не значит. Добренький врач из диспансера после осмотра и сдачи анализов запел, что ничего-де страшного, со всякой может случиться, надо ложиться на операцию, всего лишь маленькая хорошенькая фибромочка, доброкачественная. Родным Елена ничего не стала говорить. Ей показалось, что врач, бормоча свои слова, прятал глаза; конечно, никто ей правды-то не скажет. Такую правду не говорят. До стола операционного дойдешь, а с него своими ногами уже не встанешь, это как пить дать.
В апреле, как по заказу, Алевтина выпросила у телевизионного начальства недельный отпуск уж сколько времени не отдыхала и отправилась в туристическую поездку, в Грецию, и Сашу взяла с собой. Елена осталась одна.
Аля снимала квартиру в центре города, неподалеку от своего корпункта. А Елена жила далеко от центра, в Хосте, странный их город, похожий на бусы с довольно редкими бусинками населенных пунктов, мелких и крупных, растянулся вдоль побережья Черного моря на сотню километров с гаком, и, конечно, остаться с матерью Алевтина никак не могла, тратила бы на дорогу тучу драгоценного времени. Александр последние три года, с тех пор как Алевтина стала работать на Москву, которая водила ее на веревочке и посылала туда да сюда, жил с бабушкой. Сергей Самолетов, Сашин отец, и прежде, до развода с Алевтиной, дома почти не бывал, все кого-то якобы спасал. Аля больших трат себе не позволяла, американские деньги складывала в банк, мечтая купить отдельную квартиру там же, в центре: грабительскую ипотеку брать не хотела. Поэтому то, что она вдруг решилась потратиться на туристическую путевку, да не на одну, а на две, в результате чего у Елены оказались развязаны руки, можно было расценить как указку судьбы.
Поезд сначала задерживался, потом подошел и вот-вот готов был отправиться они ехали до Краснодара поездом, а оттуда самолетом летели в Афины, внука, который в последний момент решил купить журнал «Мой футбол», все не было. Алевтина, вытащив на всякий случай вещи из тамбура на платформу, нервничала:
Это не ребенок, а какое-то стихийное бедствие. И зачем я его потащила с собой, ехала бы спокойно одна!
Наконец они увидели Александра, неторопливо выходящего из тоннеля.
Саша! Саша! Давай скорей! Сейчас поезд отправится! кричали они наперебой, заставляя оборачиваться провожающих, носильщиков и продавцов напитков.
Поезд сначала задерживался, потом подошел и вот-вот готов был отправиться они ехали до Краснодара поездом, а оттуда самолетом летели в Афины, внука, который в последний момент решил купить журнал «Мой футбол», все не было. Алевтина, вытащив на всякий случай вещи из тамбура на платформу, нервничала:
Это не ребенок, а какое-то стихийное бедствие. И зачем я его потащила с собой, ехала бы спокойно одна!
Наконец они увидели Александра, неторопливо выходящего из тоннеля.
Саша! Саша! Давай скорей! Сейчас поезд отправится! кричали они наперебой, заставляя оборачиваться провожающих, носильщиков и продавцов напитков.