Всего за 499 руб. Купить полную версию
Он сел у стойки, и Оснат подошла к нему.
– Готовы заказать? – улыбнулась она.
– Мартини, – сказал он тихо, смотря ей прямо в глаза.
– О, мартини, – ответила Оснат. – Это у нас заказывают нечасто… Смешать или взболтать, мистер Бонд?
– Не важно, – ответил он. – Главное, чтобы в правильном бокале.
Она поставила перед ним бокал, аккуратно налила мартини и спросила:
– Оливку?
– Нет, – ответил он и улыбнулся. Какая улыбка! – Только мартини. А что, вы кладете себе в мартини оливку?
– Нет, не кладу, – она равнодушно пожала плечами, – ни во что.
– Ладно, – ответил он. – Но вы ведь выпьете со мной, да? Я не собираюсь пить один. Нужна компания.
– О’кей, но мартини не для меня, – сказала Оснат. – Я, с вашего позволения, выпью чего-нибудь поинтересней.
Она взяла рюмку и умело налила «Ван Гог дабл эспрессо».
– Подойдет что угодно, лишь бы с алкоголем.
– Рада, что вы согласны, – сказала она.
Он кивнул, показывая на дальний угол:
– Скажите, что это за странный человек сидит там?
Оснат обернулась:
– А, этот? Это Шуки. Поэт. Обычно он сюда является один, ничего не пьет, сидит в углу и думает. Но если приходит с друзьями – берегись. Пьет литрами.
Она снова повернулась к собеседнику. Он уже поднял бокал мартини и слегка улыбнулся.
Она взяла свою рюмку, дотронулась ею до его бокала – и залпом осушила. Снова взглянула на него – он улыбался.
Они смотрели друг на друга несколько секунд. В ней возникло какое-то странное ощущение – теплое, сладкое, переполняющее. Она улыбнулась, не в силах сдержаться.
– А как насчет поцелуя? – спросил он. – Весь день я думаю только о поцелуе, который получу от тебя вечером. Ну-ка, иди сюда.
Она нагнулась над стойкой – и их губы слились в долгом поцелуе.
– Так как прошел день? – спросила она.
– Он еще не закончился, – ответил Стефан. – Сейчас я вернусь в офис и буду сидеть над проектом допоздна. Я просто хотел зайти и попрощаться, перед тем как уйти.
Она взяла его за щеки и сжала их, его губы вытянулись вперед, как у рыбы.
– Ах, какой ты милый. Или это мартини заставил тебя прийти?
– Давай считать, что фифти-фифти.
Она отодвинулась и скорчила ему гримасу:
– Ладно, теперь можешь идти. Со мной ты повстречался. У меня полно работы, сегодня тут битком. Давай, кыш отсюда.
Он спешно допил мартини.
– Заметано, – сказал он. – Можешь дать ключи от квартиры? Я хочу подняться на секунду и взять сумку, которую оставил у тебя.
Она вытащила связку ключей из заднего кармана и бросила ему. Он поймал.
– Пять минут, – предупредила она. – Мадам Вентор не нравится, когда я даю ключи посторонним.
– Посторонним… ну уж, – обиженно фыркнул он.
– Давай побыстрее, – сказала она.
– Ладно.
– И поцелуй меня еще раз, идиот, – добавила Оснат.
Стефан быстро поцеловал ее, и она почувствовала его легкую улыбку. Он оторвался от ее губ, шепнул: «Сейчас вернусь» – и вышел, украдкой взглянув на нее.
Только теперь Оснат заметила, что и Бижу, и парень в шортах и футболке смотрят на нее как-то странно. Пусть смотрят, какое ей дело?
– Эй! – услышала она голос Нати из-за спины. – С каких это пор у тебя есть хахаль?
– А с каких пор это тебя интересует? – спросила она. – И вообще, тебе там что, заняться нечем?
– Просто это что-то новенькое.
Она увидела, как у него от смущения брови поползли вверх.
– Ой, ну оставь меня в покое. – Она махнула рукой.
Ах, Стефан, Стефан. Вот уж приятный сюрприз.
А действительно, сколько уже они вместе? Несколько недель? Месяцев? Время недавно стало растяжимым, и на уме у тебя только его глаза, улыбка, запах…
Кто бы мог подумать. Сама идея отношений ей претила, она не верила в любовь и из принципа не отвечала на ухаживания: ей казалось, что это пустая трата времени. Нати пытался сосватать ей по меньшей мере пятерых – а она все время отказывалась.
Не то чтобы у нее никогда не было мужчин, но она была слишком трезво мыслящей, играла с ними, говорила, что это только способ провести время и разогнать скуку – и все. Отношения для нее – это приключение, а не тюрьма. На каждого молодого человека, который появлялся в ее жизни, она заранее смотрела как на «будущего бывшего». И все было хорошо. Она не ждала ничего большего, никого не обманывала – а они не обманывали ее.
Так как же в ее жизни появился этот Стефан? Когда вообще он проник ей в голову и в сердце? Ей, Жанне д’Арк, которая борется с китчем и дурацкой романтикой?
Она оперлась на стойку и почувствовала, что ноги слегка дрожат. Так было в тот раз, после свободного падения, когда ей пришлось раскрывать резервный парашют.
Невозможно поверить, что трехминутная встреча и два быстрых поцелуя могли так впечатлить ее. Она, конечно, еще и покраснела…
Но почему-то ей все равно. Она стоит за стойкой, музыка становится еле слышной, а голоса клиентов и вовсе стихают. Все, что она хочет, – это вспоминать об этих прекрасных мгновениях, проведенных вместе. Таких мгновений было бессчетное множество. А правда, сколько они уже встречаются?
Когда в ее жизнь вошел этот ироничный и теплый человек? Он пренебрегает всеми условностями – и при этом сохраняет полное самообладание, он, как супермен, точно знает, как заставить ее взлететь до облаков, и в то же время может растопить ее сердце своей почти собачьей кротостью и лаской; этот циник, весь в волчьей шкуре, а под ней – овечка, которая только и ждет, чтобы ее погладили, – когда он вошел в ее жизнь?
Ах, Стефан. Откуда ты вообще взялся?
Недавно они съездили в Париж, это был сюрприз. Утром он велел ей собраться, в полдень они приехали в аэропорт, а ночью были уже в маленькой гостинице с видом на Эйфелеву башню. Три волшебных дня – неспешные прогулки по улицам и долгие разговоры на берегу Сены. А еще как-то раз они оба сказали на работе, что заболели, взяли маленькое пикейное одеяло и несколько пакетов – с булками, сыром и фруктами – и поехали к тому дереву на одиноком холме, провели там целый день, до заката: ели, дремали и смотрели вверх, на качающиеся ветки.
Со многих точек зрения, их отношения казались ей хорошо сделанной подборкой поблескивающих счастливых мгновений.
– Эй! – услышала она от двери.
Там стоял Стефан. Он держал связку ключей пальцами, как держат дорогое кольцо.
– Поймаешь? – закричал он.
Она беззвучно кивнула, и он бросил ей связку, над головой Бижу. Она поймала – и махнула ему, улыбаясь.
Стефан послал ей воздушный поцелуй.
– Увидимся, – сказал он и исчез. Дверь за ним закрылась.
– Вегетарианский мини-гамбургер, – доложил Нати и поставил тарелку на полку.
– Кто заказывал вегетарианский гамбургер? – спросила Оснат у зала.
– Я. – Седеющий мужчина встал со стула и подошел к ней.
Она подала ему тарелку, скривив губы.
– Соболезную, – сказала она, и он улыбнулся.
6
Бен вышел из автобуса и понял, что сделал это на две остановки раньше, чем надо.
Он горько улыбнулся сам себе. Его охватила усталость – такая, которая начинается в плечах и медленно стекает вниз по всему телу, до отяжелевших ног. В последнее время даже небольшая собственная невнимательность казалась ему провалом, и лишь изредка ему удавалось посмотреть на ситуацию со стороны и найти в ней что-нибудь смешное.
Он покачал головой, поднял битком набитую сумку и пошел, согнувшись под ее тяжестью.
Улицы уже захватила ночь, и Бен торопливо шагал по тротуару.
Дорога перед ним была полна мелких препятствий. Стулья кафе, стойки у газетных киосков, колонны зданий, очкастые девушки на велосипедах – все оказывалось у него на пути и рядом с ним и заставляло его идти по сложной траектории, похожей на ломаную линию, нарисованную неврастеником.
Он быстро проходил мимо закусочных, где продавали фалафель, пытался не обращать внимания на телеэкраны, по которым показывали футбол. Смотрел себе под ноги, шел быстро – но не слишком большими шагами, чтобы не привлекать к себе внимания.
Без толку. Он чувствовал, что на него все смотрят – кто откровенно, кто украдкой. Посетители кафе, прохожие, усталые студенты, пассажиры только что подъехавшего автобуса – прислонившие голову к окну, устремившие застывший взгляд в никуда, – все они, разумеется, смотрели на него, причем смотрели с осуждением, со скепсисом, замечали его нервную походку, ускользающий взгляд и опущенные плечи.