Всего за 200 руб. Купить полную версию
– Хорошо, значит, с ними ежесекундно что-то случается. Просто ты не знаешь, что именно рассказать. Тебе нужно выбрать лишь главного героя, – я вернуло Землю к размышлениям о «точке отсчёта».
– Главного героя?
– То есть микроба, вокруг которого будут развиваться, выстраиваться события.
– Да, но как мне из миллиардов выбрать одного?
Миллиарды звёзд, миллиарды микробов. Я снова задумалось о смысле…
— Хочу, чтобы этот микроб рассуждал о звёздах и Вселенной, тайнах происхождения жизни. Тогда история для меня будет особенно интересна.
— Это не проблема, — улыбнулась Земля, — такие люди живут у меня везде, в каждом уголке.
— Как же ты отберёшь из них одного единственного? — в свою очередь, спросило я, подумав о том, как трудно будет моей планете копошиться в мыслях миллиардов своих микробов.
Но Земля неожиданно быстро сообразила.
— Я смогу это сделать. Нам поможет моё магнитное поле, — с воодушевлением просигналила она.
— Магнитное поле?
— Да, в нём отражаются все мысли моих обитателей. Миллионы, миллиарды мыслей.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я смогу «выделить» нашего героя по мыслям, вернее, по наибольшей силе, энергии исходящих от него мыслительных волн. Нужно будет только определиться с ними, с их содержанием.
— Вселенная и смысл жизни, — у меня давно был готов ответ. — Хочу, чтобы он выделялся среди других твоих микробов силой мыслительных процессов именно в этом направлении.
— Всего лишь два параметра? — скептически отреагировала Земля. — Думаю, надо добавить к ним ещё как минимум два, чтобы мы забрели туда, куда нам нужно. Ведь человеку легче всего лишиться рассудка, размышляя о безграничном пространстве и смысле…
— Хорошо, — меня постепенно завлекала предложенная Землёй игра, — пусть это будут: параллельные миры и поиск закономерностей.
— Вселенная, смысл жизни, параллельные миры и поиск закономерностей, — подытожила Земля…
Прошло не так много времени.
— Результаты готовы, — сигнал Земли пронзил космическое пространство. — Удивительно, но одна точка на моей поверхности явно превосходит все остальные по совокупной силе названных тобой четырёх импульсов.
– Что это за точка?
– Она относится к так называемой «Школе клонов», которая сама располагается в пределах государства Атрон.
— Что же такое «Школа клонов»? – спросило я.
— Честно говоря, я сама пока толком не знаю, — ответила Земля. — Полагаю, что в ней учатся клоны, то есть генетические копии, видимо, особо примечательных личностей.
— И, получается, что все они думают об одном и том же?
— Нет-нет, импульсы принадлежат только одной точке, то есть одному мозгу. Эти импульсы неимоверно сильны. Подожди секундочку, сейчас узнаю, кто же так сильно влияет на моё магнитное поле.
— Но это точно человек?
— Уверена, да. Искусственный интеллект просто не приспособлен для исследования смысла жизни, — привела убедительный аргумент Земля.
— И кто же это? — мой интерес к таинственному обитателю Земли, силой своего мышления будоражащему её магнитное поле, достиг апогея.
— Вот он, я вижу его, — Земля, наконец, нашла источник происхождения импульсов. — Это мозг шестнадцатилетнего юноши, почти мальчика.
— Как же его зовут? И вообще, откуда он взялся?
— Это мне только предстоит выяснить. К сожалению, я никак не могу выудить информацию из архива своего магнитного поля. Причина в том, что слишком многое произошло даже за последние 16 лет. Но ты не волнуйся. Мы узнаем всё о нашем герое через его мысли…
Между тем я продолжало неспешно рассекать космическое пространство.
— Как дела, Солнце? Всё изучаешь микробы своей планеты? — спрашивали меня звёзды проносящиеся, пользуясь западением моей скорости, стремительно мимо.
— Да, Земля начала делиться со мной одной очень интересной историей, — отвечало я. — Как закончит, обязательно догоню вас и расскажу.
— И долго она будет тебе её рассказывать? — заинтересовались они.
— Нет, недолго, максимум 400 лет, — призналось я.
— О, это сущие пустяки, мы и не заметим, как пролетит время, — засмеялись звёзды. — Но, честно говоря, как-то даже не верится, что можно рассказать что-то интересное за какие-то 400 лет…
Часть II.
В преддверии очередной катастрофы
Глава 1. Дежа вю
– Кстати, сейчас, согласно календарю человечества, идёт 2098-ой год, – просигналила мне Земля, – и должна тебе сказать, Солнце, что внезапное замедление твоего движения вызвало недюжинное беспокойство, я бы даже сказала, переполох у моих обитателей.
– Неужели они заметили? – удивилось я.
– Да, и крупные обсерватории, и даже некоторые астрономы-любители просто не могли не обратить внимания на твоё «странное» поведение.
– Ты ещё скажи, что они догадываются, зачем я это сделало, – рассмеялось я.
– Нет, они очень далеки от истины, – улыбнулась Земля, – хотя и выдвигают превеликое множество версий.
– Версии? И какие, например? – заинтересовалось я.
– Одни говорят, что ты болеешь, другие – стареешь, некоторые учёные умы, основываясь на твоём замедлении, предрекают гибель целой Галактики. Но, откровенно говоря, есть и те, которые утверждают, что твоё поведение абсолютно типично для прохождения данного участка Млечного Пути.
– В таком случае они, наверное, заметили и приближение ко мне массивной умирающей звезды? – предположило я.
– Да, – подтвердила Земля, – правда и здесь мнения расходятся. Кто-то уже начал бить в колокола, уверяя, что жизни на Земле вот-вот придёт конец. Однако в научном мире имеются и неисправимые оптимисты, полагающие, что звезда никогда не подойдёт к нам достаточно близко, чтобы представлять угрозу для человечества, или же, что она не взорвётся раньше, чем через 100 000 лет…
– А что думают по поводу моего «торможения» в государстве Атрон? – я невольно вспомнило про Родину нашего загадочного микроба.
– Об этом легко узнать, – с готовностью ответила Земля, – тем более что в этом государстве имеется даже специальное бюро, отвечающее за вопросы науки и безопасности.
– Перенесись-ка туда, – властно попросило я…
– В огромном кресле просторного кабинета сидит мужчина-микроб, – Земля мгновенно погрузилась в свой микромир. – Ему шестьдесят восемь лет. Зовут его Галактион. Он крепок и могуч, несмотря на свой почтенный для людей возраст. Лицо его всё испещрено шрамами и тёмного цвета от действия твоих лучей и ветра. Он думает обо всём подряд, только вот его мысли скользят по поверхности.
– Он – учёный? – с удивлением спросило я.
– Не знаю, – чуть замешкавшись, ответила Земля и сразу же пояснила: – Могу лишь сказать, что он занимает высокую административную должность. А прямо сейчас к нему зашёл Феликс – неизменный директор «Школы клонов», то есть директор нашего главного героя.
– Интересно, о чём они будут говорить.
– Сейчас попробую уловить, – просигналила Земля, и тотчас перешла к изложению разговора своих микробов…
– Да, Феликс, наше Солнце внезапно замедлилось, из-за чего к нам приближается массивная умирающая звезда, – голос Галактиона звучал на удивление ровно, несмотря на весь драматизм, заключённый в содержании его речи.
– А к чему это может привести? – Феликс, будучи биологом, имел об астрономии весьма туманное представление.
– Если расчёты астрономов верны, – Галактион нахмурил свои густые седые брови, – то максимум через 400 лет эта звезда взорвётся.
– Взорвётся? И что будет дальше? – Феликс всё никак не мог поверить в зыбкость человеческого существования.
– Если Солнце не ускорится, или та звезда не поменяет свою траекторию, – обстоятельно объяснял Галактион, – то мало какие организмы смогут выдержать излучение, порождённое взрывом.
– Вот как? – довольно буднично отреагировал Феликс, – тогда выживут, вероятно, только бактерии, – Феликс неосознанно повернул разговор к более близкой для себя биологической теме.