Всего за 169 руб. Купить полную версию
Несмотря на очевидные успехи Китая в экономическом развитии и его превосходство над США в размерах территории и численности населения, автор почему-то отказывает ему в лидерских перспективах: Китай «способен дать мировому капиталу территориальный прирост по сравнению с США лишь на 2% на фоне демографического выигрыша на 320%. Такая диспозиция двух факторов глобализации является нетипичной, а имеющиеся диспропорции следует признать чрезмерными. Можно сказать, что КНР опередила естественный ход истории, нарастив человеческую биомассу страны еще до того, как начала притягивать мировой капитал. Эти факты говорят о том, что Китай, строго говоря, плохо подходит на роль нового МЭЦ. По крайней мере, в мировой истории подобные прецеденты пока не имели места»8. Напрашивается простенький комментарий к процитированным словам: если новые факты не вписываются в предложенную схему, то, прежде чем их отвергать, следует задуматься, насколько правильна сама эта схема.
Гораздо большую практическую ценность имеют реальные механизмы, использующиеся в настоящее время для управления и саморегулирования мировых экономических процессов. Л. Григорьев и А. Курдин перечисляют следующие типы регулирования, применяющиеся для решения международных проблем9:
1. Международное управление через организации с самостоятельным менеджментом, но под эгидой великих держав (к их числу относятся МВФ, Всемирный банк, ЕБРР и другие банки развития, ВТО).
2. Международное регулирование через организации, выполняющие рекомендательно-консультативные и арбитражные функции (МЭА, ИКАО, МОТ, ЮНКТАД, Безельский комитет по банковскому надзору).
3. Международные двусторонние и многосторонние соглашения со встроенными механизмами их реализации (межправительственные соглашения, международные отраслевые организации, стандартизирующие деятельность экономических агентов, соглашения по экологии и биоразнообразию).
4. Международные рамочные соглашения, конвенции, декларации, относящиеся к решению конкретных всемирно важных проблем (например, UNFCCC – Комиссия ООН по климату).
5. Негосударственные сетевые организации глобального гражданского общества (Greenpeace, WWF и другие подобные неправительственные организации).
6. Постоянные или временные организации групп стран, так или иначе воздействующие на глобальную экономическую деятельность (ЕС, АТЭС, АСЕАН, другие региональные интеграционные объединения, зоны свободной торговли, ОПЕК, БРИКС, прочие целенаправленные союзы, картели и клубы стран).
7. Самостоятельная деятельность экономических агентов на саморегулируемых мировых площадках (на организованных рынках товаров и услуг, фондовых и валютных биржах).
Необходимость в регулировании процессов глобализации намного возрастает в условиях затянувшегося мирового кризиса, возникшей потребности преодоления его последствий и предотвращения новых кризисных ситуаций. Кризис обострил прежние общемировые проблемы (растущую пропасть между богатыми и бедными странами и слоями населения, ухудшение экологии окружающей среды, исчерпание природных ресурсов, расширение нелегальной миграции и криминального бизнеса) и обнаружил новые, связанные с функционированием мировой финансовой системы (рост фиктивного капитала на кредитных, валютных, фондовых и сырьевых рынках, чрезмерное увеличение долговой задолженности государств, корпораций и частных лиц, хроническая дефицитность государственных бюджетов, внешнеторговых и платежных балансов многих стран).
Вызвавшие кризис проблемы были обозначены в ходе заседаний саммитов 20 крупнейших государств (G 20), на которых сформулированы меры по оздоровлению мировой финансово-экономической архитектуры, включающие «прежде всего усиление регулирования капитала и уровня ликвидности банков, разработку регулятивных норм для крупных финансовых институтов, формирование единых глобальных стандартов бухгалтерской отчетности, развитие макропруденциального регулирования в финансовом секторе, упорядочивание рынков деривативов, перестройку деятельности рейтинговых агентств, пересмотр практики вознаграждения в финансовых учреждениях»10. Практическая реализация этих мер частично уже началась по линии ряда международных финансовых организаций и правительств крупнейших государств, однако противоречивость их интересов сдерживает завершение этой полезной работы.
Можно указать на множество других реальных проблем, порождаемых экономической глобализацией, и на растущие риски для менее развитых стран и неблагополучных слоев населения. Изучение возможных перспектив развития этого процесса также не внушает большого оптимизма11. С учетом этого важное значение приобретает анализ шансов России на благоприятное развитие в условиях глобализирующегося мира.
Возможности России противостоять негативным эффектам глобализации
После распада Советского Союза и проведения рыночных реформ Россия к настоящему времени оказалась в положении государства так называемого третьего мира, т.е. пополнила многочисленное семейство отстающих в развитии стран, которые хоть и называются развивающимися, но прогрессируют весьма медленно за исключением узкого круга государств (членов группировки БРИКС, например), которые действительно догоняли в последние годы ушедший далеко вперед авангард. Догоняющее развитие осуществлялось в основном за счет мобилизации собственных ресурсов (природных богатств или дешевой рабочей силы), обеспечивавших конкурентные преимущества перед технологически более развитыми странами. Однако эти преимущества временны, так как невозобновляемые сырьевые и энергетические источники быстро исчерпываются, а рабочая сила дорожает. Дальнейший экономический рост возможен лишь при условии встраивания отстающих стран в мировую инновационную систему, что для большинства из них является непосильной задачей. Только целенаправленное стремление любой ценой вырваться из технологической отсталости может помочь некоторым странам достичь передового уровня экономической развитости.
Постановка такой сверхзадачи, несомненно, по плечу современной России несмотря на пережитую недавно разруху и потерю двух десятков лет не просто топтания на месте, а всеобщей деградации в эпоху, когда передовые страны совершали технологический рывок, равный по времени по меньшей мере полстолетию. Но даже такое гигантское отставание не означает, что мы «отстали навсегда». Во-первых, никто не отменял закона неравномерного мирового развития, предполагающего замедление хода одних и внезапное ускорение движения других стран, выбивающихся в лидеры. А во-вторых, Россия еще не утратила своих естественных и исторических преимуществ, к которым можно отнести ее уникальную географическую протяженность, разнообразное богатство природных ресурсов, образованный и креативный народ, накопленный опыт решения самых амбициозных задач, готовность жертвовать сиюминутными удобствами ради достижения лучшего будущего. Очевидно, что для рутинной и замедленной эволюции эти преимущества могут не понадобиться. Но они обязательно будут востребованы для совершения быстрого рывка, который только и может вывести страну на орбиту современного прогресса.