Всего за 199 руб. Купить полную версию
– Я слышала, что вы старцев ищете? – беззубо улыбнулась старушка.
– Искали, – недоверчиво глянула на нее Лида. – Но нам в храме объяснили, что старцев здесь нет. Соврали что ли?
– Нет, что вы говорите! – захлебнулась от возмущения старушка. – Валентина Петровна не врет никогда! Она почти святая, как можно! Замечательный человек!
– Ну, значит, она нам все и рассказала. Не трудитесь! – нетерпеливо дернула плечом Лида, желая поскорей избавиться от назойливой собеседницы.
– Старцев нет, но есть старица! – с важностью заговорила бабушка. – Настоящая святая—юродивая! Ее батюшка настоятель пригласил пожить. Еле уговорил! Знает, что пока здесь такой человек, то процветать обитель будет. Сманил у Шамординских сестер. Те, до сих пор локти кусают, что не к ним Ася пошла. А сама Ася живет в избушке, в лесу за скитом, повелела выстроить себе и место указала. Сказала, что давным-давно, еще при игумене Авраамии, жил там старец отец Матфей. Ася успокоила сестер, что не навсегда в Оптиной, а только «по делу». Ждет, дескать, особого посетителя. А как придет он к ней, так «замкнется круг времени», и тогда она освободится от обязанности на нее возложенной. Тогда пойдет умирать в Шамордино, и там свои мощики оставит, сестрам в утешение.
Рассказ старушки сильно заинтересовал Лиду. Она подошла поближе, потянув за собою брата.
– Что, настоящая живая старица? – спросила сестра. – Как Пелагея Ивановна из Дивеева? Но почему я ничего не слышала о ней?
– Особая эта старица! – отвечала бабушка. – Простым паломникам, и тем более туристам, она неведома. Не всем велит о себе говорить. А вот меня, грешную она полюбила. Говорит, за страдания мои. Но что я о себе да о себе? Ася-то еще вчера после вечерни позвала меня и велела утром ступать в Введенский храм, а после службы не уходить. Ждать высокого и кудрявого мужчину. Как увидишь его, гони ко мне хоть батогами, говорит! И еще сказала, что если не поверит и уедет, то будет всю жизнь как заяц тени своей бояться.
При этих словах Горшковы переглянулись.
– А ведь, кажется, старица знает, что-то о моей болезни, -заметил Анатолий. Давай, что ли сходим к ней?
– Конечно, сходим! – обрадовалась Лида. – Бабушка, проведите нас к ней, пожалуйста!
– Ой, милые, не могу! – заохала старушка. – Ноги совсем опухли. Всю службу простояла. Да еще и вас столько ждала! Ноги мои поднять бы сейчас повыше! Пойду в гостиницу. А вы ступайте через лесок в Предтеченский скит. Обойдете его и ступайте мимо источника дальше в лес. Увидите, тропочка протоптана. Наткнетесь и на избушку, Господь сподобит.
– Все, привал! – заявила Лида, усаживаясь на первый попавшийся трухлявый пень. – Придется признать, братец, что мы с тобой совершенно заблукали! Передохнем и назад пойдем, если дорогу найдем, конечно.
– Чего боишься, заяц? Здесь так красиво и тихо! – хорохорился Анатолий. – Была бы палатка, остался бы денька на три!
Он скинул с плеча большую кожаную сумку, и уселся у ног сестры.
Он только закрыл глаза, чтобы пару минут вздремнуть, как до слуха его донесся странный шум.
– Медведь! – вскрикнула Лида.
– Где? – всполошился Анатолий.
– Там в кустах! – дрожащим голосом ответила сестра.
– Спокойно, – поднялся Анатолий, – сейчас мы разберемся. Но пока я никого не вижу.
– Там что—то идет на нас из чащи! -зашептала сестра, стараясь не шевелиться, чтобы не привлечь зверя резким движением.
– Здесь вряд ли медведи водятся, – ответил Анатолий, на всякий случай тоже понизив голос.
– А кто это может быть? – спросила Лидия, прячась у него за спиной.
– Может быть, лось?
– А что, здесь водятся лоси?
– Да откуда ж мне знать, кто где водится, я же не зоолог! – сердито ответил Анатолий.
Шум все приближался, и Горшковы замерли, боясь пошевелиться.
– Тихо, – сказал Анатолий, закрывая собой сестру. – Но ты не дрожи там! Если это зверь, то он мимо пройдет. Они сами нас боятся.
– Крупный! – в ужасе попятилась Лида, не открывая глаз от куста, ветки которого стали раздвигаться высоко над ее головой.
Через минуту загадочное существо покинуло свое укрытие и вышло на заросшую травой поляну, где притаились путники. Лида и Анатолий, при виде его испугались еще больше. Перед ними стоял человек, закутанный по брови в цветные лохмотья. Лишь длинные седые космы и тонкие лодыжки, указывали на то, что перед ними женщина.
– Ой, баба Яга! – прошептала на ухо Анатолию Лида.
– Кикимора, – тихо ответил он.
– Ну, где вы ходите, не весь день же вас ждать! —заворчала «кикимора», обращаясь к ним. – Чай уже два раза остыл!
Глава 5. Ася
– Пейте, детки. Это не обычный чай. Рецепт еще от старца Матфея сохранился. Этот чай силу и здоровье дает! А то вон, хлипкие какие, не на какую работу не годные! Вам, поди, картошку задай чистить – и то не сдужаете! Ничего, чай отца Матфея вас поднимет!
Баба Ася, как представилась лесная кикимора гостям, отличалась удивительно экзотической внешностью. Высокая старуха в рваном сарафане, сшитом из мешковины, криво сидящем на серой льняной рубахе, с серой тряпкой, намотанной на голову на манер тюрбана, выглядела точь-в-точь как персонаж из русских сказок. Впечатление дополняли самые настоящие берестяные лапти, надетые поверх шерстяных носок с трогательным логотипом «спорт».
Ася решительно повела за собой Горшковых в наскоро сбитую из бревен избушку и стала потчевать чаем из самовара и лесной малиной. Испив волшебного напитка, Анатолий сразу ощутил бодрость. Цепи страха, сковывающие его в последние дни, рассыпались. Он понял, что Лида была тысячу раз права, что приволокла его в это место. Сестра тоже была в полном восторге: и от приключения, и лично от Аси. Лидия раскраснелась, потеряла свой деловой «докторский» лоск и стала напоминать ему ту девчонку, с которой он в детстве играл в сало и резиночки.
– Спасибо, что излечили меня! – искренне поблагодарил старушку Анатолий. – Скажите, чем я могу быть полезен вам?
– Будешь полезен, милый, -закивала бабушка, убирая с пенька, который заменял ей стол, алюминиевые кружки. – Но не мне, а всей России! Главное исполни то, чего ждут от тебя Господь и Царица Небесная! Но благодаришь ты меня рано. Болезнь твоя будет только усиливаться. Или, как бы Лидия сказала, прогрессировать.
– Но как же так? – расстроился Горшков. – Выходит, вы не можете меня излечить?
– Отчего же не могу? Могу! Не я, конечно, – Господь может! Только это не так просто. Труд нужен здесь! И потрудиться мы должны вместе.
– Какой это труд? – не понял Анатолий.
– Обыкновенный! – пояснила Ася. – Физический! Потрудиться надо во славу Божью! Вместе потрудимся, и будет результат. Ты, милый, всю жизнь трудился. А сейчас что же на печь собрался? Если так, то и лежи на печи. Больница тебя уж заждалась.
– Нет, бабушка Ася! – вмешалась Лидия. – Он на все согласен! Будет трудиться и сделает, что скажете. Правда, Толя?
– Видимо, у меня нет выбора? – с тоской поглядел на сестру Горшков.
– Вот и хорошо, – закивала Ася, – потрудимся! Только сначала у настоятеля благословись. Оставить у себя в избе я тебя не могу, свободной келейки нет. Придется тебе в скиту жить. А там бесплатно тебя не оставят.
– У меня деньги есть!
– Забудь, милый про свои деньги! Сейчас они нам только мешают. Смириться тебе надо! Это же я запретила настоятелю с тебя деньги брать. Так и сказала: «Александрушка, придет к тебе миллионщик, но ты у него денег не бери, а в обители уговори потрудиться».
– Действительно, он меня уговаривал, – вспомнил Анатолий, -только ведь на это времени нет.
– Знала, что не уговорит, поэтому послала Клавдию вас сторожить! А времени, милый у тебя предостаточно, поверь!
– Как же предостаточно? – не согласился Горшков. – У меня огромный бизнес, надо быть постоянно начеку.
– Сейчас пора отпусков. Все бизнесмены отдыхают, и ты можешь прерваться.
– Да, это так! – в изумлении уставился на старушку Горшков. – Откуда вы знаете? А известно ли вам, что на днях состоится важная встреча? И мне необходимо быть готовым к ней?