Всего за 399 руб. Купить полную версию
Возражением против этого взгляда может служить иной хронологический счет, согласно которому 400-летний «египетский» период следует отсчитывать не от переселения Израиля в Египет, а от призвания Авраама. Этой точки зрения придерживается, в частности, Дж. Дункан в своей работе «Сирия и Палестина до исхода евреев из Египта, по египетским монументам»[68]. Диакон Геннадий Дзичковский в своей замечательной работе по библейской археологии[69] приводит еще одно возражение против определения даты исхода временем Рамсеса II, апеллируя к самому Св. Писанию. В 3 Цар. 6:1 указывается, что начало строительства Соломонова храма было предпринято 480 лет спустя после исхода. Данные ассиро-вавилонской клинописи и Иосифа Флавия дают определенную дату начала постройки – 967 г. до н. э. Но если так, то исход следует отнести к 1447 г. Перевод LXX дает вместо 480 цифру 440, и это соответствует 1407 г. как дате исхода. В обоих случаях речь идет о XV в. 1407 г. – время царствования Аменхотепа IV; 1447 г. диакон Г. Дзичковский считает временем царствования Тутмоса IV, а согласно хронологии Флиндерса Петри[70] это время Аменхотепа III. То есть, в любом случае, время XVIII династии.
В качестве археологических подтверждений ранней даты исхода приводят два памятника – надпись Мернептаха и Амарнскую переписку.
Надпись фараона Мернептаха (1234–1220) содержит его гимн, воспевающий победу над Израилем, достигнутую в результате похода в Палестину. В тексте гимна имеются следующие слова:
(Ашкелон [Аскалон], Гезер, Иеноам – палестинские города).
Это – первое упоминание Израиля во внебиблейских источниках[72]. Оно свидетельствует, что в конце XIII в. в Палестине уже жил народ, носящий это имя. (А ведь Мернептаха многие библеисты называют «фараоном исхода»!) А то, что священник А. Князев считает веским доводом в пользу поздней даты исхода то, что на стеле Мернептаха «говорится об Израиле только как о народе, а не как о стране или организованном государстве»[73], то это неосновательно. Во времена нестабильности и частой анархии, характеризующих эпоху Судей, Израиль и не был «организованным государством». Если принять за дату исхода 1447 г., то поход Мернептаха будет соответствовать времени правления Гедеона.
Амарнская (тель-эль-амарнская) переписка составляет часть архива фараонов Аменхотепа III (1414–1383) и Аменхотепа IV (1383–1365)[74]. «Только благодаря тель-амарнским табличкам, – утверждает немецкий времен Третьего рейха историк Израиля М. Нот, – мы можем ясно представить себе исторический фон начала израильского присутствия в Палестине»[75]. Особый интерес в ней представляют письма вассальных палестинских «царей» (начальников городов и областей), подвластных Египту. Они дают общую картину политического состояния Ханаана в кон. XV–XIV вв., когда происходит постепенное освобождение Сирии и Палестины из-под власти слабеющего Египта. Согласно переписке, это освобождение Палестины от египетской зависимости шло с севера, со стороны Сирии, что никак не может быть согласовано с гипотезой, отождествляющей освободителей
Палестины с евреями. Завоевание Ханаана последними шло, как известно, с юга на север, а не наоборот.
Освободительное движение XIV в., захлестнувшее ханаанские города и Финикию, опиралось, согласно амарнским источникам, на неких хабиру (или хаббату). Дункан считает хабиру конфедерацией сирийских разбойников[76], коих никак не возможно отождествить с израильтянами. Введенский полагает, что хабиру – израильтяне, уже осевшие в обетованной земле[77]. Тураев считает, что в лице хабиру историки имеют дело с евреями в широком смысле слова: «…“хабири” было общим названием бедуинов»[78].
Этимология этого слова не совсем ясна. Египетское и угаритское ’prw в Месопотамии записывалось habīu, hapīu или habbāu[m] (транскрипция двусиллабической логограммы SA-GAZ), что, согласно Соджину, значит «разбойник», «беззаконник»[79]. Хабиру и евреи, как можно видеть – однокоренные слова, может значить «перешедший [из-за]» (от глагола = «переходить»). Возможно, так в Ханаане называли всех пришедших из-за реки, то есть из-за Евфрата. А Со-джин полагает, что хабиру не были некоей этнической группой, а, скорее, группой социальной. Он считает, что в устах египтян и филистимлян словом «иври» обозначались бедные иноземцы, часто добровольные рабы[80]. Это не удивительно, ведь и в Библии слово «иври» может означать не только этнос, но и социальную категорию (см. напр., Быт. 14:13. Ср.: Исх. 21:2–6. Втор. 15:12–18). Но все же, даже если допустить отождествление евреев с хабиру, что делают многие историки, это отодвинет дату исхода если не к XV, то, по крайней мере, к XIV в. В следующей главе мы еще вернемся к загадочным хабиру.
Для современных исследователей представляет трудность соотнесение библейской хронологии с датой основания Пи-Рамсеса. 3 Цар. 6:1 отправляет нас к 1447 г. как дате исхода. В Исх. 1 говорится о построении рабами-евреями города с названием Пи-Рамсес. Известно, что первая рамсесская династия берет начало около 1303 г. Спрашивается, как мог быть построен город, носящий имя Рамсеса, более чем за сто лет до установления 1-й рамсесской династии? Однако факт «построения» города вовсе не говорит о том, что до этого город не существовал. Он мог существовать с другим названием, а в эпоху Рамсеса быть переименованным. Библейский же писатель (или позднейший редактор) мог использовать уже новое название в применении к старому городу. Мы ведь говорим, к примеру: в таком-то году основан Новосибирск, хотя знаем, что основатели-то назвали его Новониколаевском.
Еще одним доводом в пользу датировки исхода XV в. могут служить выводы Дж. Гарстанга, под руководством которого в 1930–1936 гг. проводились раскопки Иерихона. Гарстанг пришел к заключению, что Иерихон был разрушен не позднее 1380 года[81].
Таким образом, эпоху Рамсеса II и Мернептаха нельзя неопровержимо считать временем исхода евреев из Египта, как это делают многие современные ученые. Многие данные говорят за то, чтобы исход относить к XV в., а завоевание Ханаана Иисусом Навином, соответственно, к XIV в.[82].
Палестина в эпоху поздней бронзы (1600–1200 до Р.Х.)
Палестина явилась родиной самой древней из известных на сегодня археологических культур – так называемой натуфийской (или натуфскои) культуры, названной так по местоположению раскопок в Вади-эн-Натуф в 30 км к северо-западу от Иерусалима. Советские ученые датировали эту культуру очень древними временами: «Это мезолитическая натуфийская культура, распространенная в Палестине в IX–VIII тыс. до н. э. Основные занятия – охота, рыболовство и собирательство, однако найдены каменные вкладыши серпов, мотыжки из кости, базальтовые ступки и песты, которые, по-видимому, служили для дробления зерна. Это говорит о высокоразвитом собирательстве, а может, и о зачатках земледелия… Наиболее быстро неолит развивался на Ближнем Востоке, где раньше всего появилось земледелие и скотоводство: Натуфийская культура в Израиле»[83]. В университетском учебнике по истории Древнего мира под редакцией Дьяконова, составленном также в марксистском русле, о натуфийской культуре читаем: «В Палестине уже в VIII тыс. до н. э. существовали процветающие земледельческие поселки, иногда (как в Иерихоне) обнесенные мощными каменными стенами еще в раннем неолите»[84].
По результатам раскопок на месте древнего Иерихона натуфийскую культуру часто называют иерихонской. Первыми, кто исследовал Иерихон, были немецкие ученые Селин и Ватцингер, чья экспедиция работала на раскопках Иерихона с 1908 по 1910 г.[85] Между 1930 и 1936 гг. в Иерихоне проводила раскопки английская экспедиция под руководством Дж. Гарстанга[86]. Гарстанг установил, что город был основан в конце каменного века, до изобретения гончарного круга и, таким образом, он является самым древним городом в Палестине, а может быть, и во всем мире.