Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
«Зачем ты снял с меня шляпу?» – еле слышно пробормотала она.
«Не знаю, просто так. Наверное, из любопытства».
«Так делают интимные друзья», – пленница закрыла руками впалые щеки. Рейт пожал плечами – его не интересовали причины ее застенчивости: «Я хочу, чтобы ты вывела меня на поверхность, под открытое небо».
«Не могу».
«Почему нет?»
Ответа не было.
«Разве ты меня не боишься?» – вкрадчиво спросил Рейт.
«Меньше, чем темницы».
«Темница рядом, мне ничего не стоит ею воспользоваться».
Девушка искренне удивилась: «Ты хочешь столкнуть меня в пропасть?»
Рейт старался говорить самым угрожающим тоном: «Я – беглец, и намерен любой ценой выбраться на поверхность».
«Мне нельзя тебе помогать, – она говорила тихо и безразлично, будто разъясняя нечто само собой разумеющееся, – зужма-кастшаи11 за это наказывают». Девушка покосилась на подъемную стрелу: «В темноте страшно, мы боимся темноты. Иногда веревку обрезают, и наказанного больше никто никогда не видит».
Рейт почесал в голове. Усматривая угрозу в его молчании, пленница жалобно сказала: «Даже если бы я хотела тебе помочь, как я могу это сделать? Мне известно только, что по Лазурному пути восхождения гхианам доставляют обменный металл, но меня туда не пустят… Если, конечно, я не объявлю себя гжиндрой, – прибавила она после заметной запинки. – А тебя на Лазурном пути сразу схватят».
Планы Рейта начинали рушиться: «Тогда проведи меня к другому выходу».
«Я не знаю других дорог до гхауна. На моем уровне такой допуск не полагается».
«Подойди ближе к свету, – сказал Рейт. – Взгляни сюда».
Он вынул папку, раскрыл ее перед девушкой: «Покажи, где мы находимся».
Девушка посмотрела на папку, издала такой звук, будто чем-то подавилась, и начала дрожать всем телом: «Что это?»
«Схемы туннелей. Я позаимствовал их у пнуме».
«Это же Атлас, сборник тайных чертежей! Что ты наделал? Мне пришел конец, меня бросят в яму!»
«Давай не будем усложнять вещи без достаточной причины, – посоветовал Рейт. – Взгляни на схемы, найди дорогу к поверхности, проведи меня туда, а потом делай, что хочешь. Никто никогда ни о чем не узнает».
Пленница смотрела на папку шальными глазами. Рейт встряхнул ее за плечо: «Что с тобой?»
Она проговорила упавшим, бесцветным голосом: «Я узнала тайны без допуска».
Рейт не испытывал ни малейшего сочувствия к проблемам столь абстрактным и нереальным: «Ну и прекрасно, ты увидела схемы. Дело сделано – его уже не поправишь. Теперь снова посмотри на планы и найди дорогу на поверхность!»
Странное выражение появилось на лице девушки – Рейт испугался, как бы она и в самом деле не рехнулась. Почему, почему из всех пнумекинов, кишевших в подземных норах, ему суждено было повстречать психически неуравновешенную девицу?
Пленница впервые смотрела на него прямо – ищущим, изучающим взглядом: «Ты – гхиан».
«Ну и что? Да, я живу на поверхности».
«Гхаун – там очень страшно? Очень плохо?»
«На поверхности Тшая? Гм. Скажем так: в жизни под открытым небом есть свои недостатки».
«Теперь мне придется стать гжиндрой».
«Это лучше, чем жить в катакомбах».
Девушка уныло твердила: «Мне суждено уйти в изгнание».
«Чем скорее, тем лучше, – кивнул Рейт. – Посмотри на карту и покажи, где мы находимся».
«Не могу! – стонала пленница. – Не смею!»
«Пустяки! – отрезал Рейт. – Это всего лишь бумага».
«Всего лишь бумага? Атлас кишит тайнами двадцатой категории! Такие вещи не для меня».
Рейт подозревал, что у девушки начинается истерика, хотя голос ее оставался тихим и монотонным. Он пытался ободрить ее: «Чтобы стать гжиндрой, нужно выбраться на поверхность. Чтобы добраться до поверхности, нужно найти выход – чем секретнее, тем лучше. Перед тобой схемы туннелей и тайных ходов. Нам повезло».
Девушка немного успокоилась, даже взглянула на папку уголком глаза: «Где ты это взял?»
«У пнуме, – Рейт протянул ей раскрытую папку. – Ты можешь прочитать письмена?»
«Меня учили читать», – она боязливо наклонилась над страницами, но сразу отпрянула в страхе и отвращении.
Рейт с усилием подавил раздражение: «Ты никогда раньше не видела плана подземных туннелей?»
«Я на четвертом уровне, у меня допуск четвертой категории. Я видела карты четвертой категории секретности. Это планы высшей, двадцатой категории!»
«Но ты можешь в них разобраться».
«Могу, – неприязненно признала девушка, – но не смею. Только гхиан, не понимающий, что творит, осмелился бы изучать документ такой таинственной силы…» Ее голос почти замер, она шептала: «Или украсть его – подумать только…»
«Что сделают пнуме, когда обнаружат пропажу?»
Девушка смотрела в непроглядный мрак провала: «Тьма, тьма, тьма – мне суждено вечно падать, падать во тьме».
Рейт начинал терять терпение. Очевидно, его пленница могла сосредоточиться только на собственных идеях и представлениях. Он снова обратил ее внимание на карту: «Что означают цветовые коды?»
«Уровни и ступени».
«А эти значки?»
«Двери, порталы, лестницы, потайные ходы. Передвижные плиты. Развязки, узлы связи. Пути восхождения, подъемные шахты, обзорные пункты».
«Покажи, где мы находимся».
Глаза девушки неохотно сфокусировались на схеме: «Не на этой странице. Раньше… еще раньше… еще… Вот здесь». Она неловко показала пальцем, не поднося его близко к плану, будто пергамент был раскален или отравлен: «Здесь. Черная метка – темница. Розовая линия – уступ, мы тут стоим».
«Покажи мне ближайший путь к поверхности».
«Нужно посмотреть… сейчас…»
Лицо Рейта подернулось едва уловимой задумчивой улыбкой. Будучи отвлечена от тревог и печалей – с ее точки зрения, разумеется, более чем обоснованных – дочь пнумекинов сразу проявила способность к решению поставленной задачи и даже забыла о непокрытой голове.
«Подъемная шахта Лазурного пути восхождения – вот она. Чтобы туда попасть, нужно проплыть на лодке или на барже по поперечному каналу, а потом подняться по пандусу, обозначенному бледно-оранжевой полоской. Но там очень плотное движение, много контрольных шлюзов и турникетов. Тебя схватят и меня тоже – я намного превысила свой допуск».
Рейту пришло в голову, что он несет ответственность за судьбу девушки, будучи причиной ее несчастья. Он отложил рассмотрение этого вопроса. Его постигла беда – как заразная болезнь, беда распространилась на случайную жертву обстоятельств. Возможно, ей тоже приходили в голову подобные мысли.
Девушка бросила на него быстрый проницательный взгляд: «Как ты, обитатель гхауна, оказался здесь?»
«Гжиндры одурманили меня газом и спустили в шахту. Я вырвался из мешка прежде, чем подоспели пнумекины. Надеюсь, они придут к выводу, что гжиндры доставили пустой мешок».
«После того, как ты похитил Атлас? Ни у кого из живущих в Убежищах не хватило бы духа даже прикоснуться к сборнику древних тайн. Зужма-кастшаи не успокоятся, пока не умертвят нас обоих».
«Тем более привлекательным мне представляется побег», – сказал Рейт.
«Мне тоже, – заметила девушка с обезоруживающей простотой. – Я не хочу вечно падать во тьме».
Несколько секунд Рейт рассматривал пленницу с новым интересом. Судя по всему, она не затаила никакой обиды, как если бы он случился в ее жизни подобно стихийному бедствию. Протесты, мольбы и возмущение она считала не менее бесполезными, чем жалобы или негодование по поводу последствий урагана, удара молнии или наводнения. Ее манера поведения уже слегка изменилась – она нагнулась над картой не так трепетно, как раньше. Девушка указала на бледно-коричневый символ, напоминавший букву «Y»: «Здесь туннель выходит к прибрежным базальтовым столбам, где наш товар обменивают на товар гхианов, привезенный на кораблях. Я никогда не была так далеко».
«Мы сможем туда подняться?»
«Не получится. Зужма-кастшаи охраняют туннель от дирдиров. Там всех постоянно проверяют».
Рейт заметил другие такие же светло-коричневые значки: «А это – тоже выходы на поверхность?»