Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Дядя Билл первым поздоровался со мной, протянув большую шершавую руку.
– Какими судьбами на бирже, сосед? – его голос был низок и грубоват. Я в ответ умолчал о таинственном наследстве, и лишь поведал ему о желании систематически покупать и продавать акции без посредников.
Он окинул меня суровым взглядом с головы до ног…
– А на основании чего ты собираешься торговать акциями? Почему ты вдруг решил, что у тебя обязательно должно получиться? Есть ли у тебя план, идея или стратегия? – его вопросы были естественны и резонны. Я не нашёл ничего лучшего, как ответить, что хочу пока осмотреться.
– Понимаешь, сынок, – несколько смягчился дядя Билл, – на бирже нельзя действовать по интуиции. Тех, кто торгует по интуиции, рано или поздно ждёт грандиозный провал. Потому что интуиция – тонкая материя, на неё нельзя опереться, она может быть обманчива, её невозможно измерить и поставить на поток. Сегодня, к примеру, ты можешь что-то предугадать, но это далеко не значит, что так будет всегда. На рынке ни в коем случае нельзя полагаться на чувства. Каждый шаг должен быть выверен и логически обоснован.
– Чтобы достичь успеха на бирже, Майкл, – продолжал дядя Билл, – нужна не интуиция, нужны знания. Однако в будущем ты убедишься в том, что знания могут быть очень разнонаправленными и противоречивыми. Важно не заплутать, не запутаться в них. Но, как бы то ни было, именно знания помогут тебе найти собственный подход к рынку, обрести собственный стиль ведения торгов. Поэтому первым делом ты должен учиться, много читать, и, самое главное, уметь анализировать прочитанное и услышанное. Только даже это не гарантирует тебе успеха. Ты знаешь, чтобы достичь вершин, в почти любом деле нужна искра, нужен талант…
Дядя Билл был, безусловно, прав. Игра на бирже оказалась не совсем игрой, а хитроумным переплетением игры, работы и искусства…
Я внял советам дяди Билла, и в первые месяцы своего пребывания на Нью-йоркской Фондовой Бирже занял выжидательную позицию – много читал и наблюдал, и почти не совершал сделок.
Но те немногие мои «входы в рынок» были поразительно успешны.
– Это первый урок для тебя, Майкл, – на бирже выигрывает вовсе не тот, кто совершает много сделок, а тот, кто умеет ждать и не разбрасывается по мелочам, – дядя Билл был удивительно щедр на советы и рекомендации…
В отличие от других… С каждым днем, проведённым на бирже, я всё больше убеждался в том, что почти все трейдеры имели свой «конёк», свои секреты, которые они тщательно скрывали ото всех остальных.
Дядя Билл же являлся ярко выраженным фундаменталистом. Это проявлялось в том, что он внимательнейшим образом изучал экономические и политические факты, анализировал слухи, читал самые разные по тематике газеты. Знания его были воистину энциклопедическими, и он постоянно обновлял свой багаж…
По неведомой для меня причине он охотно делился со мной ходом своих мыслей. Можно сказать, что он стал моим наставником на тернистом биржевом пути.
При этом дядя Билл не был зациклен на фондовой бирже. От него я многое узнал и о других биржах Нью-Йорка: бирже NYMEX (New York Mercantile Exchange), где тогда продавались промышленные товары и сырьё и бирже COMEX (Commodity Exchange Inc. of New York), где можно было приобрести серебро, медь и другие металлы. Дядя Билл регулярно посещал эти места и непременно брал меня с собой. Там он аккуратно записывал цены на различные товары, общался с трейдерами и брокерами. Вернувшись на Нью-йоркскую Фондовую Биржу, он проводил параллели между ценами на акции и ценами на сырьё.
– Понимаешь, Майкл, всё в этом мире взаимосвязано. Вот если, например, поднимутся цены на нефть, то это не может не сказаться на акциях нефтяных компаний. Они непременно вырастут. Это лежит на поверхности и не стоит долгих разговоров, – так в один день дядя Билл объяснял мне широкий круг своих биржевых интересов.
– А что же не лежит на поверхности? – мой вопрос был вызовом, и я думал, что дядя Билл отшутится, не ответит на него по существу, и, естественно, не будет раскрывать своих многолетних секретов.
Однако он неожиданно изменился в лице, стал необычайно серьёзен и перешёл на приглушённый шепот, несмотря на то, что вокруг нас не было ни души!
– Я тебе приведу сейчас один очень яркий пример, Майкл. Только не думай, что я собираюсь открыть страшную тайну. То, о чём я расскажу тебе, в той или иной степени известно достаточно многим людям. Но на бирже важно не только знать, но и уметь грамотно распоряжаться своими знаниями, делать правильные выводы, и быть в нужное время в нужном месте. Да, и ещё очень важно – всегда оставлять при себе свои мысли, – дядя Билл при этих словах загадочно улыбнулся. Вступление было многообещающим.
– Уверен, что ты наслышан о плане Маршалла5, – продолжал дядя Билл. – Хотя вряд ли ты когда-то думал о том, какое он может иметь огромное значение для биржевых торгов. И не ты один… Многие даже не подозревают, какая тонкая невидимая нить связывает план Маршалла с финансовыми рынками, какие далеко идущие последствия может это иметь для нашего будущего…
Так вот, согласно плану Маршалла, 13 миллиардов долларов хлынуло в Европу в период с 1948-го по 1952-ой годы. Суть в том, что тогда истощённая войной Европа очень нуждалась в инвестициях, финансовых вливаниях. Без них она не смогла бы восстановить свою промышленность и быть на одной экономической волне со Штатами. И в этом заключался интерес США – поднять экономику Европы для того, чтобы потом обрести надёжного торгового партнёра и политического соратника на долгие годы…
Но мы слегка отклонились от темы, Майкл. Итак, 13 миллиардов долларов оказались в обессиленной Европе. Что происходит потом? Конечно, на первых порах наши доллары как нельзя кстати – раздаются кредиты, отстраиваются здания, восстанавливается промышленность… Только вот этот период не может продолжаться вечно. Проходит 10—15 лет – всё потихоньку налаживается. И в странах Европы неизбежно наступает перенасыщение долларами.
Естественно, что европейцы хотят обменять не нужные им уже доллары на золото в рамках Бреттон-Вудской системы, согласно которой, как ты знаешь, золото имеет фиксированную цену – 35 долларов за унцию.
Первой страной, изъявившей желание обменять доллары на золото, была Франция в 1965-м году. Конечно, наш Центральный Банк – Федеральная Резервная Система США был далеко не в восторге от этого обращения. Экономисты понимали, что вряд ли целесообразно расставаться с золотом по цене 35 долларов за унцию. Однако договор есть договор, и пришлось его соблюсти…
С 1967-го по 1969-ый год Франция обменяла у США целых 3,5 миллиарда долларов на золото по курсу 35 долларов за унцию, несмотря на то, что в 1968-м году после фиаско «золотого пула»6 был установлен так называемый двойной рынок золота, подразумевающий существование частных рынков, где цена на золото формируется под воздействием спроса и предложения. Не стоит и говорить, что на этих рынках цена золота существенно превышала и на сегодняшний день превышает 35 долларов за унцию!
– Это так велик спрос на золото, дядя Билл?
– Да. И, кроме того, нужно учитывать ещё одну деталь, Майкл. Дело в том, что сейчас в 1970-м году объём золотых резервов Федеральной Резервной Системы США значительно уступает долларовым запасам стран Европы. Это значит, что если, например, все они в один момент спохватятся и пожелают обменять свои доллары на золото, то наших запасов просто не хватит! За 20 лет (с 1950-го по 1970-ый годы) объёмы золотых резервов в США уменьшились более чем вдвое! Понятно, что дальше так продолжаться не может! Сколько бы мы не печатали долларов – грош им цена, если они не подкреплены золотом. А где его найти? Единственный выход – это, подобно героям Жюля Верна, совершить путешествие вглубь земли7. По расчётам геологов именно там – в земном ядре находятся самые крупные запасы золота на планете. Они в 5 раз превышают запасы того золота, что можно найти на поверхности земли. Представляешь, вот если золотом, добытым из ядра, покрыть всю поверхность Земли, то слой получится высотой в целых полметра! Но ты понимаешь, Майкл, что всё это фантастика, ведь золото из ядра пока добывать не научились, – дядя Билл иронично улыбнулся.