Марк вместе с Константином объезжал построенные легионы. Константин был в парадных золотых доспехах, багряный императорский плащ развевался на ветру, длинное лиловое оперение ниспадало на верхнюю часть спины. Легионы стояли в пешем строю, за исключением своих командиров. Останавливаясь перед каждым легионом, Константин представлял воинам своего Первого трибуна. Марк здоровался за руку с каждым легатом. Затем император говорил своему легиону:
«Солдаты, через два дня мы отправляемся в поход. Мы отправляемся освобождать римский народ от власти узурпатора, который захватил власть в Риме и бросает людей на съедение львам лишь только за то, что они верят другому Богу. Солдаты, в этот раз нам придётся сражаться не с варварами, а с регулярными римскими легионами, которые служат этому узурпатору. Римский народ ненавидит узурпатора и его наёмников, он ждёт нас, как освободителей. Вы самые лучшие воины в мире, я верю в вас!». Легионеры начинали стучать мечами по щиту и кричать: «Бар-р-ра!», Константин под этот древний боевой клич двигался к другому легиону.
Марк, следуя за императором, хорошо понимал значение этого ритуала. Командующий армией, осматривая свои легионы перед сражением или походом, устанавливает с воинами зрительный контакт, и подпитывает их силой своего духа. Марк видел глаза легионеров, в них было полное единение со своим императором. Не раз проверенные в сражениях ветераны, связанные железной воинской дисциплиной, единой целью и воодушевлённые своим любимым командующим эти легионы, становились непобедимыми.
После смотра Константин позвал Марка к себе в палатку. Они подошли к столу с картой Италии.
Марк, ты ведь достаточно хорошо знаешь Италию?
Думаю, что да, улыбнулся Первый трибун.
Нам предстоит победить превосходящие силы противника. У Максенция, по моим подсчётам, около сорока тысяч преторианцев, столько же тяжёлой азиатской кавалерии и ещё столько же в гарнизонах Турина, Вероны и Медиолана, говорил Константин глядя на карту.
Ты забыл ещё одну силу и возможно самую главную, произнёс Марк.
Константин внимательно посмотрел на своего друга, улыбнулся и, положив руку на его плечо, произнёс:
Марк ты хороший стратег, твоя мысль летит рядом с моей. Ты единственный мой генерал, который будет знать все детали моего плана этой компании, ну или почти все.
Благодарю за доверие император, но всё же?
Ганнибал был врагом Рима, придя в Италию, он просто разорял её. Подойдя к стенам Рима, он не стал их штурмовать лишь потому, что не очень хотел этого, сославшись на выпавший град, как знак свыше. Ты прав, с тех пор стены Рима стали ещё крепче, ещё неприступнее, надеюсь, нам не придётся по ним карабкаться в Рим, с улыбкой произнёс император, склонившись над картой.
Полагаешь, что нам удастся выманить его оттуда?
Полагаю, что нам для начала надо победить Руриция Помпиана, которого Максенций с азиатской конницей отправил сюда.
Марк склонился над картой, и Константин стал рассказывать ему все детали перехода через Альпы и нейтрализации гарнизонов Турина, Вероны и Медиолана. Посвятив своего Первого трибуна во все детали предстоящего похода, Константин убыл в Арелат. Весь следующий день он был намерен провести в кругу своей семьи.
Оставшись за Константина, Марк весь день был занят решением различных вопросов возникающих в ходе подготовки войск к переходам и сражениям. Эта небольшая суматоха вернула его в те времена, когда он сам служил легионерам. Марк с удовольствием отметил, что ему было всё понятно и привычно, в душе он видимо оставался римским солдатом. С особым пристрастием он проверил обеспечение всех легионеров запасными ланцеями двухметровыми деревянными копьями, предназначенными для метания и рукопашного боя. Это было частью тактики Константина в борьбе с тяжёлой азиатской кавалерией Максенция. Так же для борьбы с закованными в железо конниками все воины галльских легионов имели на вооружении палицы обшитые железом. В этот поход Константин смог собрать сорок тысяч легионеров из состава маневренных сил, остальные остались на охране рубежей Римской империи. Своих стражников Марк сделал посыльными, но всё равно к вечеру он изрядно вымотался. Он сидел в палатке, когда к нему зашёл Колояр:
Оставшись за Константина, Марк весь день был занят решением различных вопросов возникающих в ходе подготовки войск к переходам и сражениям. Эта небольшая суматоха вернула его в те времена, когда он сам служил легионерам. Марк с удовольствием отметил, что ему было всё понятно и привычно, в душе он видимо оставался римским солдатом. С особым пристрастием он проверил обеспечение всех легионеров запасными ланцеями двухметровыми деревянными копьями, предназначенными для метания и рукопашного боя. Это было частью тактики Константина в борьбе с тяжёлой азиатской кавалерией Максенция. Так же для борьбы с закованными в железо конниками все воины галльских легионов имели на вооружении палицы обшитые железом. В этот поход Константин смог собрать сорок тысяч легионеров из состава маневренных сил, остальные остались на охране рубежей Римской империи. Своих стражников Марк сделал посыльными, но всё равно к вечеру он изрядно вымотался. Он сидел в палатке, когда к нему зашёл Колояр: