Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
– Я тоже «за», – сказал Четвертый, – есть еще и внутриполитический фактор. Нашей молодой и растущей атомной промышленности нужны заказы, которые пока мы можем лишь от государства получить, ну не корпорациям же изделия продать? Но для того, как уверяют наши друзья в больших погонах, нужна успешная демонстрация по реальной цели, а то наверху интересуются, насколько эффективно потрачены деньги налогоплательщиков, вложенные в «Манхеттен». Что мы теряем, черт побери? Как тут правильно замечено сколько этих желтомордых в наводнение утопло – и что, кто-то делал из того трагедию? И помнится мне, было такое джентльменское соглашение между державами, включая сюда и русских, – что против макак дозволено больше, чем против цивилизованного противника? Отчего макаронники могли травить каких-то абиссинцев, а нам красных макак нельзя? Ну а русские, кому не повезло – спишем на превратности войны, в конце концов, и «дружеский огонь» бывает, оказались не в том месте и не в то время?
– Но я понял, в плане и наше наземное участие? – спросил Второй. – И сколько американских парней запланировано в «приемлемые потери»?
– А мы не собираемся оккупировать весь Китай, – ответил Первый, – всего лишь один смертельный удар в сердце, по «шверпункту», после которого у врага рассыпается вся позиция. А дальше пусть разбираются «сипаи» макаки Чана. И нашему ударному танковому кулаку, который после будет тотчас же выведен из Китая, мы обеспечим авиаподдержку, на уровне как в Европе сорок четвертого! Так что наши бравые американские парни всего лишь по-быстрому скатаются в далекую экзотическую страну, там немного постреляют в плохих парней, и вернутся домой с победой. Меня больше беспокоит наш Бешеный Дуг – он ведь после обязательно полезет в большую политику, с лаврами великого полководца! Нам нужен в Белом доме непредсказуемый и неуправляемый псих?
– Управимся, – сказал Четвертый, – прецеденты были. И Дуг о них знает. Но его амбиции это проблема даже не завтра, а послезавтра. Вы уверены, что удержите ситуацию под контролем – и Дуг не прикажет бомбить Харбин или даже Владивосток?
– Бомбами распоряжаться он не будет, – ответил Первый, – и Дуг, конечно, бешеный, но думаю, даже ему не понравится отставка с позором без пенсии и погон?
– Дуг в одном абсолютно прав, – заметил Третий, – русских надо придержать. Припугнуть Бомбой – приставить пистолет к животу. Ну а что он не заряжен, знать никто не будет. Подобно тому, как сами русские в сорок пятом обманули и япошек, и нас с «моржихой» – есть версия, что там был лишь макет?
– Или все-таки еще один Полярный Ужас ходил там в глубине, – произнес Второй, – устроил япошкам бойню, подобно тому как его собрат немцам, и исчез, откуда пришел. И что упадет нам на головы, если Дуг зарвется?
– Этого не будет, – сказал Первый, – мы ведь хорошие парни, и пока не собираемся нападать на Советы? Так за что им начинать драку с нами?
– Осталось лишь найти предлог, – вставил Третий, – как мы объясним все электорату? Что мало того что решили немножко побомбить каких-то макак, так еще и посылаем туда простых американских парней?
– А вам мало китайского опиума? – удивился Четвертый. – Этой отравой у нас, в Штатах, уже вовсю торгуют в чайнатаунах Фриско. И не только там!
– И кто этим занимается? – усмехнулся Второй. – Джентльмены, я не возражаю, но возникнут неудобные вопросы. Что, у нас на Западном побережье уже китайские коммунисты сидят? Или все же люди «нашего сукина сына» Чан Кай Ши?
– Если бы комми не производили опиум, нечего было бы продавать! – отрезал Первый. – Китайцы, кажется, решили поступить с нами, как обошлись с ними самими во времена опиумных войн? Мы покажем им, насколько они ошибаются!
Документ 5. «О положении на Дальнем Востоке». Доклад группы анализа и планирования – в личный секретариат тов. Сталина. Под грифом ОГВ, «Рассвет». Был составлен в мае 1945 г.
Позиции СССР на Дальнем Востоке объективно очень слабы. Это объясняется очень тяжелым климатом практически на всех территориях, принадлежащих СССР на Дальнем Востоке, отсутствием там в необходимых количествах и пригодном для немедленного использования виде почти всех ресурсов, кроме древесины и воды, крайне низкой транспортной связностью как внутри этого региона, так и с промышленно развитыми районами Урала и европейской части СССР (фактически вся связность обеспечивается Транссибом), высокой стоимостью доставки всего необходимого по железной дороге и низкой плотностью населения.
При этом регион богат природными ресурсами и экономически весьма перспективен. Но поскольку на месте нет почти ничего из необходимого для его освоения, а поддержание жизни трудоспособного населения обходится очень дорого из-за тяжелых природных условий и сложности транспортировки, то возможным становится лишь разработка наиболее легкодоступных и высокорентабельных природных ресурсов. Развертывание производства на месте зачастую практически невозможно – так, наличие на большей части территории советского Дальнего Востока вечной мерзлоты затрудняет ведение там сельского хозяйства и предельно удорожает капитальное строительство. Дополнительным отрицательным фактором являются территориальные претензии ряда капиталистических государств, из-за чего значительную часть ограниченных материальных ресурсов и грузооборота транспорта приходится расходовать на обеспечение обороноспособности.
Таким образом, создать промышленный район на Дальнем Востоке СССР, сопоставимый с Западным побережьем США, только за счет внутренних резервов и территории, невозможно. Но задача может быть решена привлечением значительных источников дешевых ресурсов извне – с обязательным условием транспортной доступности и способности СССР обеспечить их надежную защиту от агрессии иностранных государств. Этим условиям отвечают Маньчжурия, Внутренняя Монголия, Корея и северные провинции Китая.
Маньчжурия и Корея являются крупными производителями продовольствия (соевые бобы, рис, пшеница, мясо, рыба, морепродукты), даже при крайне примитивном сельском хозяйстве, с отсутствием средств механизации и химических удобрений. Поставки на советский Дальний Восток даже при сохранении объемов, вывозимых в Японию в 1944 году, позволят обеспечить питанием дополнительно не менее 3 млн человек, помимо уже имеющегося там населения. Переоснащение сельского хозяйства современной техникой, широкое применение удобрений, научное ведение агрокультуры и селекционной работы позволит резко увеличить производство продовольствия и высвободит значительное число рабочих рук. Не менее важно наличие в Маньчжурии и Корее развитой промышленности строительных материалов. Возможны крупные поставки цемента, кирпича, лесоматериалов, черепицы, строительной арматуры – с уже налаженных японцами производств.
Также имеется избыточная рабочая сила в количестве до 5 млн человек – в большинстве неквалифицированная, но привлечение ее для строительства жилья и промышленных объектов, прокладки транспортных путей в течение теплого сезона (с мая по октябрь) резко ускорит освоение Дальнего Востока.
Развито металлургическое производство, созданное при техническом содействии японских и германских компаний. Маньчжурия (7 крупных заводов) производит 3,5–4 млн т чугуна и 2–2,5 млн т стали; Корея (7 заводов) – до 1,5 млн т чугуна и до 0,75 млн т стали. Для сравнения, в Китае, 12 по преимуществу малых заводов имеют проектную мощность в 1,5 млн т чугуна и 0,25 млн т стали.