Всего за 164 руб. Купить полную версию
Там, в Феодосии, во время предыдущего моего пребывания, на глаза попался – и захватил – рассказ о Фортуне.
Рванулся – захотелось увидеть автора…
Разминулись. Лица даже не разглядел… Увы! Разве что – душу…
Она выпорхнула из Дома Грина в сторону гавани.
Душа… Я догадывался: ей одиноко. Но, выкрикнув (глазами… их-то я заметил): «Не судьба!» – спевшая о фортуне показала мне спину.
Берег на горизонте! Я плыл к нему…
Наконец – достигнув:
– Где ты была?
– Томилась.
(Я знал: не редкость в заполошном городе.)
– И никого, кто скрасил бы дни?
– Несовпадения…
(И об этом я догадывался – бывает.)
– Но недавно вышла…
– Как в море?
– В толчею…
– И?
– Оказалось – все – вместо того, чтобы жить, – ждут… сталкиваясь в броуновском движении…
– Осознавая: Красота – каждая в отдельности – заслуживает живописца?
– Да, в каждом случае – тобою же открытая Вселенная – и сама по себе…
– Притом что у каждого за спиной – одна, другая (как у царя Соломона)…
– Но жизнь многолика, каждый неповторим!
– И все – разные: скучающие – и, как ветр, свежие… уткнувшиеся в смартфоны – и ищущие… «познавшие жизнь» – и сияющие…
– Как же жить?
– Не терять себя в волнах города… и не упустить главного – Красоты…
– Ради чего?
– Красота востребована!
* * *
Просто три года назад (и до того лет двадцать) готовил я в Феодосии книгу. (Название «Праздник – в тебе», подразумевал – в себе, говорит за себя.) Тогда Праздник – не уставая, летать – отстаивал в спокойствии духа. (Когда ж уставал, подпитывался Красотой… Чтоб у Края – как перед Богом – руки вон из карманов…)
Казалось – допишу вот… – и начну одаривать Праздником… И – изменится мир… И вот изъезжу весь свет белый, фотографируя лица, виды…
Ты зажглась. И тоже прислала виды. Панорамы Чёрного моря.
Я тебе – фото иных морей…
– А нет ли у тебя – о тех краях?.. – спросила…
С этого и началось…
Набралось на книгу.
Октябрь 2016
Просияло
После Феодосии
Я качу куда-то… радуясь ветру в лицо,
небу над головой и тому, что слёзы
по-прежнему солёные, как в детстве…
Сергей Диба. «Чёрное солнце / нежная трава»
Вавтобусе, отправляющемся в Дмитров, смотрю через окно на смерч, метущий по асфальту «мелочь» – берёзовую жухлую листву – и охапками рассыпающий её в танце дождя… А час спустя – как, облепливая стёкла автобуса, вьюжат «первые мухи» – хлопья снега… И как под Яхромой, на маковках церквей отразившись, наконец просияло солнце…
Благодаря сему, каждый, кто в тот день, из автобуса выйдя, сел со мною вместе в круг друзей, улыбок, ощутил праздник…
И вот… Я и не думал писать. Кому нужны «подённые записи»?!
Но блеснуло ж! Что если и моё (повествование, впечатления от поездок) найдёт отклик, отзовётся хоть в одной, настроенной так же душе?
И кто-то тоже отправится… и – передаст праздник. Как по цепочке…
И это будет эстафета Добра: один – другому…
Стало быть, в путь?!
Октябрь 2013
Остров-мечта
Поездка на остров Крит
…Остров есть Крит
посреди виноцветного моря…
Гомер. «Одиссея»
Калиспера, незаходящее солнце моё!
Отправляясь на Крит, я уже кое-что знал про родину Зевса, расположенную на стыке трёх частей света, про обживших Остров в незапамятные времена (почти девять тысяч лет назад) минойцев, про лабиринт и Тезея, одолевшего Минотавра… про взлетевшего (тут где-то, вместе с сыном Икаром) Дедала… про вулкан Санторин по соседству…
1
Ираклион.
Спланировав над городом, названным в честь Геракла, приземлился я – в лето – с началом осени… И – окунулся…
А море – от соприкосновения (больше-то купающихся не было)! – разволновалось… И – приняло.
Роскошь, блеск!.. Куда Грину – с его «Золотой цепью»! И вот хожу, а Красоту – и чуждую пусть – по мере сил присваиваю: море – где б ни было – настоящее…
А люди всё что-то жуют, забыв о Мифе. И изъясняются на непонятном мне языке. Зато на лицах (пожалуй, на всех) – понятные мне улыбки.
И – у меня: первая же загранпоездка!
2
Херсониссос.
Ну, сон! Ощущенье: бывал… (Может, во времена Гомера?)
Или – первооткрыватель? Пару кроссовок сносил – а что видел?!
Сегодня – скульптуру, олицетворяющую счастье: он держит на весу её – обвившую его руками и ногами, чтобы, по-видимому, не вознестись…
Сильно! (Но всё ж – на подступах…)
Пальмы, кактусы… Под черепицею – вроде многопалубных кораблей – дома… Бассейны, бары… Вкрадываются сомнения: может, по недоразумению занесло?
Воздух насыщен ароматами – из кофеен, с моря…
Тепло. Обвевает ветерок. Восточная музыка.
Херсониссос – облагороженная копия Коктебеля.
3
Айос-Николаос – Сития.
Освоился – и воспрял. Врос. То, что увидел, я б назвал Макси-Крымом… Таврией в энной степени.
Сходство? Горы (здесь – больше). Цикады (громче). Отсутствие дождей (с мая не было). Море (синей, солоней). Те ж «Кр».
Этакие этажерки-города с узенькими улицами, в которые чудом – со мною внутри – въезжает автобус.
Прибрано. На улицах и в душах чисто.
Гречанки с улыбкой позволяют заговорить (мне – на ломаном никаком). И – уже изъясняюсь. Глазами: выучился за поездку в Ситию (у славянки по имени Василька)…
Сития – на восток.
Последний оплот минойцев.
Дорога – на поражение воображенья: над пропастями…
Мельницы рукастые на плато Лассити…
По пути – Айос-Николаос, город с бездонным водоёмом в центре, с аметистовыми в витринах жеодами, с чистейшим синь-заливом.
4
Ретимнон.
Не верится: посередь Средиземноморья, на древней земле!
Не разъехаться… На перекрёстках – аксакалы-автохтоны…
Крепость из старины – и выдающийся в море, яхтами усеянное, маяк…
Впитываю…
Когда не путешествую, плаваю. И – всё больше влюбляясь в море.
А вот соотечественники, похоже, предпочитают бассейн…
Из моего номера – выход в венецианский двор, а там – бассейн с подсветкой и… плавающая, с выразительными глазами, южанка…
Но… у меня за морем есть своё Незаходящее Солнце.
5
Кносс.
В Кносском дворце. В гостях у самого Миноса, царя Крита, деда Гомера!
С волосьями, как у Медузы горгоны, расчёску забывшими, кружу внесебя по лабиринтам ужасного Минотавра, принюхиваясь к событиям трёхтысячелетней давности…
Будто я тут уже целую вечность!
И всё кажется таким знакомым!..
А сколько ещё мест чудных, где не бывал!..
6
Элунда – Спиналонга – Иерапетра.
Белые вдоль моря малонаселённые города, белые ж островки, на одном из которых, называемом Спиналонга (Спинолунга), – с венецианской крепостью и 500-летней базиликой – лепрозорий…
Прокажённых не выпускали…
Я ж – не узник: не в силах сдерживаться, и – по вольному морю – вплавь…
Выхожу на залитую солнцем набережную Иерапетры, встречь распахнувшемуся Ливийскому морю, – и вторю приветствиям незнакомых людей (как и все на Острове, радующихся жизни), на удивление доброжелательных.
Не боги явно. Но красоты Крита, похоже, благотворно действуют: ни разнузданных, ни хмурых, ни нищих не встречал.
Оголённость умеренная. Но совершенны плечи…
И хотя – со времён Миноса ещё – у аборигенок принято оголять грудь, ничто так и не растлило нравов островитян. (Как, надеюсь, и мои купания чуть свет…)
Все радуются – люди, солнце… Вообще, воздух Острова пропитан радостью. И я заражён ею.
7
Ханья.
Молодых, я бы сказал, немного. Больше седовласых. Много иноземцев и не очень весёлых русских.
Остров напичкан отелями, развлечениями для туристов.
Культ еды и питья…
И все ездят. На чём только не!..
Я – тоже. На джипе. В Ханью (немного похожий на Венецию город).
Всюду – оливки, апельсины, бананы… Цветёт бугенвиллея.
Ни змей ядовитых, ни хищников. Из диких животных не вывелись только козлы «кри-кри». Природа вкупе с историей создала для человека здесь все условия – и, похоже, эксперимент удался.
Зря, что ли, родом отсюда – и художник Эль Греко, и писатель Никос Казандзакис…
«…И ты, может быть?» – дала мне знать закутанная по глаза зыркнувшая на меня и уплывшая в море особа…
8
Малия – Сталида – Херсониссос – Ираклион.
Прошёл – с ветром на пару – по краю суши.
Мимо верениц вилл, отелей, дендро- и аквапарков – вдоль изумрудного, в барашках, что «среди земель» моря.
Грудью на ветр, с душой нараспашку…
А море среди скал билось – пахучее, пенное. Хоть молись на этакую красоту!