Всего за 289 руб. Купить полную версию
Американские журналы в те годы публиковали статьи анонимно. Авторство в “North American Review” определялось по каталогу Уильяма Кашинга и указаниям в архиве Джареда Спаркса[42]. Атрибуцию статей в “American Quarterly Review” удалось провести по принадлежавшей Джорджу Тикнору подшивке этого журнала, которая теперь хранится в Бостонской публичной библиотеке (Boston Public Library): знаменитый филолог аккуратно надписывал известных ему авторов.
Другой принятой формой воздействия на общественное мнение был памфлет. Авторы почти всех подобных сочинений на латиноамериканскую тему стояли на стороне революционеров. Наибольшую известность приобрело открытое письмо Генри Брэкенриджа (1786–1871) президенту Монро, в котором автор настаивал на необходимости скорейшего признания независимости стран Испанской Америки[43]. Помочь Мексике призывал купец и авантюрист Уильям Робинсон (1774 – между мартоммаем 1824 г.)[44], а один анонимный автор хотел, чтобы Соединенные Штаты открыто поддержали Испанскую Америку, и не боялся даже войны с метрополией[45]. Против признания выступил филадельфийский купец Джеймс Ярд[46].
Известные журналисты Дуэйн и Ирвайн указывали на значимость латиноамериканского рынка для США[47]. Отдельные авторы даже призывали к конфедерации всего Западного полушария[48]. К скептикам примкнул автор солидных политических трактатов дипломат Александр Эверетт, веривший в исключительность Соединенных Штатов, но не всего Нового Света[49].
После передачи Флориды Соединенным Штатам бывший посланник Испании Луис де Онис (1762–1827) опубликовал свои взгляды на будущее Северной Америки в целом, где указывал на экспансионистские цели Вашингтона[50]. Известно, что этот текст получил определенную (и вполне логичную) известность в Мексике. В памфлетной форме выступали и дипломатические представители США в молодых государствах Латинской Америки, защищая свои противоречивые, подчас скандальные действия[51]. Наконец, серьезный интерес представляют книги и памфлеты латиноамериканцев, адресованные англоязычной аудитории[52].
Литература путешествий – жанр чрезвычайно популярный в первой половине XIX в. – в последнее время привлекает внимание в основном филологов и исследователей культуры, а не историков. Между тем, в таких источниках содержатся не только материалы для анализа обыденных представлений, стереотипов, общественного мнения, но и масса важных конкретных сведений. Нам удалось полностью изучить, видимо, весь корпус книг, написанных североамериканцами о Латинской Америке в рассматриваемый период, включая один текст, оставшийся неопубликованным[53].
Среди очерков о путешествиях особенно выделяется выпущенный по итогам миссии Родни – Грэхема – Блэнда 1817–1818 гг. двухтомник Генри Брэкенриджа – лучший североамериканский труд по Латинской Америке в рассматриваемый период[54]. Брэкенридж был одним из немногих североамериканцев, изучившим в середине 1810-х гг. не только испанский язык, но и иберийскую культуру и право – он долгое время жил в Новом Орлеане, где проникся духом романского мира. О популярности книги свидетельствуют ее немецкое и сокращенное английское переиздания[55].
Книга Пойнсета, итог, кстати, лишь нескольких месяцев пребывания в итурбидистской Мексике, долгое время оставалась единственным систематическим описанием огромного южного соседа, вышедшим из-под пера североамериканца[56]. Труд о Мексике Уильяма Робинсона известен тем, что в нем содержатся уникальное свидетельство о неудачной освободительной экспедиции Франсиско Хавьера Мины (1789–1817) 1817 г. и план строительства трансокеанского канала в Центральной Америке, привлекший, между прочим, внимание самого Иеремии Бентама (1748–1832) – английского философа-утилитариста, мечтавшего о воплощении своих идей в Новом Свете[57].
Уильям Дуэйн совершил свое весьма утомительное путешествие в Великую Колумбию (из Каракаса в Картахену через Боготу с переходом через Кордильеры и сплавом по Магдалене) уже после признания независимости стран Латинской Америки, смерти Мануэля Торреса и банкротства газеты “Aurora”[58]. Хотя повод был самый прозаичный – престарелому разоренному журналисту предложили выступить в качестве делового представителя в переговорах по одному долговому обязательству – посещение родины недавно ушедшего лучшего друга стало своеобразным, в чем-то сентиментальным, итогом давнего увлечения ирландца-радикала борьбой республиканских «южных братьев». Дуэйн и его семья вернулись из вроде бы сложных дальних странствий внутренне обновленными, преодолевшими гнет тяжелых времен.
В целом большинство книг о Латинской Америке были написаны купцами и моряками[59]. Воспоминания о Чили, увы, весьма краткие, оставил доживший до глубочайшей старости вице-консул в Сантьяго коммерсант Генри Хилл (1795–1892)[60].
К счастью, не все рассказы о путешествиях принадлежат перу выходцев из образованных и/или обеспеченных слоев общества. Чрезвычайно любопытны воспоминания Генри Брэдли о Бразилии, Чили и Перу. Их автор – рабочий-типограф из Ньюберипорта, штат Массачусетс, издавший книгу, чтобы возместить «потерянные» в денежном отношении годы странствий[61]. Таким образом, открываются интересные возможности сравнить впечатления о далеком иберо-американском мире представителей одной англосаксонской культуры, но разных классов.
В качестве показателя интереса читателей к латиноамериканской теме заметим, что еще до публикации выдержки из книг Брэкенриджа и Робинсона печатались в газетной периодике[62], а отпечатанные экономным мелким шрифтом почти без полей воспоминания Генри Брэдли выдержали пять изданий в 1823–1824 гг.
Помимо собственно североамериканских, мы в целях сравнения использовали и некоторые английские сочинения, опубликованные как в Великобритании, так и в США[63]. Подчеркнем, что англо-американский издательский мир уже в те годы представлял собою единый механизм: большинство книг, бытовавших в Северной Америке в начале XIX в., были изданы в Великобритании, филадельфийские, нью-йоркские, бостонские издательства активно перепечатывали свежие английские книги (существовал, впрочем, и обратный поток, пусть менее значимый). Порой книга выходила одновременно в обеих странах.
К воспоминаниям о путешествиях вплотную примыкают не предназначавшиеся для печати дневники граждан США в Латинской Америке. В их числе дневники посланника в Буэнос-Айресе Джона Муррея
Форбса (1771–1831)[64], Джереми Робинсона[65], секретаря миссии в Мехико в 1825–1828 гг. Эдварда Торнтона Тэйло (1803–1876)[66], корабельные записи торговавшего с тихоокеанскими портами капитана Сэмюэля Хилла за 1815–1817 и 1817–1822 гг.[67], мексиканские дневники купца Джосайи Смита[68].
Хорошо известные материалы по истории латиноамериканской комиссии Родни – Грэхема – Блэнда в 1817–1818 гг. дополняет никогда не использовавшийся исследователями дневник Брэкенриджа, посвященный переговорам с правительством Буэнос-Айреса и частично вошедший в его книгу. В том же переплетенном конволюте находится оригинальный черновик одного из отчетов комиссии, написанный рукой Брэкенриджа и лишь отредактированный Родни[69]. Сохранились также чилийские дневниковые записи и подготовительные материалы Теодорика Блэнда[70].
Интересные детали о политической борьбе вокруг участия США в Панамском конгрессе содержатся в мемуарах сенатора от Миссури джексоновца Томаса Харта Бентона[71] и его политического противника Натана Сарджента (1794–1875)[72].