Всего за 229 руб. Купить полную версию
Некая Анна Ремешкова хочет, чтобы ты проследила за ее мужем, причем сделать это надо у них в доме. Госпожа Ремешкова занимается бизнесом, часто разъезжает по командировкам, а муж ее - человек творческий, художник, существо увлекающееся, натурщицы всякие ходят. Сама понимаешь.
"Алиби" официально оформлено как сыскное агентство, и к нам частенько обращаются люди с подобными просьбами, только, как правило, Сеня старается отвадить таких клиентов. И почему он назвал задание эксклюзивным? Самая обычная рутина, только зарплата, положенная мне, выше .обычной, что довольно странно.
- Эта самая Анна - лучшая подруга Леки, - со вздохом сообщил Сеня.
Все сразу стало на свои места. Лека, Ольга Гаврилова, третьесортная артисточка из мало кому известного театра, - бывшая жена Сени. Развелись они года три тому назад, и Сенечка до сих пор шарахается от баб, как от чумы. Примерно раз в неделю Лека заявляется в контору и устраивает жуткий скандал, требуя у бывшего мужа деньги. Она пребывает в твердой уверенности, что он, несмотря на полный разрыв, обязан содержать ее до гроба. Гребнев - человек мягкий, любящий решать все конфликты миром, поэтому ему легче заплатить, чем ругаться с базарной бабой.
- Понятно, - улыбнулась я. Сеня развел руками:
- Ну извини, Анна - еще та штучка. Боюсь, кроме тебя, ее никто не сумеет выдержать, а ты, с твоим умом и...
- Ладно, Сенечка, - прервала я хозяина, - под каким видом проникать в дом?
- Им нужна домработница, - ответил Сеня, - прежнюю Анна с треском выгнала, заявив, что она хамка.
Я аккуратно поставила бокал на стол. Домработница так домработница, мне, собственно говоря, все равно.
Глава 2
Утром, не успев проснуться, я подлетела к балконной двери и глянула на улицу. Шел крупный, просто новогодний снег, пейзаж больше напоминал январь, чем апрель. Но кенгуру на балконе не было. Убедившись в собственной нормальности, я быстро оделась, просто и неброско, и помчалась к госпоже Ремешковой.
Жила удачливая бизнесменша недалеко от метро "Киевская", в красивом доме из светлого кирпича. Нужная квартира располагалась на седьмом этаже. Не успела я позвонить, как на пороге возникла полная девица в весьма экзотическом наряде. Верхняя часть ее фигуры была обтянута ядовито-зеленой кофточкой с блестками, нижняя втиснута в розовые брючки-капри с вышитыми отворотами.
- Чего надо? - не очень вежливо поинтересовалась девушка и прищурилась.
- Анну Николаевну Ремешкову, - смиренно ответила я.
- Ма, - завопила отроковица, - к тебе какая-то нищенка явилась.
- Иду, - раздалось хрипловатое меццо, и в коридор вышла дама.
При виде ее я сначала испугалась, но потом постаралась взять себя в руки. Представьте, что на вас надвигается стог сена двухметровой высоты и такой же ширины. Сходство с пожухлой травой навевали волосы дамы-монстра. Кудри у нее были выкрашены самым невероятным образом - у корней светло-коричневые, посередине желтоватые, на концах почти белые. Так выглядит начинающая подгнивать солома. И одета она была "восхитительно". Тучный, похожий на арбуз зад обтягивали такие же, как у дочери, брючки, только не розовые, а ядовито-зеленые. Невероятный бюст, напоминающий все те же астраханские арбузы, только размером поменьше, угрожающе выпирал из ажурной кофточки. На шее сверкала цепь, в ушах блистали слитки золота, а пухлые запястья крепко обхватывали массивные, как наручники, браслеты.
- Ты, что ли, новая прислуга? - отрывисто поинтересовалась хозяйка и, не дождавшись ответа, приказала:
- Ботинки сымай и иди на кухню.
Я покорно выполнила приказ. Ремешкова плюхнулась на диванчик, налила себе чай и рявкнула:
- Значит, слушай! Готовить что велю, убирать, стирать, гладить.