Всего за 199 руб. Купить полную версию
Анализ приведенной дефиниции показывает, что автор настаивает на определении сущности франчайзинга через понятие «деятельность». Такой подход представляется характерным, в большей степени, для экономической науки, нежели правовой. Полагаем вполне оправданной критику, высказанную в науке, которая основана на том, что «правовая доктрина должна оперировать гражданско-правовыми категориями, такими как «правоотношение», «обязательство», «договор»[13]. Необходимо согласиться с А. С. Райниковым в отношении его справедливого замечания, что «определение должно быть лаконичным и носить по возможности дефинитивный, а не описательный характер»[14]. Поэтому видится оправданным высказанный научный подход к франчайзингу как к «форме продолжительного делового сотрудничества, в процессе которого компания-франчайзер (правообладатель) предоставляет франчайзи (пользователю) лицензию (франшизу) на производство продукции, торговлю товарами или предоставление услуг под торговой маркой правообладателя на ограниченной франшизной территории на срок и на условиях, определенных франчайзинговым договором»[15].
Б.И. Путинский определяет франчайзинг как систему договорных отношений крупных изготовителей (продавцов) с мелкими фирмами, в которых обязательства по продвижению товара сопровождаются использованием на основе лицензии фирменного наименования или товарного знака головной фирмы, а также соблюдением ее технологий производства и стратегии по сбыту товаров[16].
В отечественной цивилистике существуют и иные авторские определения франчайзинга, например, Е.С. Лысенко говорит нам о том, что франчайзинг – это те экономические отношения, в результате которых у одной стороны (франчайзи) появляется возможность использования для организации собственной предпринимательской деятельности деловой репутации другой стороны (франчайзера)[17].
И.Н. Герчикова дает следующее весьма оригинальное авторское определение франчайзинга (предпринимательского) – это деловые отношения, в силу которых одна сторона – франшизодатель предоставляет другой стороне – франшизополучателю право (франшизу) на осуществление на определенной территории предпринимательской деятельности, аналогичной деятельности франшизодателя, на основе предоставления последним «делового комплекса», позволяющего определенным образом производить или продавать товары либо оказывать услуги потребителям в соответствии с условиями договора франчайзинга[18]. Полагаем, что сущность данного определения имеет в большей степени экономическое, нежели правовое содержание. Считаем, что франчайзинговое правоотношение наделено правовым содержанием, что не исключает экономической составляющей, которая имеет производный от правовой сути характер.
По мнению И.В. Рыковой, «франчайзинг – это не продажа готового бизнеса, а передача технологии его ведения, осуществления деловых операций по определенным правилам… Поскольку предполагается, что коммерческий опыт – это опыт конкретного правообладателя (его использование принесет конкретные блага, пользователь должен за него платить), то он должен быть недоступен третьим лицам, то есть речь идет о коммерческой тайне (ноу-хау)»[19]. Данное авторское определение также заслуживает внимания и требует научного изучения, в определенной степени некоторой критики, т. к. в нем заложено, в большем мере, экономическое содержание, но в целом отвечает сущности франчайзинговой правовой модели.
Заслуживает поддержки весьма логически обоснованное понятие, данное Н.Г. Вилковой в своей работе «Договорное право в международном обороте», которая указывает: «Франчайзинг обычно определяется как соглашение, согласно которому франчайзер предоставляет франчайзи в обмен на прямую или косвенную финансовую компенсацию право на использование комплекса прав промышленной или интеллектуальной собственности, относящихся, главным образом, к ноу-хау и коммерческим символам, а также на получение коммерческого или технического содействия в течение срока действия контракта»[20]. Полагаем, что Н.Г. Вилкова вкладывает в данное определение гражданско-правовое содержание (сущность), раскрывая его через категорию «соглашение», с чем мы, безусловно, согласны и аналогично стоим на цивилистической трактовке франчайзинговых обязательств.
Считаем оправданной высказанную в литературе точку зрения, согласно которой франчайзинг, как способ организации и осуществления предпринимательской деятельности, фактически содержит не только признаки инвестиции (капитала), но также и признаки инвестиционной деятельности[21]. Франчайзинг вполне мог бы соответствовать и признакам прямой иностранной инвестиции, если бы законодатель не сузил круг объектов и действий, входящих в это понятие. При этом следует констатировать, что ограничение признаков прямой иностранной инвестиции является не вполне обоснованным, поскольку в программах, принятых Правительством Российской Федерации, франчайзинг рассматривался как один из механизмов инвестирования[22].
Как справедливо замечает М.Н. Титова, «франчайзинг следует рассматривать в качестве бизнес-модели (проекта), которая осуществляется его участниками с помощью комплекса взаимосвязанных правовых средств для достижения конкретного экономического результата»[23]. Такая трактовка франчайзинга как бизнес-модели (проекта) обладает чертами оригинальности и научной новизны, заслуживает особого анализа дальнейшего обращения к данному подходу в настоящем научном исследовании.
Исходя из детального изучения многих предложенных в научной литературе дефиниций франчайзинга, а также на основе анализа сущности франчайзинговых отношений, можно предложить следующее авторское определение. Франчайзинг – это правоотношение, система тесно взаимосвязанных правовых и экономических связей, форма (способ) организации и осуществления предпринимательской деятельности, представляющая собой урегулированную нормами права целостную систему отношений, реализуемых с помощью комплекса взаимосвязанных правовых средств для достижения конкретного экономического результата, основанных на договоре франчайзинга и иных сопутствующих договорных отношениях между лицом, предоставляющим комплекс исключительных и иных прав (франчайзером), и лицом, приобретающим данные права (франчайзи), в различных сферах предпринимательской деятельности (производственной, торговой, посреднической и др.).
В литературе выделяют различные существенные признаки и особенности франчайзинга и коммерческой концессии, которые, в целом, заслуживают одобрения, но, отчасти, и возражения. В частности, в цивилистической науке отмечается, что как юридическая категория франчайзинг всегда обладает тремя признаками: во-первых, это договор; во-вторых, в рамках франчайзинга одно лицо (франчайзер) предоставляет другому лицу (франчайзи) право использовать в предпринимательской деятельности комплекс принадлежащих франчайзеру исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации товаров (работ, услуг) и (или) предприятий; в-третьих, франчайзинг направлен на расширение рынка сбыта товаров, работ или услуг одного лица посредством замещения его в отношениях с третьими лицами другим лицом[24]. Следует согласиться с высказанным мнением в науке, что все остальные признаки исследуемого явления можно рассматривать в качестве приходящих и зависящих от источника правового регулирования франчайзинга в том или ином государстве[25].