Всего за 200 руб. Купить полную версию
Бахнуло еще! На этот раз где-то ниже и левее. – Твою мать! Так ведь еще и попадут, не дай бог. Проказники! – про себя выматерился Голицын.
Он сидел на корточках привалившись спиной к сейфу. Мозг привычно просчитывал варианты действий и предположительного развития событий с одновременной инвентаризацией наличного имущества. Табельный ПМ, две обоймы к нему, АКСУ с одним магазином, картонный милицейский бронежилет и то, ради чего Голицын, собственно, и оказался в кабинете 813.Он выгреб из сейфа все: два маленьких черных бархатных мешочка, перетянутых кожаной тесемкой; американские деньги – изрядное количество; деревянную коробку с надписью «Ваширон Константин» и содержимым внутри, а также, коричневую кожаную папку «Петек» – тоже с каким-то содержимым.
Голицын, конечно же, знал пословицу о том, что если много будешь знать, то не дадут состариться, но все таки вынул папку из пакета, расстегнул молнию и достал содержимое.
То, что он увидел, было, мягко говоря, неординарным. Это были картонные скоросшиватели в количестве – два; они то как раз были самыми ординарными, а вот штампы «Совершенно секретно», «Хранить вечно» и какой-то список фамилий, якобы допущенных к чему-то там – вот они и вызвали легкое беспокойство и нешуточное любопытство майора. Фамилии «Голицын» в этом списке не было.
«Наверное, просто забыли вписать» – решил он, и открыл одну папку…
Наводка была Валеры Воронова.
…В ночь со 2-го на 3-е октября Голицын дежурил на посту №7. Странности начались после полуночи. Пост №7 – одиночный, но в 2 часа 15 минут Голицыну сообщили по рации, что к нему направлен сотрудник для усиления. Затем, около половины четвертого, к нему на пост заскочил Воронов.
– Волыните, лимитчики? – Валера подмигнул напарнику Голицына, присел на край письменного стола, за которым сидел, собственно, сам Голицын, и бесцеремонно вырвал из рук последнего газету. – А-а, «Московский комсомолец»…Ну это еще ничего. Ты бы видел, ЧТО эти извращенцы на 9-м читают. Кошмар! – Воронов источал, буквально, целую кучу оптимизма и жизнелюбия, что применительно к конкретной ситуации и времени суток выглядело довольно странно.
– Завязывал бы, ты с кокаином, Валерий Иваныч, – сварливо пробормотал Голицын, вырвав недочитанное издание из цепких лап товарища.
Воронов, демонстративно шмыгнув носом, радостно произнес:
– Да ладно, не завидуй товарищ майор – будет, когда-нибудь и на твоей улице праздник!
– Тебе че надо, неунывающий… децибел? – на языке у майора, почему то, настойчиво вертелось слово «имбицыл», но каким то чудом, ему удалось почти без заминки поменять его на сходное по фонетике и гораздо более нейтральное по смыслу «децибел». Слегка удивленный собственной сообразительностью, Голицын отложил на край стола надоевшую уже газету, откинулся на спинку стула и потянулся. Мышцы приятно заныли.
– А, ну да. Я по делу, пошли покурим, – Воронов вдруг стал собран, напускная веселость испарилась.
– Пять минут, – бросил Голицын, напарнику, поднимаясь. Тот ответил спокойным кивком.
По коридору они шли молча. Вдруг Воронов остановился, осмотрелся, видимо сверяясь с какими-то ориентирами, прошел вперед еще метров пять и жестом подозвал Голицына.
– В общем ситуация следующая, – понизив голос до шепота, начал Валера, когда они оказались в какой-то, одному Воронову известной, точке коридора, – смена закончится – запасаешься водой и провиантом. С утра здесь будет заварушка.
В голове майора сразу завертелся миллион вопросов. Но он не задал ни одного. Он был профессионал.
– Заварушка так себе, на троечку, даже с минусом., – тут же отвечая на невысказанный вопрос, поясняет Воронов. – Для таких моряков как ты – это просто брызги. Даже на ботинки не попадет, я думаю. А теперь задача….
Валерий Иванович Воронов не был начальником Голицына, по званию они оба были майоры, но …Воронов был, до перевода в МВД, элитой элиты – сотрудником СВР. Где-то ТАМ он провалился, и, по его словам, остался не у дел. Когда он, после недолгого раздумья, принял предложение Голицына о переходе во вновь создаваемую структуру в МВД, Голицын, скажем так, слегка удивился – как его вообще отпустили, да еще в такие сжатые сроки. И за два года совместной работы на новом месте Голицын практически убедился, что Воронов В. И., основного места службы не сменил, а был, так сказать, временно командирован. С оказией. И когда Валера изложил свою просьбу-приказ, Голицыну стало лень даже спрашивать: «Откуда сведения?», «По чьему приказу?», «Кто получатель?». Ответы он уже знал. Поэтому просто кивнул.
Позиция за сейфом казалась майору наиболее безопасной в сложившихся обстоятельствах. Он решал, что делать. А вопросы были!! Содержимое папок было… невероятным. Или полным бредом, как посмотреть. Голицын решил придерживаться, пока, первой версии. В пользу этой версии, были грифы секретности на папках. Предположение, что папки настоящие, а содержимое – нет, майор пока отверг.
«Папки надо отдать. Но их НЕЛЬЗЯ ОТДАВАТЬ!! Как быть?». – Это был один вопрос.
«Опять же: психи на улицах и танки на набережной – что им надо?» – краткий инструктаж полковника на поверке, по существу вопроса, пояснений не давал.
Ситуация была неоднозначная. С одной стороны те, кто находится в Белом доме действуют на основании должностных инструкций и Конституции РФ. Но информационная часть конфликта уже провалена и фактически, теперь именно они являются мятежниками, изменниками и вообще… – крайне гнусными личностями и врагами юной демократии!
Майор, мятежником быть не хотел.
«И что теперь делать?» – это был еще один вопрос, ответ, на который требовался, по сути, еще вчера! И еще одна мысль не давала покоя майору:
«Почему первый выстрел был именно сюда, по мне? Совпадение? А может вообще вся эта заваруха из-за этих папок, а весь этот демократический шум, так – ботва для осликов?! Собственно, исходя из того немногого, что мне удалось понять, эта версия вовсе не кажется совсем уж невероятной… И еще – откуда информация у Воронова? А МОЖЕТ, ВООБЩЕ, ОН ВСЕ ЭТО ОРГАНИЗОВАЛ? КТО ОН ВООБЩЕ ТАКОЙ?»
Голицын «выключил» свою паранойю. Он знал, что при недостатке информации, основываясь на каких-то предположениях, «белое» легко становится «черным», мир меняется до неузнаваемости. «Королевство кривых зеркал» – это мир большой разведки и шпионажа разной степени тяжести. Впечатлительные и мнительные граждане, соприкоснувшись с этим миром, как правило, рассказывали потом людям в белых халатах и понимающими улыбками на лицах, истории о заговорах, инопланетянах, эльфах и гномах.
…Телефонный звонок оторвал от нерадостных мыслей и заставил сконцентрироваться на поиске раздражителя.
– Херня какая-то. Ну и где ты звонишь? – не двигаясь с места, пытаясь сориентироваться на звук, сказал Голицын живучему аппарату. Все-таки какие-то подозрительные блики, сильно напоминающие блеск снайперской оптики, на крыше гостиницы Украина он засек.
Cреди остатков мебели, он, таки, разглядел возмутителя спокойствия. Это был серый аппарат внутренней связи.
Прикинув траекторию перемещения, с учетом возможного снайперского обстрела и тем фактом, что пыль, побелка и дым от чего-то горевшего все-таки ограничивали видимость плохим парням, он ползком добрался до аппарата.
– Городская поликлиника. Слушаю вас, – на том конце шутку не оценили, а если и оценили, то Голицын об этом не узнал. Не работал динамик, а может микрофон. В общем диалога не получилось.
– Валим, Сеня! Валим, – прошептал сам себе Голицын и рывком метнулся в проем, которого не было до того как, за перепланировку помещения взялись дизайнеры на танках.
Оказавшись в коридоре, он тут же бросился на пол и сосчитал до десяти. Стандартный противоснайпепрский маневр.