Всего за 219 руб. Купить полную версию
Через две недели Лоллипоп задолжал уже четырнадцати одноклассникам. На переменках только и слышалось: «Лоллипоп, когда денежки вернёшь?» Или: «Лоллипоп, если завтра же не отдашь, скажу твоей маме! Будь спок!»
– Что ж, придётся опять с Красавчиком Петером пойти, – отчеканила она звонко-сварливым голосом.
«Тогда я тебя больше не люблю», – говорил прищуренный взгляд. Лоллипоп ходил как потерянный. Посоветовался со Смешанным Отто. Отто сказал:
– Пусть пташка летит на все четыре стороны, она из тебя дойную корову сделала!
Спасибо за совет – это Лоллипоп и сам знал. Он ещё в своём уме.
А потом в один из дней, когда бабушка была у Гофштеттеров, сестра на уроке музыки, а Лоллипоп в кухне, случилось вот что. В дверь позвонили. Лоллипоп пошёл открывать. На площадке стоял Эгон с протянутой рукой. Сурово глядя исподлобья, он отрезал:
– Гони монету! С тебя двадцать четыре шиллинга. У мамы сегодня день рождения!
При виде Эгона, стоящего на пороге с протянутой рукой, Лоллипоп взял бабусин кошелёк, извлёк двадцать четыре шиллинга и сунул их Эгону. Эгон сказал:
– Порядок, мерси, давно бы так! – и смылся.
А Лоллипоп больше часу провёл в кухне, примостившись у шкафчика, на табуретке; он придумывал, как объяснить бабушке пропажу двадцати четырёх шиллингов. Это было сложно. Почти нереально! Бабушка как пить дать скажет: «Лоллипоп, на тебя денег не напасёшься!»
В этом месяце бабушка частенько дарила ему пятишиллинговики. И не только по воскресеньям. Поскольку умные мысли не приходили, то пошёл Лоллипоп к Смешанному Отто, где уселся на мешок с картошкой. Там ему думалось особенно хорошо. Так вот, сидя и размышляя, он наткнулся взглядом на чеки, лежащие на прилавке. Чеки были белые. Но Лоллипоп глядел на них через свой «Лоллипоп», и они казались светло-зелёными. Причём на светло-зелёных чеках были пробиты разные суммы. Ведь многие, уходя из магазина, чеки оставляют.
Лоллипоп слез с мешка, сгрёб чеки. На некоторых суммы были вполне приличные, на других не бог весть какие. Нашёлся и такой, где стояло:
14.30
3.20
6.50
____
24.00
Лоллипоп воспрял духом. Он выбросил чеки в мусорное ведро. Только один, на сумму 24.00, он положил в карман. А придя домой, достал его.
Около 14.30 он написал: набор для рисования.
Около 6.50 он написал: точилка.
Около 3.20 он написал: треугольник.
Потом вложил бумажку в боковое отделение старенького кошелька. Когда вечером бабушка считала деньги, приплюсовывая чеки, Лоллипоп глаз с неё не сводил. Его чеку она уделила внимания не больше, чем любому другому. У Лоллипопа камень с души упал.
Но упал недалеко. Потому что в школе стали поговаривать: Лоллипоп якобы вернул долг Эгону. Остальные принялись пуще прежнего наседать на него. А тут ещё Эвелина рассвирепела: во всей школе никто больше не давал Лоллипопу в долг.
Эвелина не только заявила это. Но и осуществила. После занятий она уплыла – рука об руку – с Красавчиком Петером. Лоллипоп брёл домой в тоске и одиночестве.
Пару дней спустя тоска начала рассасываться, но Лоллипопу всё равно было скверно, потому как едва ли не каждый день раздавался звонок. На площадке стоял кто-нибудь из ребят с протянутой рукой: «Гони монету! Срочно! У мамы день рождения!»
Эгон научил ребят: «Надо к нему заявиться, он враз отдаст!» И Лоллипоп отдавал. Из старого кошелька. Теперь по вечерам бабушка обнаруживала престранные счета. 17 шилл. – стояло на одном, где рукой Лоллипопа было накорябано: «колбаса». Когда бабушке захотелось отведать семнадцатишиллинговой колбасы, Лоллипоп сказал, что колбаску он уже съел. Яблоки по 8.90 шилл. – тоже подъел.