Всего за 51.9 руб. Купить полную версию
Одним из первых сочинителей криминальных биографий стал небезызвестный нам Даниэль Дефо, автор знаменитого «Робинзона Крузо». Дело в том, что Дефо был не только известным писателем, но и журналистом, а еще несколько лет провел в застенках Ньюгейтской тюрьмы, где и записал ряд биографий известных преступников, в том числе историю жизни знаменитого взломщика Джека Шеппарда или печально известного вора Джонатана Уайлда.
Выйдя на свободу, на волне популярности «Ньюгейтского календаря» Дефо публикует роман «Истинный и подлинный отчет жизни и действий покойного Джонатана Уайлда». В нем писатель продолжает развивать тенденции, заложенные в «Календаре». Например, в тексте романа автор уверяет, что все описанные события были «взяты из уст [Уайлда] или почерпнуты из его бумаг и писем». Но повествование мало напоминает биографии из «Календаря», в романе просматривается отличная структура и высокий художественный стиль. Интересно, что Уайлд не только вор, под давлением обстоятельств он вынужден играть еще и роль протосыщика. Очевидно, этот образ мог послужить прототипом для любого из хорошо знакомых нам Великих сыщиков.
Но еще большую известность Даниэлю Дефо приносит псевдоавтобиография Молль Фландерс «Радости и горести знаменитой Молль Фландерс», которая так же, как и все работы Дефо, имеет структуру романа и написан высоким художественным стилем. В основе сюжета лежит расхожий образчик биографии об опрометчивой молодости. История о том, как грехи юной девушки приводят ее на виселицу. В отличие от биографий из Календаря, неизменно подчеркивавших в финале ошибки их героев, Молль отнюдь не невинная девушка, совершившая опрометчивый поступок по глупости или под влиянием внешних сил. Молль – дочь каторжницы, а потому ведет авантюрный, а чаще всего криминальный образ жизни, что и приводит ее обратно в Ньюгейт. Финал романа также написан вполне в духе того времени: преступница осознает пагубность своего поведения, раскаивается и обретает новую жизнь респектабельной англичанки.
В обоих романах Даниэля Дефо просматриваются лишь один элемент будущего детектива – финальное признание преступника. В остальном романы мало похожи на классический детектив. Преступление и преступник известны с самого начала. Повествование излагается в ретроспективе, а потому никакой головоломки быть не может. В обоих случаях преступники из низших слоев населения, что указывает на близость этих романов к историям из «Ньюгейтского календаря». С появлением готического романа антураж преступления заметно преображается. На время писатели забывают о реальных биографиях преступников; вернутся они к этому жанру лишь в середине XX века, с появлением психологического детектива.
Криминальная биография не миновала и готический роман. Мы не станем останавливаться на характеристике этого жанра, поскольку это выходит за рамки нашего обзора, укажем лишь на несколько образцов этого направления, поразительным образом объединивших не только все признаки готического романа, но и большинство элементов криминального. Самый знаменитый образец – это «Удольфские тайны», написанные английской писательницей Анной Радклиф. Многие исследователи полагают, что именно этот роман открывает историю детектива1. И действительно, все атрибуты сверхъестественного, характерные для готики (потайные ходы, распадающиеся замки) служат для банды контрабандистов, отчего роман действительно сильно смахивает на криминальный роман.
Но появление романа «Калеб Уильямс», написанного английским журналистом, политическим философом и романистом Уильямом Годвином, перевешивает любые сомнения о родоначальнике детектива. Книга представляет собой повествование о человеке, вынужденном опровергать несправедливое обвинение в убийстве. Отметим, что роман написан под сильным влиянием «Ньюгейтского календаря». Годвин даже дает в тексте романа ссылку на справочник.
Таким образом, «Ньюгейтский календарь» оказал сильнейшее влияние на английскую литературу. В свою очередь, подражая английским писателям, сочинявшим свои криминальные романы под влиянием «Календаря», по другую сторону Атлантики тоже появляются первые криминальные произведения. В Америке, в частности, появляются романы о преступлениях и их успешном раскрытии, но в них роль детектива на первых порах достается медиумам, получающим информацию от духов.
На роль первого детектива в Америке мог бы претендовать роман Джеймса Фенимора Купера «Последний из могикан» из серии о метком охотнике Натти Бампо, но все романы Купера имеют яркий приключенческий окрас. В данном конкретном случае, хотя Бампо и воплощает образ идеального сыщика, использующего свои навыки для поиска похищенных девушек и наказания преступника, он все же не выходит за рамки серии.
В 30-е годы XIX века реальные биографии из Ньюгейтской тюрьмы окончательно уходят в прошлое. Этому немало поспособствовало появление группы романов, которые сегодня также называют Ньюгейтскими. Это уничижительное название критики давали романам, которые обладали схожими формальными признаками: описывали преступника, его жизнь или конкретные преступления. Формально к это группе относят Бульвера-Литтона, Уильяма Харрисона Эйнсворда и Чарльза Диккенса2.
Ньюгейтские романы представляют умных, образованных и часто излишне идеализированных преступников. Писатели подробно рассказывают о них и даже оправдывают их преступные намерения. Единственным писателем, избежавшим общей заразы «романтизации преступника», был Чарльз Диккенс. Хороший пример Ньюгейского романа – знаменитый «Оливер Твист». Основная заслуга всех этих романов – переключение внимания от преступления как сенсации на изучение мотивов преступника. Для всей Ньюгейтской литературы общей чертой стали обвинения в адрес общества, которое, по мысли самих авторов, было виновно в падении столь замечательных и гениальных личностей.
Вместе с популяризацией криминальной литературы в английском обществе растет тревога. В итоге социальные опасения приводят к созданию в 1829 году в Британии института полиции, по аналогии с существующим во Франции еще с VII века отделением «Сюрте». Но, как ни странно, реакция общества на появление полиции носила негативный характер. Мы можем наблюдать эту реакцию в описаниях полиции в «Оливере Твисте». Все упоминания очень малозначительны и почти не содержат положительных замечаний.
По воспоминаниям людей того времени, общим местом стало представление, что полицейских набирали из низшего сословия, чтобы бороться с преступностью среди бедноты. В те далекие годы уверенно полагали, что преступление в аристократической среде и в других высших классах невозможно в принципе3.
К 1842 году, когда общество в Британии смирилось с присутствием полицейских, был создан небольшой отдел детективов, работающих обычно в штатском. А спустя еще семь лет о работе одного из сотрудников отдела поведал журналист Уильям Рассел. В те годы большим спросом пользовались псевдоавтобиографические воспоминания о профессиональной деятельности врачей, адвокатов или юристов. Рассел по аналогии с этим сочинил отчет о работе полицейского детектива – «Воспоминания полицейского офицера». Первая публикация романа выходила в виде серии в журнале Эдинбурга Чемберса с 1849 по 1853 годы.