- Ответов на твой тест - они ведь были обещаны в том же номере, а их не оказалось. Мы разыскивали поговорки в словаре Бартлетта, а библиотекари зачитывали их звонившим.
- Молодец, Полли, у тебя всё всегда под контролем, - похвалил её Квиллер. - Пообедаем на веранде? День превосходный, полное безветрие.
- А комары?
- Для них ещё рано.
Съев первое блюдо - суп-компот из грейпфрута с черникой, - Квиллер заметил:
- Что-то я не помню, чтобы в твоём сегодняшнем закупочном списке числился грейпфрут…
- О, это целая история. Одна из наших помощниц получила из Флориды посылку с грейпфрутами, к ней прилагалась поздравительная открытка с днём рождения, подписанная некой Мирандой. Наша помощница никакой Миранды не знает, а день рождения у неё в ноябре. Она позвонила в фирму, откуда отправили посылку, и те, ничуть не смутившись, свалили всё на ошибку компьютера и предложили кушать на здоровье. Ну а эта дама - вдова, живёт одна, вот она и принесла посылку в библиотеку.
- Мне кажется, - сказал Квиллер, - что компьютеры ошибаются куда чаще, чем люди.
- К тому же ошибки людей гораздо понятней и простительней.
- Могу поклясться, что таких замечательных грейпфрутов я в жизни не пробовал. Хвала тебе, о дивный новый мир компьютерных ошибок!
Главным блюдом была смесь из разных остатков, и Квиллер поздравил Полли с тем, что ей удалось добиться вкуса, доселе неведомого человеческому нёбу, хотя с виду смесь смахивала на собачий корм.
- Необходимо увековечить рецепт, - потребовал он. - Надеюсь, можно попросить добавки?
Они поглощали удивительную смесь то ли в блаженном, то ли в стоическом молчании.
- Ну, милый, готов ли ты попробовать салат?
- Всегда готов!
Разговаривая, чтобы отвлечься от шпината, эндивия и капусты, Квиллер спросил:
- Ты видела объявление об открытии Клуба Тельмы? Я позвонил по указанному номеру и услышал записанный на автоответчик голос: "На вечерние сеансы абонемент стоит пятьдесят долларов, на ночные - сто. Абонемент действует в течение года. Стоимость входных билетов - пять долларов. Члены клуба могут покупать билеты для своих гостей". Голос отрекомендовался управляющим Диком Теккереем и добавил, что хозяйкой на вечерних сеансах будет сама Тельма Теккерей.
- Найдёт ли это начинание поддержку в Мускаунти? - усомнилась Полли.
- Скорей всего, сюда потянутся из Локмастера и округа Биксби. Но ресторанам Пикакса это наверняка сулит золотые денёчки.
На десерт Полли предложила замороженный йогурт с тремя видами подливки на выбор. Квиллер выбрал все три.
- Ну, Квилл, а что нового в твоей напряжённой жизни?
Он ненадолго задумался.
- Юм-Юм после завтрака вырвало всем, что она съела… Коко заходился в приступах воя - подавал мне сигналы тревоги. Оказалось - из одного крана капало…
- А как вафли у Тельмы?
- Отличные, но жирноваты. Тебе вряд ли понравились бы. А попугаи - прелесть, забавные и красоты неописуемой.
- В чём же была Тельма?
- В каком-то длинном жёлтом одеянии, обе руки увешаны браслетами - тоненькими такими, как золотые проволочки, - их на ней была уйма.
- Это индийские шумящие браслеты, - объяснила Полли. - Между прочим, я столкнулась сегодня в парикмахерской с Фран Броуди, и она сказала, будто Тельма решила, что носить ожерелья, браслеты и булавки с драгоценными камнями здесь не стоит, слишком уж много блеска. Поэтому она положила их в сейф в банке. А себе оставила только маленькие бриллиантовые запонки, солнечные очки в оправе с бриллиантами и вот эти индийские браслеты.
Квиллер хмыкнул в усы и подумал: "В банке ли эти драгоценности? Не на пути ли в Калифорнию? Не в карманах у грабителей?"
Он снова припомнил своё предположение - похитители требовали выкуп не деньгами, а драгоценностями. Что, если они следили за Тельмой, когда она переезжала сюда из Калифорнии? Неужели она отдала-таки им все свои сокровища, кроме запонок и шумящих браслетов? Посмотрим, какие на ней будут украшения, когда она поедет на могилу к отцу, ведь потом нам предстоит обедать в "Валуне".
Он помог Полли убрать с веранды обеденные приборы, и они занялись обдумыванием планов на завтрашний вечер. Решено было пообедать в таверне "Типси", а затем дома предаться прослушиванию какой-либо оперы. Полли склонялась к "Травиате".
- Квилл, а ты идёшь завтра на празднование дня рождения Гомера?
- Только в качестве наблюдателя, - ответил Квиллер.
Вот как описывает это событие в своём дневнике сам Квиллер:
19 апреля, суббота
Вестибюль "Уголка на Иттибиттивасси" был украшен разноцветными воздушными шарами и запружен толпой представителей городской и окружной администрации, а также прессы - местной и прибывшей из разных городов штата. Тут же присутствовал и Дерек Каттлбринк с гитарой. Остальным поздравляющим пришлось ждать за верёвочным ограждением. Глаза всех были устремлены на двери лифта.
Но вот они распахнулись, и в вестибюль выехал в инвалидном кресле, которое подталкивала сзади молодая жена юбиляру, сам Гомер. На одно ухо у него была лихо сдвинута золотая бумажная корона. Судя по выражению его морщинистого лица, толпа приглашённых, камеры и воздушные шары были задуманы не им. Прости нас, Гомер, но тот, кто становится общественным достоянием, лишается прав человека. Когда долго не смолкавшие аплодисменты наконец затихли, Дерек ударил по струнам гитары и чуть гнусаво затянул на мотив Джорджа Коэна "Наш старый флаг":
Вот перед вами славный долгожитель -
Наш общий друг Гомер.
Вы на него внимательно взгляните:
Для нас он всех - пример.
Он бодр и свеж, как день Четвёртого июля!
Так, может быть, нас всё-таки надули?
Глушит он бренди до сих пор, в глазах огонь.
Он независимость сама, его не тронь!
Ему без года сотня лет,
Но он всегда вам даст совет.
Ещё один промчится год,
Его он с честью проведёт,
И мы сюда придём опять
Гомера поздравлять!Нельзя сказать, что это мои лучшие лирические вирши, но в исполнении Дерека они прозвучали недурно. Когда аплодисменты достигли апогея, двери лифта отворились, кресло вкатилось в кабину, двери захлопнулись, и зелёный огонёк указал, что Гомер поднимается к себе наверх.
Глава тринадцатая
Сиамцы, как всегда, смекнули что к чему, когда Квиллер стал переодеваться в парадные одежды. Они вились вокруг него, как это умеют только кошки, и терпеливо ждали прощального угощения - кусочка моцареллы.
- Я везу "заиньку" полюбоваться окрестностями, - объяснил им Квиллер. - Извините, но вас не пригласили. Она не симпатизирует кошкам.
Он понял бы, если б у Тельмы была аллергия на кошачью шерсть, но ничем не объяснимая неприязнь к кошкам вызывала у него подозрения.
Возле дома номер пять на Приятной улице его уже поджидала Тельма - она превосходно смотрелась в лимонно-жёлтом жакете из мягкой кожи и в кожаной белой шапочке для автомобильных прогулок. Футболка в мелкую зелёную и белую полоску придавала ей задорный вид. Брюки, босоножки и сумка, похожая на мешок, были белые. Тельма выглядела готовой пуститься в путь.
- Я забыл вас предупредить, - сказал Квиллер, - нам придётся подниматься на кладбище по каменистой дороге. Не найдётся ли у вас на ноги чего-нибудь более практичного?
- Нет проблем! Я мигом сменю обувь, а вы пока можете поздороваться с попугаями.
Квиллер ещё издали их услышал. Казалось, в птичнике бушует вышедшая из-под контроля вечеринка, но, как только он вошёл, болтовня и вопли разом стихли, только кто-то нагло выкрикнул: "Сла-авный парниш-шка!"
- Избавьте меня от комплиментов, - попросил Квиллер. - Потолкуем лучше серьёзно.
Это вызвало взрыв разноголосых криков: "Который час?… В город прибыл Янки-Дудл… Йо-хо-хо, йо-хо-хо… Сла-авный парниш-шка!"
- Вы им понравились, - проговорила Тельма, сменившая босоножки на белые тенниски. - Не всех они так принимают.
- Я польщён, - отозвался Квиллер.
Тельма проворно вскочила в его машину.
- Разрешите мне, прежде чем мы тронемся, - сказал Квиллер, - поздравить вас с учреждением киноклуба и пожелать успеха. Для нашего округа такой клуб - большая удача, но не слишком ли много сил это потребует от вас?
- Отвечать за его работу будет мой племянник, но возглавлю клуб я.
Квиллер привык к тому, что с ним делились своими проблемами и молодые, и старые. Ему доверяли, потому что он умел внимательно и участливо слушать и всегда знал, что следует сказать.
- Если я чем-нибудь могу помочь, - проговорил он на этот раз, - всегда буду рад, только намекните.
И они двинулись на север к горе Хиллтоп, мимо Медицинского центра, мимо колледжа, мимо театра, мимо супермаркета Тудлов, обогнули клуб, расположенный в швейцарском шале, проехали "Уголок на Иттибиттивасси". Все эти заведения появились в последние десятилетия.
- А я помню лавку Ланспика, - сказала Тельма. - Там я купила свою пасхальную шляпу. Ведь я помешана на шляпах. Не знаю почему.
- Это в вас говорит королевская кровь, - отозвался Квиллер. - Вы были рождены носить корону - по всему видно, такая у вас королевская осанка, величественная поступь, манера держаться…