Сиамцы озабочены таинственным похищением говорящих попугаев и гибелью уникальной коллекции дамских шляпок. Ну а Квиллер ломает голову над судьбой старого Дома оперы.
Содержание:
-
Глава первая 1
-
Глава вторая 3
-
Глава третья 4
-
Глава четвертая 5
-
Глава пятая 7
-
Глава шестая 9
-
Глава седьмая 10
-
Глава восьмая 12
-
Глава девятая 14
-
Глава десятая 17
-
Глава одиннадцатая 19
-
Глава двенадцатая 21
-
Глава тринадцатая 22
-
Глава четырнадцатая 24
-
Глава пятнадцатая 25
-
Глава шестнадцатая 27
-
Глава семнадцатая 28
-
Глава восемнадцатая 30
-
Глава девятнадцатая 31
-
Глава двадцатая 33
-
Глава двадцать первая 34
-
Глава двадцать вторая 36
-
Примечания 38
Лилиан Джексон Браун
Кот, который сорвал аплодисменты
Посвящается Эрлу Беттингеру, мужу, который…
Глава первая
Что ещё за Тельма Теккерей? Кто она такая?
Весть о ней смахивает на первоапрельскую шутку, ведь нынче как раз первое апреля.
Разве кто-то с такой фамилией жил когда-нибудь в Мускаунти, расположенном в четырёхстах милях к северу от чего бы то ни было?
Однако в разделе новостей мускаунтской газеты "Всякая всячина" чёрным по белому значилось:
Тельма Теккерей, восьмидесятидвухлетняя уроженка Мускаунти, удалилась на покой после почти полувековой успешной деятельности в Голливуде (штат Калифорния) и возвращается в родные края. "Я еду домой умирать, - заявила она весело, - но не сразу. Сначала я хочу немного поразвлечься".
Дальше шли не столь потрясающие новости: шериф купил жезл, и теперь его помощникам будет легче останавливать машины, превышающие скорость… Комитет по благоустройству пикакского центра решил остановиться на ярко-розовых петуньях для цветочных ящиков, украшающих Мейн-стрит, главную улицу города… Свинья, сбежавшая с грузовика по дороге к песчаному карьеру, обнаружена в подвале начальной школы у ручья Блэк-Крик. Но главную новость немедленно подхватили, и в её обсуждение включился весь округ. В кофейнях, на перекрёстках, у заборов, разделяющих соседние участки, только и слышалось: "В Пикаксе будет жить голливудская звезда!"
Джим Квиллер, ведущий в газете собственную колонку, трудился у себя дома, когда его телефон стал разрываться от звонков: "Кто такая Тельма Теккерей?… Правда, что она кинозвезда?… Журналистам известно больше, чем они сообщают?…"
- Попахивает розыгрышем, - отвечал на звонки Квиллер. Он помнил, как первого апреля прошлого года его коллеги разыграли репортёров "Локмастерского вестника". Из Пикакса позвонили им и намекнули, что знаменитый чемпион по регби, обладатель приза "Тройная корона", бросил спорт и в обстановке строжайшей секретности поселился на коннозаводческой ферме в Локмастере. Журналисты из "Вестника" потом целую неделю доискивались правды.
Тем не менее Квиллером овладело любопытство. Он позвонил Джуниору Гудвинтеру - моложавому заместителю главного редактора "Всякой всячины" - и строго спросил:
- Из какого источника получено сообщение о Тельме Теккерей?
- Она сама позвонила из Калифорнии ночному редактору. А почему ты интересуешься? Не доверяешь? Тебе это кажется подозрительным?
- Естественно. Уж больно странная у неё фамилия. И эти шуточки насчёт смерти и развлечений. Слишком игривы для её возраста.
- Ну и что ты хочешь сказать, Квилл?
- Я хочу сказать, что это просто розыгрыш, придуманный ребятами из Локмастера в отместку за наш прошлогодний, насчёт коннозаводческой фермы. Какая-нибудь реакция читателей у тебя есть?
- Ну ещё бы! Наши телефоны раскатились докрасна, только что со столов не валятся! Послушай, Квилл! А может, и на самом деле есть такая Тельма Теккерей?
- Хочешь поспорить? - проворчал Квиллер и повесил трубку.
Внезапно Квиллеру страстно захотелось съесть кусок яблочного пирога, который подавали у "Луизы", и он отправился в эту затрапезную закусочную, где всегда можно было получить приемлемую еду за приемлемую цену, а также разжиться последними сплетнями. Луиза - пышнотелая властная женщина, неутомимая трудяга, снискала беззаветную преданность своих клиентов. Они устраивали сбор средств, когда ей требовалась новая кофеварка, и добровольно приходили на помощь, если стены в обеденном зале нуждались в покраске.
Когда Квиллер вошёл, зал был пуст, стулья поставлены ножками вверх на столики, а сама Луиза занималась уборкой.
- Для обеда слишком рано, а для кофе слишком поздно! - прокричала она.
- Где же твой помощник, Луиза?
Обычно сын Луизы Ленни помогал матери подготовить зал к обеду.
- Работу ищет! Отучился свои два года в нашем колледже и хочет поступить в какой-нибудь университет в Центре. Но это дорого. Вот он и отправился искать работу.
- Передай Ленни, пусть обратится в Фонд К. за стипендией. Я похлопочу за него.
Ленни мужественно пережил клевету и предательство, когда его постигла личная трагедия.
Сразу сменив гнев на милость, Луиза спросила:
- Какой пирог хотите?
- С яблоками, - ответил Квиллер. - И вот что. Дай-ка мне свою метлу, я тут поработаю, а ты сваришь кофе.
Любой житель трёх здешних округов сразу узнал бы в добровольном помощнике Луизы, ловко управляющемся с метлой и расставляющем стулья, Джеймса Макинтоша Квиллера. Этот владелец роскошных усов цвета перца с солью достиг уже средних лет, и его фотография каждый вторник и пятницу украшала собой колонку "Из-под пера Квилла". Его с давних пор высоко ценили как журналиста в крупных городах страны; потом на него свалилось огромное наследство Клингеншоенов, и он перебрался в Мускаунти. По каким-то своим соображениям Квиллер превратил это наследство в благотворительный фонд, который называли Фондом К.; им управляли чикагские эксперты. В Чикаго Квиллера считали самым богатым человеком в северо-восточных штатах Америки. В окрестностях Пикакса все звали его мистер К.
Луиза принесла из кухни поднос с кофейником и двумя порциями яблочного пирога; вилки, салфетки и кружки она держала в карманах фартука. Луиза вместе с Квиллером уселась за столик в кабинке возле самой кухни, откуда она могла отдавать распоряжения кухарке, готовившей обед. Луиза сама обслуживала клиентов, получала деньга и гасила жаркие споры, то и дело вспыхивавшие между посетителями.
- Ну что ж, мистер К., - начала она, - сегодня вы пропустили хорошенькую заварушку. Все просто спятили из-за приезда к нам этой кинозвезды. Как по-вашему, она наведается сюда пообедать?
Всё ещё подозревая, что эти слухи - происки локмастерских газетчиков, Квиллер ответил уклончиво:
- То, что она пятьдесят пять лет прожила в Голливуде, ещё не делает её кинозвездой. Она могла быть там кем угодно - бухгалтером, офицером полиции, даже президентом банка.
Но кем бы она ни была, подумал он, денег у неё наверняка куры не клюют, раз она покупает дом на Приятной улице.
- Эффи! - прокричала Луиза в кухню. - Не забудь разморозить клюквенный соус… Только вот что странно, мистер К.: никто не помнит, чтобы в наших краях когда-нибудь жили Теккереи.
- Интересно, имеет ли она какое-то отношение к Уильяму Мейкпису Теккерею? - пошутил Квиллер.
- А кто это? Я никого не знаю с такой фамилией.
- Да писатель один, только в последнее время он ничего не пишет.
- И вот что, Эффи! - снова крикнула кухарке Луиза. - Добавь-ка чесночного порошка в картофельное пюре!
- Звучит заманчиво, - заметил Квиллер. - Я бы охотно взял с собой на обед индейку в коробке.
- Эффи! - крикнула Луиза. - Собери-ка коробку для мистера К. Да положи кусочки тёмного мяса для его кошечек.
- А кстати, - спросил Квиллер, - что рядом с вами происходит? Какие-то грузовики ездят туда-сюда…
- Слава богу, эти торговцы переезжают, - сообщила Луиза. - Наконец-то избавимся. Ни к чему нам склад в центре города.
Квиллер дождался своей индейки и отправился на угол Церковной и Сосновой улиц, где грузили в фургоны и куда-то увозили огромные коробки. Судя по надписям на картоне, в коробках были холодильники, стиральные машины и сушилки, кухонная утварь и телевизоры.
Квиллер подошёл к человеку, руководившему погрузкой:
- Вы переезжаете? Или продали такую кучу всякого товара?
- Мы получили новое помещение по дороге к песчаному карьеру. Стальной сарай с настоящим грузовым терминалом. И много места для парковки.